Наш неистовый конец - Хлоя Гонг

то что ее обнаженные руки – на ней было платье без рукавов – обдувал холодный ветер.

Она сняла пальто нарочно, желая сразу привлечь внимание толпы к ее расшитому бисером платью.

Этот план сработал.

* * *

Венедикту надо было действовать быстро, но это было нелегко, поскольку его ладони взмокли от пота. Он укрепил шланг на крыше здания и нацелил его на толпу внизу. Они с Джульеттой украли много бензина. Это должно сработать, и ему никак нельзя провалить задание.

От этого зависит слишком многое.

– Ладно, – пробормотал Венедикт. Кажется, все было готово. На улице внизу Джульетта приблизилась к толпе, подняв руки и не обращая внимания на то, что люди повторяют ее имя.

– Я безоружна, – крикнула она.

Венедикт спустился с крыши и торопливо возвратился к бензину, оставшемуся в пожарном автомобиле. Он уже давно не молился, но сегодня был намерен обратиться к Богу впервые за много лет.

* * *

– Это же…

Джульетта медленно подняла руки, показывая, что у нее нет оружия.

– Я безоружна, – повторила она. Толпа затихла. Что бы ни говорил Дмитрий, ему тоже пришлось замолчать, и он уставился на нее. На лице Ромы отразился ужас. Он ничего не говорил, не выкрикнул ее имя, потому что понимал – она что-то задумала.

– Ничего себе. Я не верю своим глазам, – проговорил Дмитрий. Он махнул рукой, и ближайший к нему вооруженный рабочий навел на нее винтовку.

– Вы можете обыскать меня и убедиться, что у меня нет оружия. У меня есть только моя жизнь, которую я хочу обменять.

Дмитрий запрокинул голову назад и громко захохотал, заглушив потрясенный вскрик Ромы и недоуменное бормотание Маршалла.

– Мисс Цай, почему вы решили, что у вас есть что-то ценное для обмена? – вопросил Дмитрий, снова переключив внимание на нее. – Я могу приказать просто пристрелить вас…

– И что потом? Джульетта Цай, принцесса Шанхая, убита случайным рабочим. В учебниках по истории революции наверняка напишут именно так. Я пришла к вам, чтобы предложить мою жизнь и умереть бок о бок с моим мужем, а вы отказываетесь от такого шанса?

Дмитрий склонил голову набок. Кажется, до него дошел смысл ее слов.

– Вы хотите сказать…

– Нет, я не пытаюсь обменять свою жизнь на жизнь Ромы, – подтвердила она. – Я хочу обменять ее на жизни Маршалла Сео и Алисы Монтековой. Отпустите их. К чему втягивать их в это?

– Что? – воскликнул Маршалл. – Джульетта, ты сошла с ума…

Ближайший рабочий ткнул Маршалла в шею дулом своей винтовки, заставив его замолчать. Дмитрий перевел взгляд на своих пленников, и его лоб прорезала морщинка. Он явно обдумывал ее предложение и, кажется, не до конца верил ей. Возможно, ей нужно действовать иначе.

Она встретилась взглядом с Ромой. Похоже, он тоже ей не верил.

Возможно, единственный способ убедить Дмитрия – это сначала убедить Рому.

– Я дала тебе обет, Рома. – Она сделала шаг вперед, и никто ее не остановил. – Куда пойдешь ты, туда пойду и я. Я не вынесу и дня в разлуке с тобой. Если нельзя иначе, я готова заколоться кинжалом.

Ее каблуки застучали по гравию, по трамвайным путям, по канализационным люкам. С каждым ее шагом толпа расступалась, людей охватило смятение, ведь все слышали ее слова – и обращенные к Роме, и обращенные к ее врагу. Зеваки начали паниковать, все спешили убраться с пути наследницы Алой банды: ее боялись, несмотря на то что она шла с поднятыми руками, несмотря на то что в ее голову с трех сторон были нацелены винтовки. Складывалось впечатление, будто она идет по проходу церкви в ходе странной свадебной церемонии, а ее жених – Рома – ждет ее у алтаря, привязанный к столбу.

– Нет, – прошептал Рома.

– Наш город захвачен, – продолжила Джульетта; ее голос дрожал, на глазах выступили слезы. – Все, что было в нем хорошего, ушло, а может быть, никогда не существовало. Кровная вражда разлучила нас, но я не допущу, чтобы то же самое сделала смерть.

Договорив, Джульетта остановилась прямо перед Ромой. Она могла бы попытаться освободить его прямо сейчас, вырвав у одного из рабочих винтовку и разрезав путы штыком.

Но вместо этого она подалась вперед и поцеловала его.

И языком протолкнула в его рот вакцину.

– Раскуси ее, – прошептала она, прежде чем двое вооруженных рабочих оттащили ее от него. Толпа недоуменно зароптала. Тут должна была состояться публичная казнь, а что теперь?

Джульетта схватилась за ствол ближайшей к ней винтовки и повернула его в сторону Дмитрия. Рабочие бросились к ней, чтобы остановить, но ведь она не пыталась нажать на спусковой крючок, ее рука находилась далеко от него. Рабочий, на плечо которого был надет ремень этой винтовки, застыл в недоумении.

– Вы не знаете, на что я способна, – громко произнесла она. – Но я честный человек. Отпустите их, и я не стану сопротивляться.

Несколько долгих секунд все молчали. Затем Дмитрий сказал:

– Мне надоела эта мелодрама. Привяжите ее, а этих двоих отпустите.

Алиса тихо вскрикнула, ее глаза округлились. Маршалл подался вперед и выругался. Наверное, если бы уличные фонари светили ярче, было бы видно, что его лицо покраснело от гнева и что он хочет броситься на Дмитрия и положить этому конец.

– Ты не можешь говорить всерьез. Джульетта, ты не можешь просто так отдать свою жизнь. Какая муха тебя укусила…

Джульетта ничего не сказала. Она ничего не сказала, когда рабочие отвязали Алису и позволили ей отойти. Она ничего не сказала, когда с Маршалла сняли путы и он потрясенно смотрел, как ее подтаскивают к столбу и привязывают к нему. Он раскачивался с носков на пятки. Казалось, еще секунда – и он бросится на Дмитрия, послав к черту всех этих вооруженных рабочих.

– Ты не можешь говорить всерьез, – повторил он.

– Маршалл, уходи, – хрипло сказал Рома. Он не знал, что проглотил, но наверняка понимал, что у Джульетты есть какой-то план. – Не делай ее жертву напрасной. Возьми Алису и уходи.

«Уходи, – хотелось добавить Джульетте. – Уходи, и Венедикт тебе все объяснит».

Было видно, что Маршалл колеблется. Затем он взял Алису за руку и вместе с ней поспешил прочь, похоже, опасаясь, что им начнут стрелять в спины. Джульетта вздохнула с облегчением, когда они скрылись в темноте.

Она и сама немного боялась, что рабочие начнут стрелять.

– Ну, вот и конец. – Послышались щелчки. Дмитрий заряжал свой револьвер. – Это и впрямь будет новая эра.

* * *

– Маршалл!

Маршалл вздрогнул и остановился как вкопанный. Он тяжело дышал, так что Венедикт услышал