Danielle Collinerouge - Гарри Поттер и Враг Сокола

Гарри и Гермиона изумленно посмотрели на своего одноклассника.

— Ну, я имею в виду старшекурсниц, — смутился Невилл, перехватив их взгляды. — А как ведет себя, вообще молчу!

— Ну, он же теперь сын Министра Магии, — презрительно фыркнул Дин Томас.

— Мистер Уизли, будьте так любезны, передайте значок мистеру Малфою, — приказала Амбридж.

Рон на ватных ногах подошел к лениво поднявшемуся Драко.

— Как самочувствие, рыжий? — довольно усмехнулся он, принимая значок.

— Подавись им, Главный Девственник Хогварста, — прошипел Рон.

— А мне можно, — нагло растянулся в улыбке Малфой. — Папа очень рад, что у меня нормальная сексуальная ориентация. А ты, дружок, затягивай потуже поясок. В Хогвартсе объявляется строгий целибат. А то распустились, дальше некуда!

Сразу после собрания в Общем Зале к Гарри подбежала Люси и, без конца поправляя новый серебристый значок с буквой «И», передала приказ Амбридж ему и Гермионе явиться в кабинет директора.

— Там дементоры стоят, а я их боюсь, — огрызнулся Гарри.

— Да не в тот кабинет, а в новый! Ну тот, что на втором этаже, с котятами, — провизжала Люси.

— И как же тебя приняли в отряд, если ты Малфоя заложила вместе с его «Чарующими историями»? — фыркнул Рон.

— Плевать он хотел на то, что наговорил ему старый директор! — взвизгнула Люси. — У него уже давно мыши в голове поселились!

Гарри и Гермиона вошли в новый кабинет нового директора Хогвартса. Гарри снова обдало волной неприятных воспоминаний: стены, стол и полки были украшены мерзкими котятами, салфеточками, вазочками и рюшками. Гарри невольно обвел взглядом кабинет в поисках длинного черного пера.

— Министерство возмущено теми безобразиями, которые позволял себе бывший директор Дамблдор, — произнесла Амбридж, вперившись в Гарри своими жабьими глазами. На Гермиону она даже не взглянула. — Обвенчать школьников и разрешать им заниматься развратом! Это возмутительно!

— Мы не занимались развратом! — едва сдерживая злость, произнесла Гермиона.

— Тем не менее вся школа смотрит на вас как молодых любовников, которым можно все. Вы подаете остальным детям плохой пример.

— Никто не знал о нашем венчании, пока об этом не написал «Волшебный голос правды»! — воскликнула Гермиона. — Это во-первых! А во-вторых, я и Гарри уже совершеннолетние!

— Молчать, мисс Всезнайка! — приказала Амбридж. — Школьные правила запрещают любовные связи между учениками. Поэтому вопрос о законности вашего брака будет рассмотрен в Высшем Волшебном Суде.

— Что? — Гарри не поверил собственным ушам..

— Да, мистер Потер, — с удовольствием ответила Амбридж.

— Венчание нельзя отменить, — уверенно произнесла Гермиона.

— Суд решит, господа Поттеры, — торжествующе улыбнулась Амбридж. — А сейчас отдайте мне ваши кольца.

— У нас нет колец, — едва скрывая злорадство в голосе, проговорила Гермиона.

— Что значит нет?! Если вы обвенчаны, у вас должны быть кольца! — Амбридж схватила Гарри за руку и ощупала его пальцы.

Гарри вздрогнул от отвращения. Прикосновение коротких пухлых пальцев, унизанных перстнями, вызвало легкую дурноту. Гермиона, слегка дрогнув уголками губ, протянула и свою руку для обыска.

— Куда вы их дели? — взвизгнула Амбридж.

— Профессор Дамблдор забрал на хранение. Боялся, что кто-нибудь украдет. Кольца золотые, дорого стоят, — охотно ответила Гермиона.

Все предвидел, старый маразматик! — Гарри ясно ухватил мысль, исходящую от директрисы. Гермиона смотрела на приземистую фигуру едва ли не с откровенным вызовом.

— Ну что ж, — возвращая в свой голос слащавость, произнесла Амбридж. — Это ничего не меняет. Высший Волшебный суд все равно вас разведет.

Сердце Гарри неприятно сжалось. Он бросил быстрый взгляд на Гермиону. Пусть только попробуют! — мысленно хмыкнула девушка. — Гарри, без колец и нашего обоюдного согласия никто ничего не сможет сделать! Гарри облегченно вздохнул.

— Да, и кстати, почему вы до сих пор не подписались у старост факультета на «Волшебный голос правды»? — осведомилась Амбридж, взяв со стола пергамент со списком фамилий.

— В объявлении было сказано, что подписаться должны все желающие. Я не желаю, — ответила Гермиона.

— Желаете, мисс Грейнджер. Причем не одну на двоих, а как и положено всем нормальным ученикам, по одному экземпляру на каждого. «Волшебный голос» был единственной газетой, которая осмелилась писать правду при прошлом Министре!

Гарри изумленно расширил глаза и едва сдержался от усмешки. На лице директрисы виднелись слабые следы её бывшего патрона, ныне сидящего в Азкабане, Корнелиуса Фаджа.

— Единственная газета, которая не побоялась открыть нам глаза на подлые и грязные поступки бывшего правительства! — продолжала тем временем Амбридж. — Поэтому все должны продолжать читать её!

— Эта газета писала ложь и подтасованные факты. В частности обо мне и моих родителях, — веско произнес Гарри.

— Помолчите, мистер Поттер, иначе будете наказаны, — Амбридж выразительно подумала о своем волшебном пере.

Гермиона сжала Гарри руку — Гарри, пожалуйста, не надо. Подпишемся на эту дурацкую газету. Я не хочу, чтобы эта жаба наказывала тебя!

— Хорошо, — сквозь зубы процедил Гарри, — мы подпишемся на вашу правдивую газету.

— Замечательно, мистер Поттер. Оформите подписку прямо сейчас и купите номер для Информационного собрания, поскольку «Волшебный голос» начнет приходить к вам со следующей недели, — проговорила Амбридж шелковым голосом.

— Информационного собрания? — переспросил Гарри.

— Разве я не говорила? Каждую пятницу перед уроками будет проводиться Информационное собрание, на котором я буду оповещать, что происходит в нашей стране, а вы — делиться своими впечатлениями от статей в «Волшебном голосе правды», — с удовольствием объяснила Амбридж.

Ну и бред! — Гарри переглянулся с Гермионой.

— А впечатления от статей нужно говорить настоящие, или за это тоже будет наказание? — въедливо-вежливо спросила Гермиона.

— Разумеется, нужно говорить правду. Наказание будет только в случае неподготовленности к Информационному собранию, — Амбридж растянула рот в жабьей улыбке.

— Сколько я должен заплатить? — спросил Гарри.

— 20 галеонов за подписку и 10 сиклей за номер для пятничного собрания, — сладенько протянула Амбридж.

Гарри невероятно бесил девчоночий голосок директрисы, от которого он успел отвыкнуть за полтора года.

— Сколько? — ахнула Гермиона. — Но почему так дорого?