Фронтир - Яков Литвинов
Он оказался в столовой. Похоже, что, когда началось вторжение, люди еще ели. Потому что то, что он увидел здесь, было похоже на бойню. Груды тел, поваленных одно на другое. Некоторые лежали на столах, составленных в длинные ряды. Кругом была перевернутая посуда и подносы. Запах крови бил в нос.
Люди, похоже, пытались убежать одновременно, из-за чего началась давка. Это первое, что пришло ему в голову, так как он успел посмотреть внутрь лишь на мгновение.
Винсент непроизвольно напрягся, когда послышался знакомый свист. Он спохватился и отскочил назад за дверь, но недостаточно быстро. Воздух в месте, где он только что стоял, пронзил поток из множества летящих костяных шипов, несколько из которых ободрали ему бок.
Такие демоны появлялись нечасто. Они были похожи на обычных, но несколько выше и гораздо более худые. Вместо глаз у них было по две пары прорезей с каждой стороны морды. Плечи и голову сзади украшал костяной гребень, похожий на частокол. Пальцы на руках были длиннее за счет когтей. А из внутренней стороны кисти торчали те самые костяные шипы, которыми они и стреляли. За это их прозвали дикобразами.
Винсент с трудом поднял лежащий рядом труп какого-то послушника и закрылся им как щитом. Дикобраз отстрелялся, а значит, ему было нужно время, чтобы отрастить новые шипы.
Закрываясь трупом, парень вернулся в столовую. Он пошел на дикобраза настолько быстро, насколько это было возможно, и, оказавшись предельно близко, начал стрелять из дробовика. Он не успел заметить, что стало с демоном, так как сбросил на него труп, перезарядил оружие и выстрелил еще раз в бок твари, после чего та упала замертво.
Расслабляться было рано. Кроме дикобраза, тут было еще несколько демонов – два обычных и две гончие, которые пожирали трупы людей. Гончие были размером с очень большую собаку, но с головой носорога. Глаз было целых три пары, которые располагались треугольниками, каждый на своей половине лица.
– Черт…
Гончие побежали прямо на него, а демоны обходили с боков.
Винсент рванул навстречу ближайшему из них и выстрелил в него на бегу. Несколько залпов дробью – и монстр упал замертво.
Гончие бежали под столами, что не позволяло в них прицелиться. Приближаясь к Винсенту, они раскрыли пасти, из которых хлынули струи огня.
Он забрался на стол и стал перепрыгивать с ряда на ряд, подальше от них. Второй демон сделал то же самое, только побежал навстречу. Винсент остановился и стал заряжать дробовик, что было не так просто: в висках стучало, сердце вырывалось из груди, руки и ноги начали дрожать, пот заливал глаза. Каждый патрон он вставлял как можно осторожнее, чтобы не промахнуться.
Демон был все ближе и ближе, он прыгал со стола на стол без труда, прямо по трупам. Оказавшись через один стол от Винсента, он сделал последний прыжок сразу через целый ряд столов. Винсент бросил те патроны, что еще держал в руке, передернул затвор и выстрелил, пока тварь была в полете. Демон умер, но своим телом снес Винсента на пол.
Одна из гончих была уже близко и приготовилась выплюнуть пламя. Парень, прижатый телом демона, вытянул руку с дробовиком в ее сторону и выстрелил. Дробь лишь немного подкосила тварь, но она быстро восстановила равновесие и побежала дальше. Тогда Винсент опустил дробовик и дотянулся до револьвера, который был с той же стороны. Гончая уже открыла пасть, и он, не теряя времени, разрядил ей туда весь барабан, отчего ее голову разорвало и туша упала, волочась вперед по инерции.
Винсент встал, подбирая дробовик, и снова запрыгнул на стол, укрываясь от пламени последней гончей. В этот раз он бежал вдоль ряда столов, вставляя в дробовик два последних патрона. Гончая преследовала его, поливая всё вокруг потоками пламени, в воздухе пахло жженой плотью.
Из столовой было два выхода, и один их них находился параллельно ряду Винсента. Попасть по твари из дробовика в этой ситуации было очень сложно; а если перезаряжать револьвер, можно потерять скорость и псина догонит его. Когда выход был максимально близко, Винсент резко повернул и снова стал прыгать по рядам столов в надежде, что гончая хоть ненадолго, но потеряет его из виду.
Выскочив из столовой, парень завернул за угол и упал: ноги подкосились. Прижавшись к стене и сидя на полу, он ждал, когда гончая выскочит наружу. Как только тварь показалась, он открыл огонь, лихорадочно спуская крючок и перезаряжаясь. Безжизненная туша гончей проскользила по полу.
Можно было немного перевести дыхание, но расслабляться еще рано. Винсент чувствовал себя обессиленным, тело стало будто тяжелее на несколько десятков килограммов, но он не мог остановиться: надо было найти отца Дмитрия. Лишь бы тот был в порядке.
Он заблудился теперь окончательно и просто шел куда вздумается. Иногда мимо пробегали отряды инквизиторов, но он прятался и от них, так как не знал, чего ожидать, и считал их врагами, как и демонов. Разве что демоны не могли изрешетить его из дробовиков.
Его внимание привлекли двери. Уже на грани потери сознания Винсент оказался рядом. Две тяжелые дубовые двери, лакированные, с красивой отделкой, которые выбивались из аскетичного интерьера внутренних покоев этого Собора. Он остановился и прислушался. Внутри, кажется, все было тихо. Винсент повернул позолоченную дверную ручку и медленно открыл дверь.
Это оказалась библиотека, большая и красиво обставленная. Огромные дубовые шкафы с красивой резьбой, ряды таких же впечатляющих столов, кожаные кресла, под арочными сводами потолка – массивные люстры, которые, впрочем, не горели. Вся библиотека была погружена во тьму. Почти вся. На одном из мест для чтения, которые располагались между шкафами, горел свет.
Удивительно, но здесь было совершенно пусто. Не было ни людей, ни демонов, всё было абсолютно чисто и не тронуто творящейся вокруг бойней, только тишина и покой. Даже звуки снаружи не доносились.
Винсент всё же взял оружие наизготовку и осторожно двинулся к свету, медленно перебирая ногами. Пройдя несколько рядов шкафов, парень опешил.
– Отец? – на стуле он увидел сидящий к нему спиной знакомый силуэт ссутулившегося за чтением мужчины с густыми волосами до плеч и закатанными по локоть рукавами. Винсент бессильно опустил оружие.
Он медленно шел, протянув руку, внутри него всё сжалось, он ничего не понимал и хотел поскорее добраться до мужчины. Он хотел сказать что-то, но слова застряли в горле.
Подойдя вплотную,
