Татьяна Минасян - Многоцветная магия

В следующий миг оба мага исчезли — а вместе с ними исчез и освещавший бассейн огненный шар.

Следующий день начался для Аркадия Плотникова и двух его однокашников, как обычно — с урока превращений, а точнее, со скуки и неловкости. Сидевший справа от него хмурый и сосредоточенный Эраст Вечерковский, у которого по-прежнему не получалось даже самое элементарное волшебство, злобно скрипел зубами и чуть ли не рычал, стоило Аркадию просто посмотреть в его сторону. Сидевший справа Валентин Кудряшов, без труда справлявшийся со всеми заданиями, откровенно зевал и бросал на обоих своих товарищей снисходительные взгляды. Плотникову были одинаково неприятны оба соседа, и порой у него даже мелькала мысль, что его заставили заниматься вместе с ними, чтобы лишний раз потренировать его самообладание.

А лесной маг Кудряшов сидел за партой и с тоскливым видом чертил ногтем на ее лакированной деревянной поверхности шахматные поля и шестиугольные пчелиные соты. Голос преподавательницы превращений, огненной волшебницы по имени Карина, с каждой минутой звучал все более занудно. Валентин откровенно скучал и чувствовал себя самым несчастным волшебником Ленинграда. Он, едва ли не единственный из магов-лесовиков, не удравший из города в уральскую лесную общину, был вынужден по-прежнему, словно в мире не происходило ничего из ряда вон выходящего, учиться волшебству, слушать никому не нужные лекции и превращать носовые платки в листы бумаги и обратно. Да еще учила его большинству предметов волшебница из чужой общины, а одноклассники и вовсе попались какие-то недоделанные: один, подземник, еле-еле способный с третьей попытки создать слабенькую иллюзию, а второй, огненный, наоборот, не умеющий сдерживать магическую энергию и вместо того, чтобы заколдовать одну вещь, превращавший непонятно во что всю мебель в комнате, после чего виновато улыбающийся, как слабоумный! И с этими двумя парнями ему предстояло общаться несколько лет, потому что больше ни одного его ровесника-мага в городе не осталось — все, как зайцы, разбежались из Ленинграда в более безопасные места, некоторые даже, говорят, согласились жить в немагических областях, лишь бы там было тихо и их никто не трогал…

Кудряшов презрительно поморщился и скосил глаза на двух других учеников почтенной Карины. Оба, и Аркадий Плотников, и Эраст Вечерковский, слушали ее с нескрываемым вниманием и даже что-то записывали. Зубрилы… И это — самые лучшие и самые смелые ребята из всех молодых ленинградских волшебников?! Мрак… И все-таки надо попробовать с ними подружиться, если он не хочет провести ближайшие годы в компании почтенного Всеволода, нескольких его советников, да той парочки целителей Ольховских, которые хоть и не намного его старше, но по занудливости и любви читать мораль дадут фору старейшим магам лесной общины.

— На сегодня все, теперь увидимся в понедельник, а дома потренируйтесь еще с плоскими предметами, — Валентин и не заметил, что Карина уже закончила урок, и его однокашники начали неторопливо складывать в сумки тетради и ручки. Старая волшебница тоже убрала в сумочку маленький блокнот, с которым изредка сверялась во время лекции, и, подойдя к парте Аркадия, негромко сказала:

— Почтенный Алексий просил передать, что к одиннадцати завтра не успевает — приходи в двенадцать.

— Конечно, почтенная, — Плотников кивнул и направился к двери. Вечерковский, не обратив на этот краткий обмен репликами ни малейшего внимания, двинулся вслед за ним, и только Кудряшов на мгновение замер на месте, глядя Аркадию вслед любопытным взглядом. Зачем это, интересно, девятнадцатилетнему, не слишком способному и вообще не представляющему из себя ничего выдающегося огненному магу встречаться с одной из самых важных шишек своей общины: с самим ответственным за ее безопасность? Кажется, родственником он ни Алексию Звонникову, ни его супруге Карине не приходится — во всяком случае, Валентину об этом ничего известно не было. Да и какой смысл это скрывать? Нет, тут дело в чем-то другом, наверняка очень важном, и он, Кудряшов, мог бы попытаться выяснить, в чем! Тем более, что делать ему все равно решительно нечего…

— Ребят, подождите! — крикнул Валентин удаляющимся молодым волшебникам и бросился их догонять. — Вы куда сейчас? Пошли, может, вместе прогуляемся?

К его удивлению и радости, они не отказались, и из здания вечерней школы, где, по официальной версии, у трех молодых рабочих были дополнительные занятия, лесной, подземный и огненный волшебники вышли вместе. Валентин рассказывал что-то веселое, оживленно размахивая руками, Аркадий и Эраст слушали, сдержанно улыбаясь. Почтенная Карина смотрела на удаляющуюся троицу в окно и думала о том, что их ауры похожи на огни светофора — изумрудно-зеленая, медово-желтая и огненно-красная. Редкое зрелище, ведь маги разных общин оказываются рядом друг с другом только в исключительных случаях, причем в большинстве из них — для того, чтобы ссориться или даже сражаться. Но, похоже, времена меняются, и надвигающаяся в будущем беда уже начала сближать представителей разных общин — так же, как потом, когда все закончится, она сблизит и обычных людей.

Глава I

— …и тогда к концу июня наша община будет зарабатывать на тридцать процентов больше, чем в прошлом году, а к концу года… — голос почтенного Константина, главного финансиста водной общины волшебников, усыплял аудиторию лучше, чем самые скучные лекторы в институте, где когда-то учился Юрий Златов. Молодой человек честно старался держать глаза открытыми, но борьба со сном была слишком неравной, и чем дальше Константин расписывал свои планы на 2006-й год, обещая привести сообщество водных магов к богатству и процветанию, тем тяжелее становилась голова Юрия и тем труднее ему было оставаться "в сознании". Время от времени он встряхивался, осторожно косился на сидевшую рядом почтенную Фаину, убеждался в том, что она внимательно слушает докладчика и не замечает, в каком состоянии находится ее секретарь, и с ужасом думал, что не выдержит и уснет, если Константин не закончит говорить в ближайшие минуты. И хорошо еще, если просто тихо уснет — а вдруг, чего доброго, еще и захрапит?!

Эта неприятность едва не случилась с Юрием на одном из заседаний, проходивших перед Новым годом. Тогда все высокое начальство водной общины отчитывалось о своей работе за прошедший год, и Златову казалось, что их доклады никогда не закончатся и он вечно будет сидеть рядом с начальницей и выслушивать эти нудные и не всегда понятные ему речи. А потом наступили долгожданные новогодние праздники, и Юрий, уверенный, что собраний, на которых ему приходилось мучиться, не будет до следующего декабря, полностью погрузился в праздничную атмосферу. Однако через неделю его радости пришел конец: новый год начинался с новых планов на будущее, о которых старые волшебники должны были сообщить руководительнице общины, а заодно и ее первому личному секретарю. И теперь Златов снова сидел в просторном полутемном кабинете Фаины среди аквариумов со слабо светящимися рыбами и клевал носом, мысленно спрашивая себя, сколько еще таких собраний ему предстоит пережить. А кроме того, недоумевая, почему два с половиной года назад он не предпочел заниматься какой-нибудь обычной для неволшебников работой — и как вообще он мог думать, что это будет скучнее, чем должность информатора в магической общине?!