Юлиана Суренова - По ту сторону гор

Его спутники согласно закивали. У них самих было такое же чувство. Но только они шли дальше мечтательного вздоха — "Вот бы действительно, вернуться домой, но только чтобы там было лето, и все беды остались позади…"

Первый шаг — понимание, что — нет, увы и ах, то, что они видели внизу — не Альмира. Даже с такого расстояния видны различия. И самое очевидное — горы, которые в этой земле поддерживали горизонт не с одной стороны, а с двух.

Дальше же…

— Знаете что, — оглядев пещеру, Лиин нахмурился, — у меня такое чувство, что нас здесь ждали.

— Переплыл реку, не входя в воду! — хохотнул бродяга. — Конечно, ждали! Это ведь пещера караванщиков на караванной тропе. Она предназначена для того, чтобы встречать странников. Так было в самом начале пути. Так было на Венец-горе. А то, что мы последние дни спали словно звери в снегу, означает лишь, что все это время мы шли по звериным тропам.

— Но караваны с прошлой осени не ходят, — попытался возразить ему сын воина, в то время, как царевичи молчали, старательно обдумывая услышанное.

Братья почти в одно и то же мгновение почувствовали, что в словах Лиина что-то есть, вот только никак не могли понять, что именно.

Лоту же не нужно было раздумывать. Он все знал и так:

— Во-первых, это не значит, что пещеры должны стоять пустыми…

— Но сено-то свежее!

Действительно, исходивший от травы запах говорил о том, что она была скошена от силы несколько дней назад. Ну, может быть, чуть больше, когда холод способствует продлению жизни.

— А во-вторых, — как ни в чем не бывало продолжал бродяга, перестраиваясь на ходу, — здесь не знают, что на Альмире лежит проклятие холода и перевал закрыт. И караваны продолжают идти…

— Ерунда! — не выдержав, вскричал Альнар. Наследник уже сидел у круга кострища и старательно складывал дрова. Ему не терпелось поскорее разжечь огонь и согреться. Он так замерз, что перестал чувствовать ноги, руки, онемев, отказывались слушаться, а в груди, где обычно дышала приятным теплом душа, было холодно и пусто. — Они что же, по-твоему, окончательные идиоты, что за столько времени ничего не поняли? Да первый же караван, вернувшийся назад, после того, как не смог пройти закрытый перевал, все рассказал остальным!

— Но они могли подумать, что это случайность! На время! Но не навсегда же! — Лот умолк, поймав на себе взгляды спутников, которые глядели на него как на полного идиота. — Что?! — обиделся и разозлился тот. Не дождавшись ответа, он махнул рукой: — А, ну вас! — и замолчал, надувшись.

— Если я хоть немного понимаю торговцев, — потерев нос, проговорил Лиин, — они ждут, пока придет караван из Альмиры. Может, поэтому в пещере все готово — таким образом, они показывают нам, что мы — желанные гости.

— Не мы, — качнул головой Алиор, — караванщики. Потому что их приход нес бы добрую весть, а мы… — не договорив, он умолк, лишь качнув головой, впрочем, его спутникам все было понятно и без слов.

— Говорят, — негромко заговорил наследник, который, выгрузив из сумки котелок и кружки, принялся за приготовление ужина, благодаря богов за то, что утренняя охота была достаточно богата, чтобы оставить пищу и на ужин, — что любая новость имеет цену и плохая порой стоит даже дороже. А кто лучше способен ее продать, чем торговец?

— Интересно, и когда они придут за своим товаром? — пробормотал Лот.

Все тотчас повернулись к нему. На лицах было непонимание, в глазах — доля страха. Потому что он мог оказаться более чем прав — если придут те, которые все считают своим.

— Нам только разбойников не хватает, — пробормотал Лиин, кладя руку на рукоять меча.

— Оставь, — хмуро глянув на него, качнул головой Альнар.

— Что? — непонимающе спросил Лиин.

— С шайкой нам не справится. Не стоит и пытаться.

— Предлагаешь просто отдать им все, в надежде, что тогда они отпустят нас восвояси? — непонимание заставляло его собеседников злиться, причем — совсем не на себя. И если сдержанный Лиин терпеливо ждал объяснений, то Лот кричал так, словно ему велели отдать клад, найти который он мечтал всю жизнь, но откопал только накануне.

— Тебе-то что? — смерив его холодным взглядом, презрительно фыркнул Альнар.

— Я не боюсь разбойников!

— Еще бы. Таким, как ты, их нечего бояться. Терять-то все равно нечего. Такие, как ты, скорее сами становятся разбойники.

— А какие — такие как я? — дернувшись, словно от удара, Лот резко повернулся к царевичу.

— Нищие, — глядя ему прямо в глаза, ответил наследник.

— Ты… — бродяга сжал кулаки, готовый броситься на царевича. Так бы и случилось, если б Алиор не схватил его за руки, удерживая на месте.

— Не делай того, о чем потом пожалеешь, — едва слышно прошептал он ему на самое ухо.

— Нет, ты слышал, что он сказал?! — возмутился бродяга. — Значит, он станет новым царем — Объединителем, а я если кем и могу стать, то только разбойником!?

— И то если тебе очень повезет, — хмыкнул Альнар,

— Да я…

— Остановись, — вновь осадил его, готового ринуться в драку, юноша, а потом повернулся к брату: — Зачем ты это делаешь?

— Что — это? — тот делал вид, что не понимает, о чем речь.

— Стремишься вывести его из себя. Ты ведь специально, я вижу! Зачем тебе это?

Наследник фыркнул:

— Просто так. Может, мне нравится его злить. Может, видя его ярость, я сам успокаиваюсь и вообще… отдыхаю душой.

— Хороша же у тебя душа, если находит отдых лишь в чужой злости! — бросил ему в лицо началом проклятия Лот. Он был готов продолжать, но Алиор остановил его вновь:

— Не надо, — юноша тяжело вздохнул, прикусил на миг губу, а затем, встав, направился вглубь пещеры. — Я пошел спать. Когда придет время нести дозор — разбудите.

Быстро расстелив плащ, Алиор лег, отвернувшись лицом к стене. Конечно, чувство самосохранения настойчиво убеждало его перевернуться на другой бок, чтобы видеть опасность, задумай она приблизится к нему, но ему этого не хотелось.

— Зачем ты меня только остановил, — недовольно проворчал Лот, устраиваясь с ним рядом. — Ох бы я ему врезал…!

— И что дальше? Тебе бы стало от этого легче?

— Да! Я получил бы незабываемое удовольствие!

— Такое же, как в прошлый раз?

— А что в прошлый раз? — все еще продолжал упрямо настаивать на своем Лот, хотя решимости в его голосе поубавилось, когда на смену ему начало приходить сомнение.

— Давай спать, — Алиор закрыл глаза. Сон подкрался к нему так близко, что он, во власти полудремы, уже видел неясные очертания далеких образов. Еще несколько мгновений…

— Аль, — но его приятель все никак не мог угомониться. Ему, охваченному чувствами и сомнениями, совсем не хотелось спать. — Как ты только можешь думать о сне! После всех тех кошмаров… Бр-р, — он нервно дернул плечами. — Я бы до самой смерти не смог глаз сомкнуть после такого.