Джон Байлс - Дети Древнего Бога

И затем, воспоминания исчезли, выброшенные из ее разума приливом отвращения, ее неспособностью остановить ЕВУ от пожирания павшего врага, и восхитительным экстазом, текущим по ее венам от его энергии. Только огромной силой воли она смогла сохранить ее губы от всасывания LCL, и одна внутри темноты, она вздрогнула, хотя непонятно от чего страха или удовольствия.

Синдзи видел, как ЕВА Аски высасывает своего врага. Его бросило в дрожь, хотя опыт подобный этому был лучше, чем быть забитым до смерти. Он выгнал Фронов и запечатал свои раны, но он не мог подняться из-за града ударов, сыпавшихся на него.

Он отчаянно пытался придумать какой-нибудь трюк, который он мог использовать на своем противнике, но ему ничего не приходило на ум. "Если только я мог бы вызвать миллионы пауков… Может быть, я могу сделать паутину?" — подумал он. Он сконцентрировал внимание на своей левой руке, пытаясь сформировать прядильный орган на ней. Броня и плоть под ней начали изгибаться и растягиваться, образуя нечто похожее на туннель, который, как он надеялся, будет работать.

Сконцентрировавшись на нем, он приказал ЕВЕ опутать паутиной своего врага. Это сработало, и из руки ЕВЫ вырвался поток черной, клейкой субстанции, быстро застывшей в большую, тягучую паутину, на торсе и руках его противника, отшатнувшегося назад. Вторая паутина залепила его лицо.

Пошатываясь, он поднялся на ноги, но едва мог двигаться. Противник бросился на него, и они оба упали.

Однако, Аска успела разделаться со своим врагом и напала на противника Синдзи, вонзив нож ему в спину.

— Синдзи, добей его! — крикнула она.

Так он и сделал. Синдзи использовал единственное оружие, не требовавшее слишком много сил, он укусил своего врага за шею. Его ЕВА начала рвать розовую ЕВУ, и с каждым куском оторванной плоти силы возвращались к ЕВЕ-01. Он чувствовал себя сильнее, и старался сдерживать себя от повторения жевания, производимого его ЕВОЙ. Но чем больше он ел, тем больше ему хотелось жевать, он мог чувствовать силы, вливающиеся в него и его ЕВУ. Он вспомнил, что Рей говорила о получении сил от тех, кого он убил; он желал эти силы. Если бы у него было время подумать, он, возможно, испугался, но сейчас только голод и его желание выжить вели его. Он ел, и ел в изобилии.

Вскоре розовая ЕВА осталась без головы и плечей. Он погрузил лицо ЕВЫ в грудь противника, разрывая ее, пока не нашел капсулу. Перекусив ее пополам, он проглотил Фрона, который скользнул в микроядерный двигатель и вызвал стремительный прирост энергии. Он поднялся и торжествующе зарычал, подняв голову в небо. Позади него розовая ЕВА распадалась на серые хлопья.

Голод и торжество пропали, уступив место шоку и смущению.

— Где Рей? — спросил он Аску.

— Я могу слышать ее снаружи, — сказала она, и они вместе выбежали из храма.

ЕВА-00 висела в небе, поддерживаемая потрепанными крыльями, ее левая рука была изогнута под неестественным углом. Светящееся АТ-поле окружало ее. Такое же поле мерцало вокруг Орифиила. Он повернул голову к появившимся Синдзи и Аске. Его губы разошлись в усмешке, которую бы на лице человека назвали бы злобной.

— ВЫ ЖИВЫ.

— А ты умрешь. Окружайте его, — сказала Рей.

Они окружили Орифиила, и развернули АТ-поля, образовав мерцающую искаженную пирамиду, из-за Нулевого, находящегося в воздухе. ЕВА-00 замерла в воздухе над Ангелом, и поле превратилось в купол над ним. Они начали безжалостное наступление.

Некоторое время он сдерживал их, напевая что-то на странном языке, который они никогда не изучали, но, тем не менее, интуитивно понимали. Множество магических формул, которые некоторые назвали бы заклинаниями, а другие — передовым разделом гиперфизики. Все было бесполезно.

Он начал бессвязно говорить, кричать, и даже умолять их, но они не слушали его, и шаг за шагом приближались к нему, до тех пор пока его полем не начало давить на него самого. Он упал на колени. Постепенно его сдавили в меховой шар плоти. Они подняли руки вокруг него, и он взорвался шаром света, ударившим в их поля и слившийся с ними, проникая в Детей, давая им новый прилив сил. Синдзи почувствовал, как на его лице неожиданно появилась борода, похожая на отцовскую. У Аски появилось неприятное ощущение, что ей нужна бензопила, чтобы побрить свои ноги, а ЕВА Рей улыбалась.

Эоны жизненного опыта, наполнили их разум, и затем пропали, оставив только небольшой след в них, и несколько завихрений, которые можно вызвать при минимальном желании. Возможно, Орифиил убежал обратно на Сатурн, но если он и остался жив, они знали, что он потерял большую часть себя. Или, возможно, он на самом деле умер. Возможно, когда-то наступит день и их постигнет такая же судьба.

И в это мгновение, голос Мисато прорвался к ним.

— Вы слышите меня? — он звучал так, будто она не надеялась на ответ.

— Конец, — сказала Аска. — Мы можем возвращаться.

— Мы видели ваш бой. У нас нет слов. Вы действовали великолепно, — сказала Мисато. — Возвращайтесь домой, дети.

— Синдзи, — произнес Гендо.

— Да, отец?

— Я видел, что ты сделал. Хорошая работа.

На командном мостике повисло молчание. Синдзи тоже молчал. Затем он улыбнулся небольшой, усталой улыбкой.

— Спасибо, отец.

— Вы потрудились на славу. Я очень доволен. Я был уверен, что вы погибните, поскольку узнал, что Орифиил заполучил ЕВЫ. Временами приятно быть удивленным, — он поправил очки. — Это было очень близко.

— Воистину, — сказала Мисато.

Никому не рекомендуется совмещать торжество по случаю победы над врагом с поминками, так как это постепенно превратиться в обычную попойку, в которой цель обоих событий быстро теряется. Не имея времени помянуть погибших должным образом раньше, они решили сделать это по пути назад. В итоге, большая часть персонала NERV упилось вдрызг. Только Рей и Синдзи оставались трезвые, сидя за столом и играя в "Морской бой", пока все остальные предавались безудержному празднованию или поминкам, включая Аску, которую Мисато практически заставила выпить большую порцию водки, протащенную ей на Симитар.

— Е-4, - сказал Синдзи.

В это время Макото начал рассказывать длинную путанную историю о том, как на Шигеру набросился один из его соседей за громкую игру на гитаре в два часа ночи,

— Поврежден эсминец, — ответила Рей и посмотрела на Макото. — Что он делает?

— Он рассказывает о Шигеру. А ты что подумала?

— Зачем?

— Когда кто-то умирает, люди рассказывают истории о нем, чтобы напомнить себе, каким хорошим человеком он был.

— Ты расскажешь историю? — она посмотрела на свое поле. — G-6.