Zадача будет выполнена! Только вперед - Николай Петрович Марчук

зачастую, увидев страшный сон и приняв его за плохую примету, пилоты падали духом и действительно погибали в боях.

Практически каждый красноармеец пытался обезопасить себя с помощью различных талисманов. Хранить талисман было необходимо втайне и никому не показывать, иначе предмет терял свои защитные свойства. Потеря талисмана расценивалась как плохой знак. Летчики в качестве защитного талисмана чаще всего имели фотокарточку или письмо любимой, которое должно было отводить пули от бойца. Многие не использовали первый полученный на фронте патрон, чтобы выпустить его в честь окончания войны.

Кроме того, солдаты считали безопасным местом воронку от разорвавшегося снаряда, так как следующий из-за отката орудия должен был упасть в другое место. Также считалось плохой приметой вспоминать перед боем родителей и дом: считалось, что тем самым боец навлекал на себя гибель. Хотя всё это можно объяснить моральной усталостью – именно она и была причиной гибели бойцов.

Летчики были рекордсменами по приметам. Плохой приметой считалось собирать цветы у аэродрома, называть полет «последним», добираться до аэродрома на полуторке, махать рукой взлетевшему самолету и фотографироваться перед взлетом. Многие пилоты вкладывали в карман гимнастерки кусочек хлеба, чтобы доесть его после вылета.

К чему это я? К тому, что в нашем 10-м ОДШБ тоже были свои приметы и талисманы. Вернее сказать, с подачи Бамута в нашем батальоне расцвела пышным цветом мода на отводящий беду талисман – кольцо от ручной гранаты, которую скинули с коптера на противника, причем скинули удачно. При этом самым ценным считалось кольцо от гранаты, которую сбросил на противника я. Да-да! Когда я управлял дроном, Бамут, будучи моим вторым номером, частенько крутился у меня за спиной, и именно он запоминал, какая граната была сброшена удачно и привела к потерям противника.

Надо ли говорить, что кольца от удачно сброшенных гранат Бамут выменивал на необходимые ему и мне ништяки, монополизировав рынок талисманов-оберегов в 10-м ОДШБ. Семен даже вел статистику потерь в нашем батальоне, утверждая, что, по его данным, ни один из бойцов «Десятки», ставший с его подачи обладателем заветного кольца, еще не перешел в разряд «двухсотых»; да, были раненые, в том числе и тяжелые, но ни один не погиб. Вот и не верь после этого в приметы.

Помимо колец от ручных гранат талисманами-оберегами считались детские игрушки, которые бойцы привозили из дома. Причем эта практика была принята по обе стороны линии фронта: и наши, и украинские бойцы щеголяли детскими игрушками на разгрузках. У наших чаще всего был чебурашка и прочие советские мультяшные персонажи, у укропов – Микки-Маус, миньоны и Капитан Америка.

Также по обе стороны фронта было принято украшать стены блиндажей и укрытий детскими письмами и рисунками, которые мешками привозили на фронт волонтеры. Солдаты в окопах действительно верили, что детские рисунки на стенах защищают блиндаж от попадания вражеского снаряда. Особенно ценились рисунки и письма, по которым сразу было видно, что ребенок писал или рисовал его сам, а не под руководством или с помощью родителей.

Бамут очень сокрушался, что при обороне Токмака вражеский снаряд попал в блиндаж, где хранились наши с ним вещи, и рюкзак, в котором лежала заветная банка, разлетелся в пух и прах. Кольца, которые я выложил сейчас на патронный ящик, были от тех гранат, что я метал в противника во время штурма опорного пункта. Семен нашел их возле пикапа, в кузове которого стоял ящик с трофейными гранатами. Бамут попросил меня какое-то время поносить россыпь колец в моем подсумке, чтобы они, по его словам, «зарядились».

– Куда?! – подпрыгнул от возмущения Бамут и тут же сграбастал себе все оставшиеся кольца. – Так, вы, оба! – грозно рыкнул он на Кока и Хребта. – Это не бесплатно! Вернее, чтобы талисман работал, надо взамен что-то дать. С тебя, – Семен ткнул пальцем в Кока, – два банки сгущенки. А с тебя, – палец в перчатке уперся Хребту в грудь, – две пары носков, но только новые, с этикетками. Добрая ты душа, Псих, всё бесплатно готов раздать.

Кок и Хребет понимающе кивнули и, пряча злорадные улыбки, двинули вслед за Бамутом.

– Сыч свое кольцо перед штурмом этого опорника потерял, – в пустоту произнес Пестик. – Вот и не верь после этого в приметы.

– Цыц! – шикнул на него Семен. – Нельзя перед выходом на боевую операцию вспоминать погибших товарищей. Примета плохая!

Отправив и проводив группу Бамута в боевой выход, я вернулся в подвал, где тут же погрузился в пучину командирских хлопот, которые, впрочем, свелись к перекладыванию своих обязанностей на плечи подчиненных. Сам же уселся за стол, где были установлены мониторы, на которые транслировалась картинка с внешних камер наблюдения. Кроме того, надо было следить за показаниями приборов, которые фиксировали активность частот: именно они предупреждали о приближении вражеских БПЛА.

Глава 4

В любом конфликте скорость продвижения солдата от звания к званию ускоряется кратно. Это обусловлено прежде всего потерями и выбыванием из строя командного состава. Вчера ты солдат, сегодня – командир отделения, через неделю – командир взвода. И если раньше ты отвечал только за себя, то теперь несешь ответственность за несколько человек.

Из лекций по психологии я знал, что эффективно управлять можно бойцами в количестве от семи до десяти человек максимум. Армия и строится по принципу такой пирамиды: каждый следующий командир управляет не более чем десятью людьми. Основанием этой пирамиды является отделение. И если у командира взвода слабый комод[3], то управление начинает хромать со всеми вытекающими последствиями – бардаком и неизбежными потерями в бою.

Но это лирика, теперь к конкретике. Я стал командиром отделения во время боевых действий, приняв на себя груз ответственности не только за людей, но и за выполнение различных задач, от хозяйственных до боевых, – весь ворох хлопот. Сперва думал, что утону в них. Но так как у меня был лучший командир – Стас Крылов по прозвищу Псих, – то он быстро и просто научил меня, как не упустить из виду какую-то мелочь. Прописные истины, которые я сначала по пунктам записал в блокнот, а со временем запомнил и уже сам учил этому своих подчиненных.

При выполнении любой задачи, а особенно боевой, есть пять видов обеспечения. Если без особого занудства и размусоливания, то всё сводится к довольно простым принципам.

Первое – это боевое обеспечение, в котором основным является понимание, что ты и вверенные тебе люди находятся в боевой обстановке. Позаботься, чтобы боевое охранение было всегда, в любом месте, куда бы ни занесла судьба тебя и