Юлиана Суренова - По ту сторону гор

Во всяком случае, если судить по рассказам людей знающих, так оно и было. А вряд ли они специально удлиняли путь. На самом деле или на словах — не важно, какой в этом смысл? Оградить свое ремесло от возможных конкурентов, которых сразу появилось бы великое множество, проведай они, что дорога через горы не так уж трудна и опасна, как о ней принято считать?

Эта мысль никак не хотела уходить, все вертелась и вертелась в голове. И если в первый миг она казалась ему полным безумием, не более реальным, чем слова бродяги, то по прошествии какого-то времени настойчивых раздумий — вполне возможной.

Лот — пусть и наивная душа, но сразу почувствовал, что у его спутника сменилось настроение.

— Чем сидеть и замерзать, — глядя, прищурившись, на сына воина, начал он, — почему бы тебе не прогуляться со мной вон до того уступа? Даже если ничего не найдем, хоть согреемся.

— А один идти боишься? — презрительно хмыкнул Альнар, который, в отличие от Лиина, не делал и попытки подняться. Возможно, его усталость была сильнее чувства холода.

— Да нет, что ты! — язвительно проговорил Лот. — Просто я решил, что ты прав: еще свалюсь в какую-нибудь трещину, а вам напрягаться, вытягивая меня, — он смотрел на царевича, ожидая, что тот скажет в ответ. Разозлится? Смолчит?

Пауза несколько затягивалась, или просто ему, с нетерпением ждавшему, что случится дальше, так показалось.

Бродяга, чтобы как-то скоротать время, стал гадать, что будет дальше, готовый сам с собой поспорить. Захватывающий спор, тем более, когда понимаешь: при любом развитии событий не проиграешь.

Но того, что случилось дальше, он никак не ожидал.

Наследник несколько мгновений пристально смотрел на собеседника, а затем, вдруг рассмеявшись, качнул головой.

— Лиин, — не поворачиваясь к сыну воина, уверенный, что тот и так внимательно его слушает, Альнар распутал веревку, замотанную вокруг пояса, — возьми.

— Ты что же, думаешь, я позволю водить себя на поводке, словно ручную собачку? — поняв все быстрее застывшего с веревкой в вытянутой руке сына воина, возмущенно вскричал Лот. — Еще чего не хватало!

— Между прочим, этот "поводок" уже дважды спасал твою жизнь.

— Ладно, — подумав, бродяга нехотя согласился. В конце концов, ему совсем не хотелось умирать за шаг до цели. Он обвязал конец вокруг своего пояса, потов, уперев руки в бока, повернулся к царевичу: — Ну, мамочка, теперь ты довольна и отпустишь меня погулять? — после чего, не дожидаясь ответа, побежал вперед, увлекая за собой Лиина.

Алиор остался с братом. Поглядывая вслед за бродягой, он виновато улыбнулся:

— Не обижайся на него. Он просо шутит.

— Он просто издевается, — фыркнул Альна. В его голосе не было злости, лишь презрение. — Впрочем, он сейчас меня беспокоит меньше всего, — задумавшись над чем-то своим, чем он пока еще не собирался делиться с другими, царевич замолчал.

— Брось, — Алиор небрежно махнул рукой. Его душой завладело чувство полной безмятежности. Словно все на свете беды остались позади и никогда больше не вернутся. — Вон оно, Девятое царство. Осталось лишь спуститься вниз, — конечно, в горах всякое может случиться. Но не затем же духи, боги или кто там еще так долго вели странников к цели, чтобы уничтожить в шаге от мечты!

Однако, судя по тому, о чем заговорил брат, он думал отнюдь не об этом последнем участке пути, который им еще предстояло пройти.

— Девятое царство? — он презрительно скривился. — Да, мы до него добрались. Ну и что с того? Это ведь не конец пути, а только самое что ни на есть начало.

— Как это "начало"? — Алиор ошарашено уставился на него. Он-то думал… — Хотя, конечно, — по некоторому размышлению, признал он. — До повелителя дня еще идти и идти. Где его искать? На земле или на небесах?

— При чем тут это! Мы подходим к Девятому царству.

— И тебе нужно захватить в нем власть, чтобы потом прислать отцу помощь?

— Захватить власть! — воздев глаза к небесам, рассмеялся Альнар. — Если бы все было так просто, как в мечтах: пришел, сказал — "хочу вами править", и сразу получить царский венец от благодарных подданных.

— Но ты же говорил…

— Я мечтал вслух, не особенно надеясь, что мы вообще пройдем через горы. А теперь, когда невозможное стало реальным, пришла пора отрезвления.

— Ты хочешь сказать, что не знаешь, что делать? — это казалось ему просто невозможным. — Но как же? Нужно идти дальше, искать повелителя дня…

— Чем ты слушаешь, малыш? Я же только что сказал тебе — время грез закончилось! Все! Забудь о богах.

— Но…

— Ладно, не забивай себе голову. Это уже моя забота… Только скажи. Чтобы я уж знал наверняка. Ты сможешь найти путь обратно?

— Но зачем? Ведь в Девятом царстве, несомненно, есть уйма проводников, которые…

— От которых нет никакого прока, когда перевал закрыт! — вернул его к реальности хмурый голос брата.

— Ах, да, точно, — он даже стукнул себя по лбу. Действительно, как он мог забыть? До тех пор, пока Десятое царство во власти морозного проклятия, перевал будет закрыт, ведь он — его часть. И, значит…

— Все их знания для нас — совершенно бесполезны. Они не знают той тропы, которой провел нас ты! Я сам не знаю! — он злился, распыляясь. — Если бы мне кто-нибудь сейчас сказал: "Мы готовы доставить вам продукты, только проведи караван", — я бы не взялся, потому что не помню дороги. А ведь я пытался запомнить — и ничего, пустота да сплошной туман, — затем он повернулся к брату, взгляд его сощуренных глаз был настороженно озабочен: — Но ты сможешь провести?

Аль несколько мгновений смотрел на него. Нет, конечно, совсем не потому, что вопрос поставил его в тупик. Он знал ответ — да, конечно. И память тут ни при чем, когда в горах все очень быстро изменяется и та дорога, что несколько мгновений назад вела к жизни, спустя еще один миг может заманить в смертельную ловушку. Но вот чутье — оно остается, несмотря ни на что. Другое дело что:

— Караван с продуктами не поможет, — качнул головой он.

— Поможет! — отрезал его брат, у которого, видимо, был какой-то план.

— Но как мы снарядим караван? Для этого мало золота. Нужны связи. Конечно, если бы с нами был Рик, мы бы смогли что-то придумать.

— Забудь. Это моя забота. Твое дело — провести.

— Хорошо. И что потом? Будем так и водить караваны туда — обратно? — по его мнению, это было совершенно бесполезно, потому что не устраняло проблему, не снимало проклятие, а, разве что, отдаляло конец.

— Мы пошли впятером, потому что не знали, сможем ли пройти через горы. Теперь же, когда оказалось, что это не так уж сложно, можно собрать всех выживших и постараться…