Валерий Иващенко - Не убояться зла

— Ну вы, вашсветлость, и учудили! — Эльза смеялась и никак не могла остановиться. Слезы давно проторили по щекам светлые дорожки, но она даже не пыталась их стереть. В конце концов Valle пришлось легонько (по его меркам) похлопать ведьму по лицу. Голова ее безвольно моталась из стороны в сторону, но наконец Эльза, глубоко и протяжно вздохнув, кое-как пришла в себя.

Она сразу ополовинила бутылку вина, подсунутую молодым магом, задышала глубже и ровнее. Вставая не без помощи подставленной руки, она все-таки хихикнула, и покрутила головой. Потом посмотрела прямо и открыто.

— Ну надо же… Барон, вам нужна опытная Ночная Всадница? Немного взбалмошная и распущенная, но где-то в глубине души честная.

Valle легонько приобнял ее за плечи.

— Долго же пришлось тебя уламывать… Разумеется, беру. И на легкую жизнь, девочки, даже не надейтесь. А вот на интересную и богатую событиями — очень даже.

— Да уж понятно… — беззлобно проворчала Джейн, вставая. Она отряхнула примечательный черный плащ и подала хозяину.

— Теперь слушайте, — молодой маг отобрал у Эльзы почти пустую бутылку, осуждающе покачал головой, и бросил ее в яму.

— Клятву верности и подчинение проведем завтра, а сейчас… раздевайтесь. Совсем, и одежду — туда, — он кивнул в сторону незарытой, несостоявшейся могилы.

Джейн разом посерьезнела. Молча и быстро она сделала все необходимое, чуть поеживаясь от вечерней прохлады. Эльза абсолютно невозмутимо отметила, что магические удавки исчезли, и довольно давно, и тоже бросила в яму свои лохмотья.

Смутно белея в темноте, ведьмы стояли почти на краю и наблюдали, как от жутко непонятного им заклинания взвилась в воздух рыхлая земля и — засыпала могилу, навсегда отсекая их от прошлого.

— Навсегда запомню это и это место… Урок номер три… — негромко пробормотала Джейн. — Клянусь, я его не забуду.

— Никогда! — кивнула Эльза, и глаза ее задумчиво блеснули зелеными огоньками.

Valle отнюдь не обладал настолько оптимистическим отношением к человечеству, но тем не менее невозмутимо достал из магического кармана два комплекта одежды и раздал ведьмам. Следом появились две пары обуви.

— Ну что, пошли? Брен и Хэмми уже должны были распорядиться насчет ужина.

— Это как же? — поинтересовалась Джейн, шагая рядом и чуть позади молодого барона. — Вы же вроде такого приказа не отдавали?

— А вот и посмотрим. — хохотнул Valle. — Если они опять поняли только мои слова, а не то, что я хотел сказать — опять получат розог.

Эльза поежилась на ходу, представляя, какую дрессировку им обеим придется пройти, и с горестным вздохом, не удержавшись, почесала себя пониже спины. С другой стороны — жизнь продолжается!

Хоббит и Брен обнаружились в трактире у готового к подаче блюд стола, причем отчаянно спорящими. Молодой воин что-то с жаром доказывал, а хмурый как осенний вечер Хэмми ворчал и не соглашался.

— И о чем же спорим? — весело спросил Valle, кивая хозяину заведения — мол, подавай.

Малыш хоббит буквально остолбенел, увидев за спиной барона живых, невредимых и даже довольно веселых ведьмочек. Понурившись, он вздохнул и ответил:

— Ваша светлость, этот вот здоровяк утверждал, что ужин надо заказывать на четыре персоны, а я — что на две. Ну вот, опять я свои пять розог заработал…

Valle весело подмигнул хозяину, который вместе со служанкой подоспел с уставленными яствами подносами, на которых среди блюд обнаружился еще один столовый прибор.

— На самом деле — на пять персон. Вот Лисси оказался умнее вас обоих, как всегда — не ошибся, и он-то розог не получит. Ты сегодня ужинаешь с нами, Хэмми.

Дородный хозяин трактира ухмыльнулся на слова барона, и стал деловито и сноровисто выполнять свою почетную работу.

— Дык, вашсветлость, не умнее, а просто опытнее. В мое прежнее заведение и батюшка ваш частенько заглядывал, да и вы сами вниманием не обижали… А хорошего человека завсегда видно, и присмотреться надо, тем паче, что — хозяин, барон! Уж привычки ваши и этот, как его — способ действия, знаем…

Брен уныло поерзал на лавке, а потом махнул на все проблемы рукой и тоже принялся за ужин.

Джейн заметила, как Эльза искоса бросает на статного и симпатичного Брена ищуще-заинтересованные взгляды, и от возмущения чуть не подавилась густым деревенским супом. Это что же такое я — улыбалась-разговаривала с молодым воином, а тут еще и она? Сделав на миг страшное лицо, Джейн исподтишка погрозила кулачком подруге. Та незаметно пожала плечиками и чуть скуксилась.

Хм, боевая ведьма и капитан стражи? А почему бы и нет — жаль только, с детишками им повозиться не придется… — подумал Valle, от которого не укрылась эта маленькая сцена и то обоюдное внимание, которое Джейн и Брен безуспешно скрывали. Чудные дела! Однако, похоже — я не ошибся…

После перемены блюд Джейн, уже осушившая свой стакан вина, потянулась к кувшину, дабы налить себе второй. Молодой барон хотел уж было сделать ей замечание, что в столь юном возрасте, да еще и обладающему Силой не стоит увлекаться хмельным, но тут Брен отложил в сторону вилку и легонько хлопнул ведьмочку по руке.

А в ответ на шутливо-возмущенную гримаску просто взял и перевернул ее стакан, поставив на скатерть дном вверх. В этикете многих народов это однозначно говорило, что по какой-то уважительной причине пить больше обладатель этой посуды не будет.

Джейн совсем уж было собралась возмутиться, но тут барон не повышая голоса, заметил.

— Брен, твои пять розог отменяются, — и, как ни в чем ни бывало, отдал дань внимания зажаренному на ребрышках мясу.

Молодой воин, встав, чуть поклонился сюзерену, а потом вернулся на лавку и тоже присоединился к общей трапезе.

— Это, ваша светлость, за то, что он сумел угадать ваше желание? — поинтересовалась Эльза, расправляясь со второй порцией салата и таким образом хоть частично вознаграждая себя за четырехдневное голодание.

Valle покачал головой.

— Не совсем. Да, я и сам собирался сделать Джейн замечание, но Брен поступил согласно своей совести — сам! Ведь он о магии, ведьмах и их привычках ничего не знает. Вот вам и результат.

Покачав головой, Эльза заметила.

— Значит, тут поощряется инициатива и действия по совести? А святоши еще утверждали, что рай на земле невозможен…

Хоббит, с кислой рожицей ковыряющийся вилкой в тарелке, проворчал:

— Свой рай мы создаем и разрушаем сами.

На эти слова никто не нашелся, что ответить, лишь Эльза покачала головой, — Надо же — не знала, что ты такой философ, Хэмми!

Хоббит сверкнул глазами и осторожно спросил барона.