Безжалостный король фейри - Лея Стоун

он ест сырое мясо. Он убивал голыми руками. Не говоря уже о том, что сотворил с Великой Стужей. Он чудовище.

Мама вздохнула.

– Мы не знаем, все ли эти истории правдивы. – В ее голосе не было особой уверенности.

– Это из-за выкупа, который он заплатит? Если это так, то я могу собрать свои собственные деньги и вернуть их вам с папой…

Мама оборвала меня, покачав головой:

– Нет, милая, из-за закона. Когда правящий король просит руки знатной особы, ему нельзя отказать.

Я нахмурилась.

Закон? Какой-то дурацкий несущественный официальный указ стоит на пути моей свободы? Дело не в том, что я против долга или женитьбы в принципе. Свадьба моих родителей тоже была предрешена, и у них замечательный брак. Я знала, что и мой черед скоро настанет. Но меня смущает именно сама мысль о нем в качестве будущего супруга.

– Зачем ему я? – Я скрестила руки на груди и вздернула подбородок. – Я из Осеннего двора. Дуния, герцогиня Зимнего двора, стала бы гораздо лучшей партией. Они выросли вместе, она его знает. Наследники их пары были бы куда уместнее.

Мама опять тяжело вздохнула, шагнула вперед и взяла мои руки в свои.

– Он наслышан о твоих способностях и красоте. Он хочет, чтобы именно ты, Мэделин, стала его женой и матерью его детей. Твой сын сможет стать будущим королем.

Мое сердце ушло в пятки. Я и подумать не могла, что моя магия и красота однажды свяжут мою судьбу со злобным придурком, но так и случилось.

– Мне жаль, мама. Я не могу. Кто угодно, только не он. Помоги мне отказать ему. Скажи, что я помолвлена с другим, или…

– Мэделин! Этим ты опозоришь своего отца и весь наш двор. Ты уже обещана ему.

Она посмотрела на меня так, словно у меня выросло две головы. Ее идеальная старшая дочь. Самая могущественная обладательница магии ветра. С лучшими оценками в школе. Никогда не переходила границ дозволенного. Конечно, я всегда была независимой и строптивой, но никогда не перечила своим родителям или королевским указам… до сих пор.

– Увидимся позже, мама, – уклончиво сказала я, а затем побежала в конюшню за своей кобылой.

Ни за что, ради Гадеса, я не выйду замуж за Люсьена Торна.

Я въехала в город одна, скрывшись под капюшоном своего плаща, пока не добралась до дома одного из моих любимых придворных – Максвелла Блейна. Он красив, богат, остроумен и ловелас до мозга костей. Идеальный вариант для того, о чем я собираюсь его попросить.

Я торопливо постучала в дверь, так как городская улица за его домом была оживленной и я не хотела лишних слухов. Я никогда не оставалась одна в присутствии чужого мужчины, без компаньонки, но я не хотела, чтобы кто-то стал свидетелем того, о чем я собиралась его попросить.

Когда его горничная открыла дверь, я проскользнула внутрь, не дожидаясь приглашения.

Она потрясенно пискнула, отступая назад, а я скинула плащ.

– Простите за вторжение, Маргарет.

– О, принцесса Мэделин. – Она поклонилась, по-видимому, испытывая облегчение от того, что знала того, кто ворвался в дом.

Мы с моей фрейлиной Пайпер бываем раз в неделю в доме Максвелла на его славных коктейльных приемах. Он самый сведущий придворный и устраивает увлекательнейшие приемы, на которых мне когда-либо приходилось бывать. С пением, играми и выпивкой. Я, конечно, не пила, это было бы непристойно, но я играла в игры, и мы всегда чудесно проводили время.

– Максвелл дома? Я по срочному делу.

Она кивнула:

– Проходите. Он в кабинете. – Она посмотрела мне за спину, на дверь, как бы невербально спрашивая, где моя компаньонка. Я ничего не сказала, а лишь позволила жару на своих щеках ответить за меня. Не проронив ни слова, она поняла намек и попросила мой плащ.

Родители Максвелла относились к «старым деньгам»[1], и когда они погибли в результате несчастного случая на лодке, то все состояние досталось ему. Он всегда был избалованным мальчишкой и моим близким другом. Я знала, что он поможет мне с моей просьбой.

Она провела меня по коридору. Мы наткнулись на открытую дверь, и горничная постучала по наличнику.

– Сэр, к вам пожаловала принцесса Мэделин.

Его лицо просияло, когда он увидел меня.

– Какая честь для меня. Входи, дорогая.

Дорогая. Красавица. Милая. Он никогда не обращался к женщине без какого-нибудь ласкового словца в конце. Уверена, он переспал с половиной двора.

Горничная оставила нас. Обычно она оставалась, чтобы убедиться, что моя репутация не пострадает, но я думаю, она поняла, что намечается личный разговор.

Я закрыла за собой дверь и повернулась к нему лицом.

На нем был красный шелковый смокинг, он держал зажженную сигару и чашку кофе, а на мизинце красовалось кольцо с большим бриллиантом. Ему было двадцать три года. Город еженедельно сплетничал о его холостяцком статусе, но однажды он сообщил мне, что не собирается жениться. Никогда.

Из вежливости он погасил сигару и встал, чтобы поцеловать меня в щеку. Я приняла поцелуй и так тепло поцеловала его в ответ, как брата или любимого дядю. Меня никогда не влекло к Максвеллу. Он был красив, но его чрезмерные заигрывания и легкость, с которой он укладывал женщин в постель, отталкивали меня. Теперь я поняла, что это – именно то, что мне необходимо.

– Чему я обязан этим тайным удовольствием? – просиял он, глядя на закрытую дверь и наблюдая отсутствие компаньонки, и снова опустился в кресло.

Я судорожно вздохнула и встретилась с ним взглядом.

– Мой отец только что обручил меня с Люсьеном Торном.

Чашка с кофе замерла на полпути к его губам, и он поставил ее обратно.

– Ох, милая, у этого мужчины отвратительная репутация. Но ты станешь королевой, так что это плюс.

Я покачала головой:

– Совершенно очевидно, я не могу выйти за него замуж, Макс. Ты должен мне помочь.

У Максвелла были длинные темно-русые волосы, льдисто-голубые глаза, а кожа мягче, чем моя. Иногда я изучала его лицо, задаваясь вопросом, как он может быть таким… безупречным. Как сейчас, пока он размышлял о моей судьбе.

Он кивнул:

– Понимаю. Я могу дать тебе денег, и ты можешь выплатить своему отцу выкуп…

Я подняла руку и прервала его:

– Мама сказала, что он не возьмет их. Дело не в деньгах, а в добром имени.

Максвелл пожевал губу.

– Ну, ты могла бы взять у меня немного денег и сбежать.

Я усмехнулась:

– И оставить свою семью? Дом?

Он пожал плечами.

– Я не вижу другого выхода, Мэделин. Он король Зимы, – сказал он и сделал глоток кофе.

Я нервно постучала пальцами по ногам, в то время как мои щеки покраснели от смущения.

– Как ты знаешь, существует проверка на чистоту, прежде чем выйти замуж за короля. Я хотела спросить, не мог бы ты мне помочь… провалить этот тест.

Кофе брызнул из его рта в мою сторону. Я едва успела увернуться, прежде чем он