А Эльстер - Вниз и влево (СИ)

— Да… «Ментальная Катапульта». Действительно, похоже. Но слушайте дальше: «…по силам ли мне такой труд? Хватит ли мне для этого духа? Не знаю… Но, по крайней мере, я должен выяснить, где находятся остальные шесть Башен. Я говорю с путешественниками, что посещают наш храм и библиотеку. Я делился с ними своей догадкой… большинство из них в ужасе отшатывалось от меня, но бывали и такие, кто слушали внимательно. От них я узнал о самых страшных из сект, что есть на свете, о самых темных и зловещих культах. Мысль моя проста: то, что должно противостоять Свету, должно быть темнее самой Тьмы. Так я понял, где следует искать! В Сирии, в горной области, где исмаилиты Ага-хана…» — тут пропущено… — «но главное: в Ираке есть народ езидов, которых и христиане, и мусульмане считают дьяволопоклонниками, служащими Сатане. Где и быть на земле Первой из Башен, как не там?»

На этом изыскания Сэнгэ обрываются, потому что начинается то, о чем тибетцы рассказывали Эльзе: «…несчастье! Неужели учитель мой не сможет завершить ритуал? Я не нахожу себе места от мысли, что может быть тому причиной. Я помогал ему в его трудах — и не я ли, его недостойный ученик, навлек на нас обоих проклятие неба? Быть может, в мыслях моих о Башнях утратил я покой сердца — и совершил оплошность в обряде… но знаю я, знаю, что другое гораздо вероятнее! О, Бальжинима, дочь царя!.. Я думаю о ней больше, чем должен, и больше, чем… — снова неразборчиво, — …без ведома моего учителя. Я, должно быть, гублю его, хотя клялся отдать за него жизнь. Что мне делать теперь? Нет, я должен очистить свое сердце и облечься в лед! Я должен спросить налджорпа, что бывают у нас, как…»

Дальше на листках сохранились лишь отдельные слова, но, думаю, история достаточно ясна.

— Учитель и сам был хорош, — проворчал Бенини.

— Или слишком хороша была царская дочь, — улыбнулся Тадеуш.

— Тоже мне, оправдание!.. Но ладно. Я понял, что эта версия отличается от того, что знала Эльза. Но что из этого следует?

— Мне понадобилось немало времени, чтобы объехать все места, где стоят Башни. Вдобавок я побывал и в Джунгарии, откуда Сэнгэ был родом! То, что я выяснил, поразительно, на мой взгляд!

Во-первых, в родных его краях до сих пор есть предание о том, как местный князь продал собственного сына черным колдунам, чтобы откупиться от них, и о том, к каким бедам привела эта его слабость. То есть, — заметьте! — в этой истории говорится всего лишь о меркантильном соображении, а не о каком-то великом замысле с жертвоприношением во имя вечности. Я думаю, все остальные интерпретации этой грубой сделки породил сам мальчик, пытаясь придать хоть какой-то смысл тому, что отец его предал.

А во-вторых, с Башнями тоже не все так просто. Шесть из семи построек — не такие уж и древние. По крайней мере, они были возведены заново на прежних основаниях веке в четырнадцатом — начале пятнадцатого. Езидский двуглавый храм из них — самый старый, но… и там, и в прочих шести местах до четырнадцатого века никто слыхом не слыхивал ни о каких Хранителях и ни о каком Культе Башен! Да и о самих Башнях не слышали, в основном… Да, там жили разные народности. Я начал писать о них большую монографию… Да, у них имелись довольно мрачные обряды. Но, представьте себе, они находили им свои собственные объяснения в рамках своих мифов! Я хочу сказать: находили ровно до четырнадцатого века. А потом все будто с ума сошли, и повсюду примерно в одно и то же время построили Башни, и возник Культ Хранителей.

— Постой-ка, — догадался Бенини, — Уж не хочешь ли ты сказать, сын мой, что дело в этом злосчастном мальчишке?

— Я полагаю, что даже не в нем самом, а в том, что он стал демоном, — кивнул Тадеуш, — Я немало беседовал с Отто Штальбергом, когда это стало возможно… Ну, я имею в виду, когда он посчитал свою месть завершенной, и его несколько отпустило. Он мне рассказывал об их науке с Эльзой, и о демонах в частности. Так вот: они считали, что, когда человек теряет Кристалл, то все содержание его психики становится объективной частью физических законов…

— Это так есть и у обычного человека, — откликнулся Бенини, — «По вере вашей воздастся вам…» Но продолжай.

— …да, но то, что было теориями, случайными измышлениями, становится после этого догмами! И более того…

— …самостоятельными сущностями, — подсказал святой отец, — наименования коих тоже давно известны.

— Вот именно! То же относится и к Сэнгэ. Пока он был человеком, он знал, что все его построения — это лишь система догадок, хоть он в них и верил. Но потом, разбив Кристалл, он сам в них воплотился! Фактически, он стал законом существования Башен, и этот закон связал между собой в единое целое семь абсолютно разных мест. Притом влияние его оказалось очень широко, потому что и концепция была глобальна! К тому же, Сэнгэ делился ею с путешественниками, и они несли ее дальше в места, куда шли. Сходные мысли были посеяны во многих головах. Тем вероятнее было, что люди отреагируют, когда в мире появилась… ну… физическая основа для того, чтобы Башни действовали. Так возник Культ. Хранители построили Башни, разработали теорию и обряды, — и чем больше их становилось, тем лучше все работало.

Ну вот: а вы сами тогда предположили, что Эльза не одна исчезла, а вместе со своим демоном, и…

— …Башни стали теперь просто странными постройками! Так, сын мой?

— Ну да. Не считая того, что Эльза со своей экспедицией устроила им кровавую баню, это и положило конец Культу. Верование стало фантазией. Езидизм вновь стал просто экзотической разновидностью гностицизма. Исчез, кстати, и больной интерес к Башням, который тревожил оккультистов в венских салонах, — ведь до того, как Эльза заключила Контракт, никто не бегал там по стенам и не впадал в паранойю, связывая Книгу Еноха с суфиями.

А еще, по словам спиритистов, духи честных христиан перестали попадать в Бардо, а начали привычным образом оказываться в аду или чистилище! И я имею предположение о том, кто их раньше туда закидывал…

— Все это весьма похоже на правду, — священник кивнул, — Но как все-таки ты объяснишь, что ловушки были пусты? Как ни преуспел в спекуляциях этот мальчишка, но ведь не выдумал же он Семерых Падших?

— О, этого я вовсе не хотел сказать! Просто не стало причины, почему им вдруг надо было сидеть именно в этих каменных ямах. Должно быть, они по-прежнему в нижних кругах Ада, как там у Данте было… Впрочем, это уж вам виднее.

Бенини провел рукой по лицу:

— Нда, отличная «современная наука». А ведь я давно подозревал на ее счет нечто подобное! Я хочу сказать: прочие законы наших горе-ученых могут оказаться такой же природы, как и закон Башен. Вся эта… термодинамика вместе с относительностью. Взяли и выдумали эту ерунду, и сами же сделали ее догмой! И при этом говорили: мы лишь следуем за реальностью, мы не какие-то мракобесные колдуны! Но на деле они настоящие колдуны и есть, а недобитых алхимиков задавили числом. Пустили по ветру Божий мир, все Семь небес и Сферу огня в придачу…