Наталия Московских - Зов Тайрьяры

Толпа затаилась в ожидании. Я видел, как горели глаза некоторых зрителей в предвкушении нового кровопролития.

Моя рука сжалась в кулак. Неимоверно хотелось избить практически каждого зрителя. Почему они составили такие правила? Почему дуэль, назначенную сгоряча или после обильного количества алкоголя, нельзя отменить и разойтись полюбовно? Как можно желать незнакомому человеку умереть на арене?

- Да начнется бой! - возвестил судья и ушел с площадки.

Дуэлянты взмахнули мечами и разошлись на пару шагов.

Я плотно сомкнул челюсти. Толпа разразилась выкриками и улюлюканьями. Кто-то выкрикивал имя желаемого победителя. Чаще все же слышалось имя Каньо. Я мельком смотрел на его дочь Мару. Она продолжала плакать и качать головой, не в силах поднять глаза и посмотреть на арену.

Каньо Веста взмахнул мечом первым. Он одним прыжком оказался возле юнца и нанес удар. Я едва не зажмурился, но заставил себя смотреть. Норт удивительно умело отразил удар и ушел от новой атаки. Затем пошел в атаку сам. Каньо уверенно парировал и сбивал клинок.

И все же этот бой не мог продлиться долго. Норт не носил защитных перчаток, поэтому, когда мечи противников оказались скрещенными, Каньо быстро повел рукоять клинка в сторону и ударил по пальцам юноши, что было силы.

Норт вскрикнул от неожиданности. Лицо исказилось болью, хватка ослабла, и следующий удар Каньо Веста оказался для него смертельным. Лезвие клинка вошло в шею сбоку, как топор выходит в ствол дерева, глаза Норта округлились от ужаса, рот распахнулся в немом крике, которому вторил отчаянный крик Мары Веста. Девушка вскочила со своей скамьи и тут же рухнула на колени, заливаясь слезами. Никого из сидящих с ней рядом людей это не тронуло.

Из шеи убитого юноши брызнул фонтан крови.

- Есть победитель! - так же торжественно возвестил судья в белых одеждах, когда тело юноши, из которого с неимоверной скоростью утекала жизнь, рухнуло на площадку. Арену заполнили овации публики, а меня залила новая волна отвращения.

Я дышал ровно, но волнение все равно сдавливало горло. Сейчас на этой арене окажемся мы с Роном. Я взглянул на друга. Отрешенное лицо, сжатые кулаки, бледность. Он боялся. Боялся поединка, боялся так умирать. А я боялся убивать его. До этого момента у меня не было страха: Сарри немного успокоила меня, дала надежду, что ситуация исправима. Но что, если у нас не получится? Только теперь я осознал, что через несколько минут Роанар может действительно умереть. От моей руки.

Служащие арены делали необходимую работу. На площадку вышел все тот же судья.

- Следующие противники могут сойтись!

Я стиснул зубы и качнул головой. От правил этой треклятой арены меня откровенно тошнило, но, так или иначе, приходилось им следовать. Я неспешно направился к центру круглой площадки и замер в полуметре от судьи. По другую руку от него остановился Роанар.

Спешный молодой человек поднес нам мечи, по-видимому, приведенные в порядок после прошлой дуэли. Это были два полутораручных боевых меча. Я часто наблюдал, как воины удерживали их двумя руками, однако после эстока такое оружие казалось идеальным. Больше метра в длину, с разделенной на цилиндрическую - у гарды - и коническую - у навершия части. Качественная работа чегресских мастеров, пусть и уступает моим клинкам из дирадской стали.

Мы с Роанаром взяли оружие. Я заметил, что рука Рона чуть подрагивала, и поджал губы. Проклятье, друг, что же ты творишь?

- Назовите свои имена. Первым говорит заявитель, - произнес судья, и я едва удержался, чтобы не сломать ему челюсть за этот тон.

- Роанар Мэнт, - тем временем произнес барон ровным спокойным голосом.

- Роанар Мэнт, - обращаясь к своим коллегам, чтобы те правильно расслышали и записали имя дуэлянта, повторил судья.

Я был готов говорить достаточно громко, чтобы только лишний раз не слышать его противный голос, поэтому обернулся к сидящим в первом ряду людям и громко произнес.

- Райдер Лигг.

К моему удивлению глаза стоящего перед нами судьи широко распахнулись.

- Райдер Лигг? - взгляд его упал на виднеющуюся из-под перчатки метку Святой Церкви на тыльной стороне моей правой ладони, - из Дирады?

Я оглядел затихших зрителей и кивнул. Не знал, что настолько знаменит...

Лицо судьи озарила улыбка.

- О ваших поединках ходят легенды, - заискивающе сказал он, - даже не представляю, что нас ждет.

Я обжег судью взглядом, и тот качнул головой, возвращаясь к своим обязанностям.

- Пусть заявитель назовет повод для поединка.

- Честь... - начал Роанар, вновь взглянул на меня и запнулся. Я постарался натянуть улыбку и кивнул другу. Такое чувство, будто это лишь разозлило барона. Он нахмурился, прочистил горло и, вздернув подбородок, громко возвестил, - оскорбленная честь леди.

Из моей груди вырвался тяжелый вздох.

- Да начнется бой! - поглядывая на меня и только руки не потирая от предвкушения, возвестил судья, уходя с площадки.

Мы сделали два приставных шага друг от друга. Я плотно обхватил рукоять меча. Рону держать клинок одной рукой было много тяжелее, чем мне, лицо напряглось, челюсти плотно сжались.

Я держал меч расслабленно, почти не чувствуя его веса - он был чуть легче моего эстока. Никто не нападал, Роанар готовился к тому, что я пойду в атаку первым. В немом ожидании прошло примерно полминуты, и рука арбалетчика заметно устала держать непривычный клинок.

Я завел левую руку за спину, тут же невольно напомнив себе собственный безликий кошмар. Он превосходил меня и знал это, насмехался, издевался. Выходит, я делаю то же самое с Роном?

- Чего ты ждешь? - прошипел он сквозь стиснутые зубы. Я лишь качнул головой.

- Ты ведь хотел этой дуэли? Так бей.

Рон шумно выдохнул, все еще не нападая. Я кивнул на его меч:

- Возьми двумя руками, так будет удобнее.

В глазах барона Руана вспыхнула ярость. Он замахнулся мечом, быстро прыгнув в мою сторону и пытаясь нанести удар сверху. Мне не понадобилось даже особой ловкости, чтобы уйти от этой топорной атаки. Я даже отражать удар не стал, просто шагнул в сторону. Честно сказать, времени на то, чтобы убить Рона хватило бы в момент, пока он разворачивался для новой атаки. И несколько раз до того...

Арбалетчик тяжело дышал от волнения. Он все же обхватил рукоять меча двумя руками и постарался провести серию ударов. А я словно почувствовал себя на Рыночной площади Эллы. Парирование ударов Роанара не представляло никакой сложности. Я не трудился отвечать, лишь сбивал его клинок и шагал в сторону. Движения Рона были неотточенными, словно движения новичка. Вспоминая его навыки арбалетчика, я даже удивлялся, насколько клинковое оружие ему не подходит.