Вероника Сейнт - Гамельнский Крысолов

Лестница заканчивалась еще одной дверью, теперь уже из какого-то красного дерева. Она так же была украшена множеством замков и засовов, но даже они не помешали Двойке посохов пройти дальше.

За дверью была большая комната - широкая кровать с балдахином, книжный и платяной шкафы, несколько цветастых ковров на полу. В одной из стен была еще одна дверь, не закрытая на засовы, а на противоположной стене - та самая пара окон, что Виктор видел еще снаружи. Казалось, комнатку создали специально для кого-то, как гостиную и спальню.

Юнона стояла у одного из окон, замерев в паре шагов от него, словно не решаясь подойти ближе.

На ней было черное платье без каких-либо изысков, просто платье. Волосы были вымыты и расчесаны, а на коже не было и следа грязи или кровоподтеков, только стремительно заживающие шрамы и ожоги.

-Юнона? - позвал Виктор. Происходящее удивляло и волновало его - что еще задумал Гидеон? Неужели он заставил Юнону отказаться от него, пообещав ей уютную комнату, чистую одежду и постоянную защиту?

-Принц-Ворон, - девушка резко развернулась и поспешила к Двойке посохов, утопая босыми ногами в мехе одного из лежащих на полу ковров.

-Что... что происходит? - нерешительно спросил Гадатель.

Юнона была похожа на ворону в золотой клетке, и он не был уверен, что ему нравилась такая ассоциация. Во всем окружавшем её простом великолепии было ощущение фальши, будто эту комнатку оборудовали специально для этой девушки, но так и не успели создать даже легкое подобие уюта. В книжном шкафу стояло всего несколько книг, не было ни лишних светильников, ни картин на стенах, ни даже штор на окнах. Это было больше похоже на временное убежище, чем на комнату, в которой она могла бы прожить вечность.

-Гидеон сказал, что передумал, и не убьет меня, если я отрекусь. Сказал, что готов обеспечить мне жизнь и защиту, а когда я отказалась, все равно приказал притащить меня сюда, отмыть и накормить, чтобы показать, от чего я отказываюсь. Он дал мне неделю на раздумья.

-А потом? - Виктор нервно облизнул губы, почти не обратив внимания на то, что Юнона сделала то же самое.

-А потом он запихнет меня в ящик, - Юнона устало поежилась и села на кровать, обхватив себя руками.

-Юнона, я...

-Я знаю, что ты будешь пытаться меня спасти, Принц-Ворон, - устало произнесла девушка, опустив взгляд и уставившись на свои руки, - Мне станет лучше, если он запрет меня в коробке. По крайней мере, я буду ждать тебя, а не очередного безумия Гидеона... - она всплеснула руками. - Все, чем он окружил меня сейчас... отвратительно ненастоящее. Он даже одел меня так, как будто не хочет, чтобы я забывала, кто я на самом деле.

-Я не сказал бы точнее, - Виктор невольно улыбнулся тому, что Юнона почти слово в слово озвучила его мысли и ощущения, - Но время долгого ожидания закончилось, Юнона. Я сейчас же седлаю коня и отправляюсь тебе на помощь, хотя бы временно. Потерпи еще немного, пока я...

-Пока ты окончательно не проснешься, - Юнона криво ухмыльнулась и вскинула одну бровь.

-Я хотел сказать, пока я не найду волшебный шкаф, который станет порталом в ваш мир, но не знаю, поймешь ли ты. Хотя из Гидеона получилась бы хорошая Ведьма... - он запнулся. Юнона нервно поджала губы, вскинула брови и заправила прядь за ухо.

-Я понимаю. Я постараюсь потянуть немного время, хотя с Гидеоном это будет... сложно, - сказала она.

-Я понимаю, - повторил за ней Гадатель.

Виктору отвратительно было осознание того, что прямо сейчас он не может протянуть к ней руку и погладить по голове, чтобы успокоить, совсем, как пару дней назад, когда он не мог коснуться Грейс. Он думал, что быть призраком, бесполезным и неспособным ни на что - это сложно, но и сейчас ему было не намного легче.

-Юнона, ты... ты очень сильная. Я тобой очень горжусь, хотя твоя терпеливость - не моя заслуга, - пытаясь ее обнадежить и сам поражаясь свой глупости, произнес Виктор. Эти слова звучали так пусто и бессмысленно, но Юнона все равно благодарно улыбнулась в ответ.

-Ты единственный, кто имеет право мной гордиться, - она махнула рукой, ловя поток воздуха, и склонила голову набок, прислушиваясь к его шепоту, - Я каждую минуту, проведенную здесь, стараюсь слушать природу. Пытаюсь узнать, как дела у твоего отца, - она мечтательно прикрыла глаза, и Виктор едва не растаял от ощущения спокойствия и нежности. - Он в порядке, но узнал обо мне и сейчас спешит в этот город. Я попросила ветер шепнуть ему, что он должен остановиться, иначе все наши поиски будут напрасными.

Виктор задрожал всем телом от страха, что может потерять и Юнону, и отца, но постарался никак не выдать своего волнения.

-Ты молодец, Юнона. Благодарю тебя...

-Да не за что. Поблагодаришь, когда вытащишь отсюда, - девушка снова открыла глаза и посмотрела на Двойку мечей, - Духи камней говорят, что кто-то поднимается сюда. Мне больше нельзя говорить...

-Я вернусь, - коротко сказал ей Виктор, понимая, что в ту же секунду Двойка посохов развернется и пойдет обратно, даже не дав Гадателю и Вестнику попрощаться.

Ведь совсем скоро они увидятся снова.

Виктор долго смотрел на карту, будто надеясь, что сейчас он развернется и снова вернется к Юноне, но вместо этого Двойка посохов все спешил и спешил вниз. Мимо них прошел церковник с подносом - он тихо ворчал себе под нос, что нельзя держать еретичку в таких хороших условиях, да еще и заботливо кормить свежими овощами, но послушно ковылял вверх по ступенькам, через каждые пять шагов делая долгий перерыв. Двойка посохов даже не притормозил рядом с ним, только ускорил шаг, уводя Виктора все дальше.

А потом картинка снова замерла, стоило юноше с карты упереться спиной в стену.

Гадатель тряхнул руками и несколько раз сжал и разжал кулаки, пытаясь восстановить приток крови к кончикам пальцев, завернул карты в ткань и отвернулся к окну.

Теперь он знал, что ему нужно делать.

Как только на улице стемнеет и все лягут спать, он пойдет в планетарий. Только оттуда он сможет, пусть и временно, перешагнуть в мир Юноны. А того малого времени, что он там пробудет, Гадателю вполне будет достаточно, чтобы спасти ее.

По крайней мере, он на это очень надеялся.

Глава 48. Встреча старых друзей.

Ближе к вечеру к нему пришла Грейс. Теперь, когда Виктор очнулся, она позволяла себе отлучаться по делам чаще, но, тем не менее, каждый вечер возвращалась к Гадателю, чтобы заснуть у него на плече. Она говорила, что только рядом с ним чувствует себя по-настоящему в безопасности и только рядом с ним ее не мучают кошмары о Безмирье, и Виктор верил ей. И хотя самому себе он порой казался слишком наивным и слабым, он был уверен, что если Грейс попросит о помощи, он найдет в себе силы на невозможное.