Александр Никатор - Херег-меченосец

— Зря ты так…сие: мудрость великая и перст Божий! — неожиданно сказал один из старых сержантов и поднял палец, указывая на пасмурное ночное небо.

Ещё несколько часов госпитальеры: что-то «варили», звенели, кружили хороводы и пели гимны. В конце концов меченосцы разбрелись по своим спальным местам, чаще всего в соседних захваченных домах-где оставались многие их хозяева, обеспечивавшие утренние трапезы солдатам.

Глава двадцать третья

Утро встретило Хелега — шумными спорами и восхищённым прицокиванием: госпитальеры вывезли наконец несколько огромных чанов из своего шатра, в которых был густой, вроде смолы-навар и стали договариваться с меченосцами о дальнейших действиях. Было решено что несколько малых горшков-кинут наверх цитадели, навесом, что бы спугнуть или отравить тех кто там будет: стрелков или наблюдателей, а когда верхние ярусы крепости закроет завеса и наблюдатели будут согнаны внутрь укрепления, перевезут на тележке-вроде той что вчера тащили пороховую бочку, и начнут ставить большие чаны под все углы. Если же обстрел защитников окажется слишком свирепым-просто метать небольшими кувшинами из катапульт данную смесь, в подожжёном виде и ждать, а через пару часов попробовать организовать атаку с тараном или верёвочными лестницами и «кошками» на них. Госпитальеры клялись что будет шанс на успех.

Как сговорились — так и поступили. Сразу, правда, начать не получилось: ветер был прерывистым и часто менял направления, что сильно огорчало осаждавших цитадель орденцев, однако ближе к полудню он почти полностью «выдохся» и наступила тишь.

Командир Конрад завопил — «что бы не теряли времени» и через пять минут — десяток кувшинов с «дымной отравой» уже летели на верхние площадки цитадели, вслед за ними и дабы сбить с толку защитников крепости, стали швырять камни и горшки с горящей сухой травой и смолой, что бы пираты не знали где основная опасность и вынуждены были постоянно отвлекаться на малозначимые цели, вроде тушения небольших поджогов.

Ещё через четверть часа — три тележки с чанами, были под защитой восьми щитоносцев каждая подвезены вплотную к стенам цитадели и подожжены. Крепость стала полностью погружаться в дымную паволоку и офицеры меченосцев метались по своим подразделениям, предупреждая об опасности внезапной вылазки разбойников и тому, что — «нельзя терять бдительность!»

Когда последняя группа, что подвозила на тележке чаны отходила от стен пиратской крепости-с самого верха цитадели упал человек: молча, ничего не крича-он свалился и остался лежать, словно тряпичная кукла-со свороченной шеей и неестественным изгибом всего тела. Довольные госпитальеры зашушукались: «Первый…ну что же, из примерно трёх десятков «зарядов», они смогли скинуть вниз-не более половины. Значит там, на» верхотуре»-уже находиться невозможно и как только дым начнёт рассеиваться-стоит атаковать!»

— Атаковать?! А как мне людей защитить, от вашей отравы, а? — вспылил капитан Конрад, — Или прикажете к трупам разбойников-ещё и дорогу меченосцами выстлать?!

Госпитальеры стали качать головами и убеждать главу отряда меченосцев, что «всё в порядке»: «Есть у нас два вида противоядия-один, в виде эликсира, что-бы выпить перед входом в здание, а второй-в нём следует вымочить повязки, что оденут ваши штурмовики дабы закрыть рот и нос, так как через эти органы вдыхания и можно умереть. Попадание же дыма в уши и глаза-безвредно!»

Оказалось что госпитальеры уже давно приготовили свои настойки и повязки, напомнившие Хелегу «бандитские шарфы» из любимых вестернов: повязки полностью закрывали рот и нос, и завязывались на затылке. Из-за их слишком большой плотности, даже особо не двигаясь-дышать было тяжело и слабо представлялось «рыцарь-лекарю», как можно в них долго драться, постоянно пополняя кислородом организм-но выбора то особо не было.

За полчаса были «переодеты» три группы атакующих: сотня тяжеловооружённых, что должна была под прикрытием щитов подвести таран и снести выломанные взрывом пороха воротца, решётки и то что за ними ещё оставалось. Вторая группа-должна была на верёвочных лестницах залезть на самый верх цитадели и по возможности там закрепиться, или, если это окажется невозможным-установить бочонки с порохом и постараться подорвать двери и люки на верхних этажах крепости пиратов, в случае чего спускаясь по лестницам или отходя в сторону траншей. Третья группа-атаковать со скал, в надежде что рвы и траншеи что там находились, также коснулся отравленный дым и их защитники мертвы или убежали.

Хелег попал во вторую группу и надев на голову свой «хелегов колпак», взяв в руки «ухорез» и переодевшись в кожаный жилет, теперь-почти совсем без металла, «рыцарь-лекарь» встал седьмым-в строй из пятнадцати меченосцев, что должны были по команде бежать к запущенной из баллисты верёвочной лестнице, с назначенным номером четыре.

Командир Конрад отдал приказ взмахом меча и верёвки взметнулись на вершину цитадели, из одиннадцати — закрепилось лишь пять и та, что принадлежала отряду где был Хелег-входила в их число.

— Вперёд! — заорал рыцарь меченосец, что был старшим в группе «верхолазов» и все пятнадцать меченосцев приписанных к «четвёртой лестнице»- рванули к своей, всё ещё качающейся «гибкой тропинке».

— Вначале-лёгкие! Толстяки, вроде тебя Оттмар-последние, ясно? Будете весом держать в напряжении всю лестницу, для удобства и стабилизации! Хелег, лезь в середину, как и ставили-по весу ты именно там должен быть. Вперёд, «орденские псы»: загрызть разбойников, к чёртовой матери! Бей, круши, режь, коли-никакой пощады!!! — брат рыцарь бредил скорым боем и теперь, размахивая оружием и подгоняя свой отряд-мечтал и сам скорее подняться и сразиться наконец с проклятыми пиратами.

Лезть было тяжелее чем Хелег думал стоя на земле: конечно узлы на верёвке помогали держаться, однако некоторая «замасленность и скольжение», видимо от частого употребления, также наблюдались. Сверху и снизу от лезущего Хелега, кто то пыхтел и ругался, правда была и определённая радость: никаких попыток перерезать верёвку, по которой карабкался отряд меченосцев, не было и в помине.

Взобравшись на площадку, что служила вершиной цитадели пиратов, «рыцарь-лекарь» — отдуваясь и кляня госпитальеров за их повязки, что чуть было не стали причиной потери сознания и дальнейшего падения его с верёвочной лестницы, прямо на каменную мостовую перед крепостью-начал осматриваться: многие его товарищи уже скинули «ошейники госпитальников» и видя что они не начинают падать в обморок, решился на это и Хелег, благо там где он находился уже продувал лёгкий ветерок с моря.