Роман Галкин - Обреченный взвод

Ознакомительный фрагмент

– Ты, судя по имени, русский?

– Русский, – киваю в ответ.

– Скажешь Тору, чтобы вечером прислал этого новобранца ко мне, – бросил здоровяк сопровождающему нас сержанту и, не дожидаясь ответа, скрылся в дверях казармы.

Мы проследовали ко второму подъезду и поднялись в расположение на втором этаже.

Тор – медведеподобный брюнет, мастер-сержант пятой роты – скептически осмотрел нас и, выглянув из каптерки, крикнул:

– Юрай!

Через некоторое время в помещение неспешно вошел капрал, среднего роста, со скуластым лицом и слегка раскосыми глазами. Окинув нас не менее скептическим взглядом, поинтересовался у мастер-сержанта:

– Мои, что ли?

Тот лишь кивнул и махнул рукой, мол, можете все проваливать.

– Бужа сказал, чтобы ты вот этого вечером прислал к нему, – вспомнил вдруг приведший нас сержант и указал на меня.

– Не понял? – оторвал взгляд от планшета Тор и вопросительно уставился на меня.

Я в ответ только пожал плечами.

Громила перевел взгляд на сержанта. Тот сперва тоже пожал плечами, но потом предположил:

– Вроде, этот новобранец тоже русский.

– Русский? – и опять громила уставился на меня.

– Так точно, сэр, русский.

– Два русских в одном полку – это к суровой зиме, – сообщил мастер-сержант и, переведя взгляд на Юрайя, поинтересовался: – Или к дождливому лету?

– Не знаю, – пожал плечами тот, – Я в русских не разбираюсь.

– Да? Ну теперь в твоем отделении будет экземпляр для изучения. Только сильно с изучением не переусердствуй, а то Бужа ноги за соотечественника повыдергивает, и ты без своих кроссов помрешь со скуки. И, кстати, веди взвод на обед.

Через пять минут мы, присоединившись к прибывшим ранее новобранцам, под командой капрала Юрайя отправились в столовую.

Вопреки предположению Сола, сырого мяса на столах не было. Но, лучше бы было сырое мясо…

– Команды садиться не было! – гаркнул Юрай, когда новобранцы начали рассаживаться на длинных лавках.

Поднявшись, мы с подозрением присматривались и принюхивались к солдатской пище.

Каждый стол был сервирован пластиковой посудой на десять человек – глубокие миски, ложки и кружки. Посередине стояли две большие пластиковые кастрюли, в одной из которых плавали какие-то непонятные кусочки, в другой находилось нечто белое. Рядом стояла миска, наполненная жирной жижей, из которой торчали неаппетитные клочки волос. Особый интерес вызвала закрытая кастрюля с носиком, которая, как выяснилось впоследствие, называлась чайником. В тот первый раз этот чайник, презрительно задравший свой изогнутый нос, выглядел как-то зловеще. Тогда же впервые я увидел солдатский сахар – десять белых кубиков в маленькой чашке. Привычно здесь выглядели только ломтики хлеба, разложенные по два кусочка.

– Ты, – капрал ткнул пальцем в длинного.

– Новобранец Логрэй, сэр! – вытянулся тот.

– Приступить к раздаче пищи! Чего вылупился? Бери разводягу – вот этот ковшик – и раскладывай первое блюдо по мискам, – Юрай кивнул на кастрюлю с непонятной коричневой бурдой, после чего ткнул пальцем в волосатую миску, – Мясо каждый берет сам по одному куску.

– Ого, – пробормотал Логрэй, – разливая варево, – это же натуральные продукты.

– С чего ты взял? – недоверчиво смотрю на исходящие паром полупрозрачные кусочки зеленых и желтовато-серых оттенков, плавающие в мутной жиже, которую тот налил в стоящую передо мной миску.

– Я с Литы, – слышу в ответ.

– Сесть! Приступить к приему пищи! – командует капрал, продолжая неспешно прохаживаться вдоль трех занятых нами столов.

Сев, с прежним подозрением помешиваю ложкой горячее варево. Решившись, набираю одной жижи и, подув, втягиваю в рот. Вкус соленовато-кислый. Подцепляю желтоватый комочек – по вкусу напоминает картофельное пюре.

В это время длинный новобранец тянется к миске с так называемым мясом и, ухватив двумя пальцами за пучок волос, достает один кусочек. На волосах, словно отрубленная голова, висит нечто слизистое и полупрозрачное.

– О, да это ж вареное сало, – сообщает парень с некоторым даже восторгом в голосе и, смачно обсосав, сгрызает это самое сало. Прилипшие к пальцам волосы обтирает о край миски и, прожевав, добавляет: – Просто свинью почему-то не опалили.

Я непроизвольно передергиваю плечами и понимаю, что больше не смогу засунуть в глотку ни единого кусочка. Сидящий рядом с Логрэйем парень зеленеет лицом. Рядом со мной сдерживает рвотный позыв побледневший Уиллис.

Однако половина новобранцев уплетали ужасные блюда с таким же невозмутимым видом, как и Логрэй. Справившись с первым, потянулись за вторым. Опустив ковшик в белое варево, длинный заявил:

– А это гречка.

– Что-то непохоже на гречку, – вытянув шею, заглянул в кастрюлю розовощекий крепыш.

– Да то просто сверху червячки белые плавают. А гречка самая обычная.

– Ого, сколько червей! Эй, чего ты мне одних червей навалил? Ты их хоть половником разгоняй.

За соседним столом кого-то громко вырвало.

– Закончить прием пищи! Встать! Выйти из столовой!

Мы, кто с облегчением, а кто и с явным сожалением, потянулись к выходу.

– Разрешите обратиться, господин капрал? – подошел Сол к Юрайю, когда тот вышел вслед за нами.

– Обращайтесь, новобранец.

– Неужели в армии нет нормальных синтезаторов пищи, что мы должны питаться таким дерьмом, сэр?

– Вы с какой планеты, новобранец?

– С Кинга, сэр.

– Тогда все ясно. Дерьмо, новобранец, это то, чем вас кормят на ваших промышленных планетах. А здесь, – капрал указал на двери столовой, – как правильно отметил новобранец… э…

– Новобранец Логрэй, сэр, – ответил на взгляд Юрайя длинный.

– Здесь, как правильно отметил новобранец Логрэй, только натуральные продукты. Ну а если попадается что-то не первой свежести, так вашим же желудкам меньше работы. Но дело даже не в этом…

Капрал прошелся перед нами, вероятно подбирая слова, и продолжил: