Сила обстоятельств - Виктор Павлович Точинов

Если только в дело не вмешается Святейший престол. Отряды его не велики, но составлены – что Белые плащи, что Алые, – из отборных бойцов, к тому же имеют право свободного прохода через все земли Запада. А сестры-заклинательницы инквизиции (попадают на эту службу лучшие из лучших магичек) делают мощь такого отряда достаточной для разгрома нескольких полков на поле боя, – но мало кто рискует поднять оружие против бело-алого флага Святейшей Матери.

В общем, если в ближайшее время здесь появится такой отряд, сьеру Гидо не позавидуешь. Мятеж может быть раздавлен в зародыше, Святейшая мать хоть и призвана заниматься делами небесными, но не жалует покушения на власть земных владык. А может и вообще ничего не начаться, многие заговорщики наверняка призадумаются, увидев Алых плащей, марширующих по улочкам Сант-Женевьев.

Мессир видам хорошо это понимал… Не знал лишь одного: от наличия или отсутствия в Сант-Женевьев моей скромной персоны ничего не изменится. Кто-то подсунул сьеру Гидо обманку, ложный след.

* * *

– Черная Ведьма? – переспросил он.

Я внимательнейшим образом следил за видамом, отслеживая все: и мельчайшие нюансы мимики, и неконтролируемые жесты. И был уверен: сьер Гидо не изображает глубокое изумление. Действительно потрясен и озадачен.

– Именно так, Черная Ведьма. Либо сравнимая с ней по силе «дикая» колдунья-самоучка, хотя в такое поверить трудно… В любом случае это куда более веский повод для прибытия инквизиторов, чем кровавые бесчинства Алого плаща в отставке, на которые меня провоцировали. Ведьма, раз уж объявилась открыто, очень скоро устроит что-то размашистое и кровавое.

– Ты способен ее найти?

– Я буду ее искать. Потому что у нее мой меч… Вопрос в другом: сумею ли я с ней справиться без меча. Даже если удастся застать врасплох, шансов мало. На расстояние удара клинком она меня не подпустит.

– А на расстояние полета стрелы?

– Ну, если пара десятков лучников будут стрелять с разных сторон… Это ее отвлечет, можно будет попробовать подобраться вплотную. Мне можно, другим бы не советовал. И из лучников мало кто уцелеет, если начнет бить по ним заклятьями, а она начнет, будьте уверены.

– Если ты ее найдешь, я окажу любую помощь, не считаясь с потерями. Уже придумал, как будешь искать?

– Придумал.

– И как же?

– Давайте, мессир, оставим при себе кое-какие наши маленькие секреты? Я ведь не спрашиваю, дюком или графом вы собираетесь стать iure gladii [1].

– Iure gladii… – задумчиво повторил он. – Может, отрубить тебе голову? За вранье, а? Зачем ты всем лжешь, что закончил лишь низшую ступень храмовой школы?

Изобразив всем видом оскорбленную невинность, растолковал ему:

– Я самоучка, мессир. Любил читать на привалах книги и свитки. Когда солдаты берут на щит вражеский город, мало кто в поисках добычи обращает внимание на книгохранилища. Я обращал.

А вот сейчас соврал, каюсь, – надеюсь, Девственная Мать простит этот маленький грех. Но не растолковывать же, что в университете я не обучался, и в храмовую школу тоже не ходил. Что родители готовили меня к совсем иной жизненной стезе, и нанимали лучших домашних учителей, и книг на трех языках я к шестнадцати годам прочел больше, чем просто видел за все остальные годы жизни… Но судьба рассудила иначе: штурм города, резня, погром, – и жизнь чудом уцелевшего мальчишки покатила совсем по иной колее.

Все это я мог растолковать сьеру Гидо, но не стал. Он же, напротив, объяснил мне то, о чем мог промолчать. Разные мы все-таки люди.

– Я не собирался нарушать присягу королю Жустену, но есть такая штука, как сила обстоятельств… Гильдии торговцев и ремесленников требуют стабильной, наследственной власти в Сант-Женевьев, потому что каждый вновь назначенный видам являлся сюда с пустым кошельком и алчным взором, и начинал все грести под себя. Я согласился возглавить торговых и ремесленных старшин, ибо иначе они могли поискать счастья под чужим скипетром. Королю полгода назад было отправлено прошение – сделать Сант-Женевьев наследственным вимаматом, ленным владением с тем же объемом налогов, отчислений и повинностей, что и сейчас. Не так уж много, учитывая, что я бездетный вдовец…

Он помолчал, задумчиво глядя куда-то мимо меня. Я знал, что двое сыновей видама погибли в войнах последних лет, и мог возразить: невелика проблема даже в его годы жениться и обзавестись наследником, но я не стал, спросил о другом:

– Король отказал?

– Ответа не было, вообще никакого. И это само по себе ответ… Нагрянет карательная экспедиция, будут искоренять крамолу. Отрубать вместе с теми головами, где она завелась. А я слишком привык за пятнадцать лет к этому месту и к этим людям. Сила обстоятельств, Реньяр, только она…

– Возможно, это яблочко, – тоже своего рода ответ?

– Нет, это не послание от Его величества… Свои, местные подкинули. Среди старшин нет полного единства. Некоторые не верят в успех затеянного дела, а кое-кто считает, что наследственный правитель здесь не нужен, что они способны сами править городом и доменом.

– Республика, как на Островах?

– Не знаю уж, до чего они в итоге доболтались… Республика, или номинальная монархия с декоративной фигурой на троне. На самые тайные встречи несогласных моим шпионам попасть не удалось. Да и не важно… Но яблоко подложили их люди, это я знаю точно.

Он помолчал и добавил другим тоном:

– Ступай, Реньяр, ищи свою ведьму. У тебя очень мало времени. У всех нас очень мало времени.

Глава 6

Возвращался я в Шермезон словно важная персона: в карете, принадлежавшей сьеру Гидо. Не в большой и роскошной, предназначенной для торжественных выездов, в обычной, для повседневных поездок, – но все же дверцы были украшены гербами королевства и города. Все встречные стражники вытягивались во фрунт, горожане кланялись… Никогда не доводилось так путешествовать.

Возле рынка я приказал кучеру остановиться. Что-то там происходило: толпился народ, слышались выкрики, – возбужденные, злые… Назревает бунт простонародья? Только его нам и не хватает.

…Бунтом пока не пахло. Но, фигурально выражаясь, запашок тянулся неприятный. На краю рыночной площади смущал умы бродячий проповедник. А может и не бродячий, но до сих пор я его в Сант-Женевьев не встречал. Талантливо проповедовал, надо отдать должное, и толпу собрал немалую. Я прислушался: обычная чушь. О грехах, переполнивших меру терпения Девственной матери, о темных силах, таящихся совсем рядом и готовых нанести удар, еще что-то в том же духе… Проповедник выглядел невзрачно – тощий замухрышка, плевком перешибить можно – но свои истеричные эмоции передавать толпе умел хорошо.

Выбрав среди слушателей одного, выглядевшего наиболее вменяемым, я поинтересовался именем оратора и узнал,