Сергей Калашников - Клан Мамонта

Несущие элементы связали лыком, а собственно покрытие прижали наклонными палками, вершины которых тоже связали. То есть работы оказалось не так уж и много. Или ребята, вдохновлённые волшебным пенделем и радужной перспективой перекусить, особенно шустро шевелились? Постройку эту возвели одним из торцов вплотную к противоположной от входа стене укрытия. Разобрали часть плетения, сделанного в этом месте из отдельных веток и...

- Чего это ты мне букет суёшь? - возмутилась Ленка, принимая из рук Веника пучок трав. - И вообще, одуваны в качестве цветов - это дурной тон. Ещё и завернул в подорожник - не мог, что ли, за нормальными лопушками сходить?

- Это не одуванчики, а мать-и-мачеха. Она, да ещё подорожник, считаются целебными растениями. Правда, не знаю, от чего помогают, но вреда точно не будет. Дай их Галке пожевать. Как она, кстати?

- Горит. Несите ещё холодной воды на обтирание. И заделайте противоположную сторону своего балагана чем-нибудь, чтобы не дуло, а то тут у вас, как в трубе, - огрызнулась девочка и исчезла.

- Пошли, ещё кусок коры снимем, пока не стемнело, - развёл руками Саня.

- Нет, блин! И чего она раскомандовалась? - возмутился Веник. - Устроила тут матриархат, понимаешь, а вождь у нас, между прочим, Ве... то есть, Мамонт.

- Она дело говорит, - остудил друга Вячик.

Солнце уже касалось вершин отдельных, самых высоких деревьев - мешкать было некогда.

***

Ужин в этот суматошный день получился поздним. Пока переносили постель из решётчатого убежища в балаган, пока придумывали, как устроить здесь очажок и куда приткнуть дрова, наступила полная темнота, и на небе зажглись звёзды. Но никто на них не смотрел - остывшее мясо крупной птицы на удивление хорошо прожарилось.

Закутанная в длинный Веников пиджак с сильно закатанными рукавами Галочка сидела, словно птенчик, и с аппетитом вкушала трапезу, хотя испарина у неё на лбу выступала отчётливо.

- Ты, Мамонт, нам так и не рассказал, откуда у тебя такие познания во врачевании, - ни с того, ни с сего поинтересовалась Любаша.

Ленка в ответ бугыгыкнула и, ни секунды не медля, ответила: - Ты с какого дуба рухнула? Не помнишь, что ли, как он то на костыле ковылял, то перевязанной головой сверкал, то в майскую жару ангину подхватывал? К нему ещё Лёха кликуху клеил - Травмированный. Но она не прилипла, просто стали его то лохом звать, то лузером. А на самом деле он, считай, все болячки, какие нашлись, на своей шкуре перенёс. Ты эти мать-и-мачеху и подорожник что, тоже жевал? - обратилась она к вожаку.

- Нет. Заваривал, когда болел. И пил. Не знаю, помогало ли, потому что таблетки ещё были.

- Ну вот! А теперь Галочке от них сразу полегчало. И... это, кончай брюхо набивать. Расскажи нам, что дальше будем делать?

- Так тут всё понятно, - Веник осмотрел идеально обглоданную косточку и положил её на обрывок коры. - Всё, что про древних людей рассказывали. Каменные орудия труда, плетение корзин, выделка шкур. Потом нужно выявить съедобные растения. Нам, что самое сложное - так это освоить обжигание посуды из глины.

- Ничего там сложного нет, - тоненько прошелестела Галочка. - Я в Доме Детского Творчества ходила на керамику. Просто это довольно трудоёмко и нужно много дров. Ну и с глиной надо угадать, подобрать состав смеси. Опять же печку построить, просушку наладить и всё это укрыть от дождя.

- Ты, это, поправляйся пока, - пробормотал глава клана. - Конкретно завтра - плетение корзин у девочек и обучение изготовлению инструментов из камня у мальчиков.

- А охота? Или хотя бы рыбки наловить? - возмутился Саня.

- Пока корзинки не будет, рыбачить бесполезно - из травы у вас весь улов утащат. А насчёт охоты - так без лука ничего толком не выйдет - одни разодранные коленки у нашей охотницы. Кстати, Лен, на вот, держи - он подал девочке комок ткани.

Та развернула и посмотрела - это были спортивные штаны, а потом смиренно произнесла: - Хорошо, постираю. Но зашить не смогу - нечем. Ты бы не сидел в них около костра.

- Ну, это тебе. Носить. А то от вида твоих истерзанных ходуль у меня просто мороз по коже.

- Спасибо.

- И, да. Как покажу парням работу с камнем, так сразу начнём делать луки, а то Саня нас скоро самих съест.

Глава 4. Четвёртые сутки...

Утром, как обычно, все проспали. Проспали и рассвет, и восход солнца. Но не завтрак.

- Эй, вы! Сонные тетери! - Ленка заколотила по сосновой коре покрытия балагана, отчего на дрыхнущий народ посыпались ошмётки... мусор, короче.

- Да что же это такое! - вскинулся Вячик.

- Бр-р! - Саня сел и захлопал глазами. - Галочка! Тебя ночью никто не раздавил?

- Ой! А где девочки? - всколыхнулась Галя и ещё сильнее закуталась в Веников пиджак.

- А ты тут кто? - удивился вождь клана.

Некоторое время ребята смотрели друг на друга, выплывая из объятий Морфея. Потом неохотно зашевелились и поползли на выход.

- Зверь ты, Мамонт, а не вожак, - жаловался Вячик. - У меня всё болит...

- ...Как после тренировки перед соревнованиями, - продолжил фразу Саня.

- Ну, вы! Близнецы Уизли! - прикрикнула Ленка. - Завтракайте - и за работу. Сначала камни, потом лук со стрелами. Шевелитесь, ленивые скотины. У вас шакал до сих пор не кормлен. Галка! Брысь на лежанку! У тебя постельный режим! - прикрикнула Леночка на подругу. - Я принесу поесть, ты только лежи, - добавила она, сбросив оборотов

Шакал, действительно, сидел рядом с ближним кустарником и внимательно наблюдал за происходящим. Люба подала ребятам печёные рыбки на лопушках. Те спокойно отковыряли глину и принялись за еду.

- Ой, а откуда кусать? - Галка снова выглянула из убежища.

- Так глину отшелуши, - кинул через плечо Саня. - И разве это завтрак? - вопросил он, помахивая перед носом скелетом не такой уж маленькой рыбёшки.

- Лен! Сане - двойную порцию.

- Не сегодня. Но - да. Слушаюсь, Шеф, - ответила девочка, насмешливо заломив бровь. Она сегодня была в дарёных трениках с несколькими дырками, прожженными вылетевшими из костра искрами. Вот и пойми - серьёзно говорит, или прикалывается. - Разрешите приступать к плетению корзин, - забила она окончательный гвоздь. Или - гвоздь окончательно. Но эффектно.

Веник кивнул и положил обглоданный скелет на ошмёток коры.

Саня принял его и протянул в сторону мнущегося неподалеку шакала.

- Шак! Ко мне! - четко произнёс он. Остальные затаили дыхание, ожидая, чем это закончится.

Зверь начал приближаться, делая разные нерешительные движения, словно стеснялся такого пристального внимания. Замер он в полуметре от угощения и даже заскулил от рвущего его противоречия. Саня смилостивился, положил кору с объедками на землю (трава тут была давно и надёжно вытоптана) и убрал руку. Это надо было видеть, сколь застенчиво дикая тварь из дикого леса кралась к еде. Но вот цель достигнута и... делайте со мной всё, что захотите, только дайте доесть!