Песня, призвавшая бурю - Юлия Диппель

без обиняков высказала в лицо все, что о нем думаю, оказался одним из влиятельнейших и опаснейших кидхов во всей стране.

А если верить связям Онны, то он еще был и хладнокровным братоубийцей.

Сир сиров только насмешливо улыбнулся, к полному недоумению гостей. Неторопливо он снял с себя камзол. Под ним на ремне оказался изящно обработанный кремневый пистолет. Надо же, необычно. Я прежде не видала вакаров с огнестрельным оружием. Наконец ему подали черный сюртук, и он сам забрал у жуткого вакара с ястребиным носом связку мечей. В этот момент казалось, будто тени в гостевой комнате ожили. Казалось, они приветствуют своего господина. Пока же он застегивал сюртук, его взгляд скользил с одного гостя на другого. Только взгляд. Ему, похоже, даже необязательно было поворачивать голову на кучку перепуганных людей. Он сам прекрасно осознавал влияние своего эффектного появления. И казалось, его даже забавляет, как все лихорадочно думали, как бы не раскрыть ему случайно свои секреты.

Мои мысли также судорожно метались, но меня парализовал такой дикий страх, что деталей я просто не помнила. И это даже по-своему успокаивало. Не было бы страха, меня захлестнула бы ярость за его представление, а мне и так ужасно хотелось стереть самодовольную улыбку с лица этого подонка.

Первой овладела собой Ильда, продемонстрировав гораздо больше мужества, чем перепуганный староста или кто-либо другой из присутствующих. Медленно выступила она из-за стойки.

– Сир Арезандер? Могу ли я предложить что-то вам или вашему скаллу?

Сир перевел взгляд на хозяйку ночлежки, снова не двигаясь больше, чем могло бы потребоваться.

– Нам нужно две комнаты. Пять кружек огненной медовухи и что-нибудь поесть, – перечислил он. – Да, и очистите для нас тот столик у маленького камина.

Ох ты. Конечно, выбрать открытую подсобку было хорошим решением. А вот злить тем самым браконьеров – плохим. Я буквально чувствовала их растущее недовольство. Только вакара, казалось, это ничуть не беспокоило.

– Ривен? – позвал он.

– Здесь!

У меня чуть сердце из груди не выскочило, потому что ответ прозвучал совсем близко. Даже слишком близко. Моя рука тут же машинально дернулась к кинжалу в сапоге. Я поспешно отдернула ее. Не хватало еще, чтобы меня посчитали угрозой. В данный момент это последнее, чего мне хотелось бы.

Из коридора, ведущего к туалетам, появилась темная фигура. Пятый вакар собрал свои волосы в простой пучок, но, похоже, очень давно не брился. Я лишь краем глаза решилась взглянуть на него. Этого хватило, чтобы понять, что этот Ривен моложе своих спутников и по сравнению с ними казался на удивление… симпатичным. Ладно, это, пожалуй, перебор. Но по крайней мере, я бы не сказала по нему, что он ненавидит людей просто из принципа.

– Спроси, где у них тут кухня, и спаси, что еще можно спасти, – велел ему сир, прежде чем снова перевести взгляд на хозяйку. – Не сочтите за грубость, но рагу ваше по вкусу хуже, чем скисшие помои.

– Да, ваша милость, – подавленно пробормотала Ильда. Она кивнула одному из слуг, чтобы тот проводил молодого вакара на кухню. Сама она не пошла, потому что нужно было решить еще одну серьезную проблему. – Знаете… у нас, к сожалению, все комнаты заняты.

Барон Арезандер помедлил и… повернул к ней голову. Такое крошечное движение, но при этом смертельная угроза. Ильда задрожала.

– Я-я-я… Простите во имя богов! Я найду кого-нибудь, кто уступит вам комнату…

– Дайте-ка вашу книгу учета! – холодно потребовал он.

Хозяйка поспешила исполнить требование Сира. Она убежала куда-то за стойку и вернулась с книгой в кожаном переплете.

Изящными пальцами Арезандер перелистал страницы.

– Что ж, полагаю, свита менестреля может и подвинуться немного, – решил он наконец.

Этим он удивил не только меня. Можно было предположить, что вакар отберет комнаты у каких-нибудь менее авторитетных постояльцев, а он в итоге на столичную знаменитость замахнулся.

Тут же раздалось презрительное фырканье. Тиллард фон Кронзее протиснулся сквозь толпу гостей, крайне возмущенный. Казалось, даже он испытывает к вакарам некоторое почтение, но недостаточно, чтобы терпеть такое унижение.

– Я протестую, ваша милость, – вежливо, но решительно заявил он. По его осанке и тону голоса было понятно, что он привык общаться с высокопоставленными лицами. – Я лорд Тиллард, артист, фаворит королевы, и направляюсь по ее поручению в Вальбет. Ей будет крайне неприятно услышать, что из-за вас качество моей работы оказалось под угрозой, потому что меня и моих людей не разместили должным образом.

Сир сиров передал Ильде книгу учета и со скучающим видом повернулся к менестрелю.

– Мой скалл и я явились сюда, чтобы расследовать преступление, – холодно ответил он. – Хотите объяснять королеве, что из-за вас оказалось под угрозой качество нашей работы, а возможно, и мир, потому что ваши музыканты не хотели отказываться от отдельных комнат?

Не знаю, что конкретно напугало Тилларда так, что он начал заикаться – холодный ли взгляд Сира или его веские аргументы. Но внезапно от его дерзости и следа не осталось.

– Н-нет, разумеется, нет.

– Вот и хорошо, – сказал Арезандер так любезно, будто не унизил только что Тилларда на глазах множества людей. – В таком случае не откажетесь ли продемонстрировать качество вашей работы? Сыграйте нам что-нибудь, чтобы люди успокоились.

Звучало вроде как предложение, но не было таковым. И менестрель прекрасно это понял. Он низко поклонился.

– Если это порадует вас.

– О, порадовала бы меня баллада о трех толстых лебедях, – тут же уточнил Арезандер.

Выражение лица Тилларда стало непроницаемым. Он расправил плечи, пригладил закрученные усы и пафосно заявил:

– Никогда. Даже если будете угрожать мне смертью, не дождетесь.

Он гордо развернулся на каблуках и направился к своему ящику из-под фруктов. Выглядело это настолько дерзко, что я даже удивилась, как расслабленно за этим наблюдает барон Арезандер. Кажется, его это даже веселило. И эта стычка ничуть не пошатнула его авторитет. Наоборот. Это сделало сира сиров еще более непредсказуемым. Может, он не хотел кровопролития прямо сейчас. Может, не желал еще сильнее запугивать гостей. А может, просто играл со своей жертвой.

– Да вы посмотрите, – прохрипела низенькая вакарка, – по крайней мере, один человечишка яйца отрастил.

Темные охотники расхохотались. Все, кроме Сира. Он возвысил голос и впервые обратился ко всем присутствующим:

– Как вы уже поняли, дорогие гости, поверхностное представление о том, как обстоят дела, я получил. К некоторым из вас у меня еще осталась пара вопросов. Начнем с вас, господин староста. Можете сопровождать меня. Остальных мой скалл по очереди вызовет на допрос. А до тех пор расслабьтесь! Пейте! Ешьте! Метель еще не скоро утихнет, а значит, мы все тут задержимся на некоторое время. Так что спешить в любом случае некуда.

Он обаятельно улыбнулся, однако, не без злорадства. При этом он обнажил два ряда безупречно белых зубов, которые в очередной раз всем напомнили, что перед