Александр Никатор - Херег-меченосец

Взобравшись на площадку, что служила вершиной цитадели пиратов, «рыцарь-лекарь» — отдуваясь и кляня госпитальеров за их повязки, что чуть было не стали причиной потери сознания и дальнейшего падения его с верёвочной лестницы, прямо на каменную мостовую перед крепостью-начал осматриваться: многие его товарищи уже скинули «ошейники госпитальников» и видя что они не начинают падать в обморок, решился на это и Хелег, благо там где он находился уже продувал лёгкий ветерок с моря.

Сама «верховина», предстала забравшимся на неё меченосцам — относительно крупной площадкой, примерно двадцать на двадцать метров, с квадратными «зубьями» стены-слегка загнутыми в сторону атакующих и небольшой башенкой, что служила спуском во внутренние помещения цитадели.

На захваченной меченосцами площадке лежало семеро разбойников, все — с пеной у рта. Несколько человек сбегали посмотреть как там обстоят дела у «обходного отряда» и вернувшись доложили: «Отряд карабкается и скоро будет здесь, в траншеях-четверо умерших пиратов, всё!»

Дождавшись когда количество людей на площадке стало достигать не менее семи десятков и слыша что началась атака на воротца цитадели, лейтенант, который теперь возглавлял атаку «верха», отдал приказ: «Вышибаем двери в башне и спускаемся!»

Тут сразу же оказалось несколько сложностей с выполнением данного приказа: через башенку можно было идти лишь по-одиночке, в виду узости прохода в ней и искривления винтовой лестницы, а соответственно и двери пришлось ломать одному, хотя и крайне сильному бойцу. Что заняло немало времени и явно привлекло внимание оборонявшихся пиратов к данному входу в крепость.

Когда же дверь была свалена то оказалось, что на ближайшем к площадке этаже-кромешная мгла! Были зажжены факелы и группа разведчиков меченосцев начала входить. Залп и шорох летящих болтов раздались почти сразу же, вслед их первым шагам: четверо первых вошедших, трое с факелами-осели на пол и хрипя стали захлёбываться кровью. Началась паника в башенке, через которую попадают в цитадель: люди толпились наверху-пытаясь войти внутрь крепости и пытались выскочить назад, те что оставались внизу башни, на лестнице. За это «время растерянности» у орденцев, был произведён ещё один залп и новые двое погибших появились у меченосцев.

Когда наконец все выскочили вновь на площадку, Лейтенант посовещавшись отдал новый приказ: «Зажигаем десяток факелов, двое сержантов-метают бронзовые горшки с порохом вглубь, ждём взрывов и забегаем: первыми-пять щитоносцев, что сразу становятся на этаже в «три-два», то есть: трое щиты на землю ставят, а двое-выше и немного на себя. Вслед за ними-пять баллистариев, которые спрятавшись за щиты-дают залп и сразу же перезаряжают свои арбалеты, За ними — двое с факелами в каждой руке-швыряют их как можно дальше, что бы мы видели-что и кто там в помещении есть и не надо ли запускать «молотобойцев».

После непродолжительной подготовки начали движение: Закинули горшки с порохом и несмотря на их небольшие размеры-славно тряхнуло. Стоявший с Хелегом рядом старый сержант, который прошедшей ночью тыкал в небо, мелко крестясь пробормотал: «Черти…сами развалят крепость, а мы-выше всех стоим! — дольше падать будем…»

Забежали щитоносцы и баллистарии, за ними «факельщики», потом последние выскочили и сообщили офицеру: «На этаже много дыма и пыли, сложно разобрать, но кажется-троих мы точно «забили».

Лейтенант приказал «молотобойцам» начать зачистку этажа, а остальным-пока ждать. Минут через десять пришёл один из баллистариев и сообщил «что этаж «чист» и можно готовиться к спуску на остальные.»

Следующий из этажей, «зачищали» уже по схожей схеме: Сперва-кувшины с порохом, правда заряд был уменьшен вдвое. Забегали щитоносцы и баллистарии, за ними-«факельщики», потом заскакивают штурмовики в кольчугах и в полутьме от пыли и дыма-разваливают всё что им кажется подозрительным, своим страшным по мощи оружием.

После трёх верхних этажей, на которых меченосцы, в общем — потеряли пятнадцать человек убитыми, против двадцати двух у пиратов, стало ясно: особо людей у разбойников и не осталось, а те что есть-вряд ли до конца дня удержат помещения.

Хелег, которого теперь всё время оставляли сзади и звали лишь когда нужно было перевязать раненных или отнести их на верхнюю площадку, в частое свободное время осматривал пиратское «логово», что по сравнению с замком барона захваченным в городе-довольно неплохо было обставлено, с красивой мебелью и гобеленами на стенах. Правда из-за бойниц вместо окон — немного тёмное и «затхлое» помещение. Также впечатление портилось возможно ещё и от сотен дерущихся мужчин, что сейчас азартно резали друг друга, с криком и вознёй, на его этажах.

В одной из неплохо обставленных комнат, «рыцарь-лекарь» заметил шкафы с открытыми створками и решив в них заглянуть-обнаружил там свитки: с картинками и без, красивой вязью или позолотой. Было даже несколько с сургучовыми печатями. Один из свитков особо привлёк его внимание-«Ночь Очищения или приход демонов, в человечьем облике». Вспомнив о том, что давно хотел узнать об этом загадочном событии и о том, что всех кто будет посещать цитадель-храмовники станут обыскивать, дабы сержанты или рыцари не утащили с собой слишком уж ценную реликвию, А отказаться от их обыска-нет никакой возможности: тебя или сразу коменданты утащат-на виселицу, за мародёрство или придётся скитаться по острову, если убежишь от них но не сможешь усесться на корабль, для возвращения на материк.

По этим то причинам, немного поразмыслив и найдя в меру уединённое помещение, Хелег передал санитарам свою сумку и приступил к чтению свитка: «Семнадцатого числа декабря месяца, одна тысяча двести девяносто седьмого года, «Совет орденов» принял решение об избавлении своих земель от самых страшных хворей: будь то проказа или помешательство и им подобные, и приказал своим верным людям, одновременно начать уничтожение, а в их понимании-«очищение» больных. Загодя были отправлены приказы с данным наставлением, что бы в один день, день святого Лазаря, покровителя раненных и больных-«излечить» государство полученное «Советом» от побеждённых им властителей, от опаснейших хворей и болячек-методом полного уничтожения носителей этой заразы, в той или иной форме. Доминиканцы, ведя дела всех орденов-собирали списки заражённых и прочих больных, и составляли карты для действия остальных орденов необходимых для выполнения этого приказа. Меченосцы должны были перекрывать дороги и мосты, города-и вводить комендантский контроль на указанных им территориях. Храмовники-уничтожали рыцарей и сержантов, что не хотели добровольно подчиниться и пойти самим на казнь. Госпитальеры-очищали своими настоями и порошками заражённые дома, либо же просто сжигали их полностью. Меченосцам пришлось брать приступом несколько замков, с засевшими там их товарищами, вместе с которыми они воевали против неверных и именно тогда, многие из ордена этого-стали отказываться убивать бывших побратимов. Дошло до боёв, между меченосцами и храмовниками, которых «Совет» послал покарать: как отступников, так и больных, а в народе после этой миссии, они получили прозвище-«каратели».