David Eddings - Часовые Запада

- Войны всегда немного бессмысленны, Поренн, - согласился Гарион.

- Совершенно бессмысленны. Да, Польгара просила передать, что вернулся Бельдин. Он хочет что-то сказать тебе.

- Хорошо. Тогда, пожалуй, вернемся? - Он протянул руку королеве Драснии.

Бельдин, расположившись на траве возле палаток, отгрызал куски мяса от большой кости и переругивался с Веллой.

- У тебя небольшие затруднения, Бельгарион, - сказал он. - Эти драснийские копейщики снялись с места и сейчас маршируют в нашем направлении.

Гарион нахмурился.

- Как далеко от нас Хеттар? - спросил он.

- Достаточно далеко, - ответил горбун. - И вообще, это война или гонки? Я так понимаю, исход дела зависит от того, чья армия придет сюда первой.

- Но ведь драснийцы не будут на нас нападать? - спросила Сенедра.

- Трудно сказать, - ответила Поренн. - Если Хальдар убедил их, что Гарион взял меня в плен, могут и напасть. Дротик поехал выяснить, что же там происходит.

Гарион начал ходить взад-вперед, от беспокойства кусая ноготь.

- Не грызи ногти, мой дорогой, - сказала ему Польгара.

- Да, тетушка, - механически ответил он, по-прежнему погруженный в размышления. - А Хеттар быстро движется? - спросил он у Бельдина.

- Погонять лошадей сильнее, чем он погоняет, уже не получится.

- Если бы как-нибудь можно было остановить этих копейщиков!

- Есть у меня пара мыслишек, - проговорил Бель-дин. Он взглянул на Польгару. - Как насчет того, чтобы полетать немного, Пол? - спросил он ее. - Мне может понадобиться помощь.

- Я бы не хотела, чтобы вы причинили вред этим людям, - твердо сказала королева Поренн. - Это мои подданные, обманутые бесчестным предателем.

- Если то, что я задумал, пройдет гладко, никто не пострадает, - заверил ее Бельдин. Он поднялся на ноги и отряхнул свою засаленную тунику. - Рад был с тобой поболтать, девочка, - сказал он Велле.

Она ответила ему такими ругательствами, что Сенедра побледнела.

- Уже лучше, - одобрил Бельдин. - Кажется, ты начинаешь преуспевать в этом. Ну, летим, Пол?

Когда Велла увидела, как ястреб с синими отметинами на крыльях и снежно-белая сова круто взмыли ввысь, на ее лице было написано выражение крайнего удивления и негодования.

Глава 23

В тот же день Гарион выехал, чтобы посмотреть, как продвигается осада Реона. Бэрак, Мандореллен и Дарник о чем-то спорили.

- Дело в том, как построены стены, Мандореллен, - пытался объяснить ему Дарник. - Городская стена рассчитана на то, чтобы противостоять тому, чем ты сейчас занимаешься.

Мандореллен пожал плечами.

- Значит, добрый человек, это становится состязанием - посмотрим, что сильнее, их стены или мои машины.

- Такое состязание может отнять у нас не один месяц, - заметил Дарник. - Но если, вместо того чтобы швырять камни в наружную часть стены, ты бы подавал их так, чтобы они поражали внутреннюю сторону дальней от нас стены, можно было бы добиться того, чтобы стены упали наружу.

Мандореллен, нахмурив брови, задумался.

- Он может быть прав, Мандореллен, - сказал Бэрак. - Городские стены обычно изнутри укреплены подпорками. Они строятся для того, чтобы не пускать людей внутрь. Если бомбардировать камнями внутреннюю часть стены, подпорки не устоят. А потом, если стены упадут наружу, они обеспечат нам возможность легко подняться в город. Тогда нам и лестницы не понадобятся.

К ним подошел Ярблек в лихо сдвинутой набок меховой шапке. Когда Дарник объяснил ему, что он задумал, надракиец задумчиво сузил свои раскосые глаза.

- В этом что-то есть, арендиец, - обратился он к Мандореллену. - А после того, как вы отбомбите стены изнутри, можно будет забросить несколько абордажных крючьев. Если стены будут достаточно ослаблены, то мы сможем их разрушить.

- Не могу не признать вероятную осуществимость сих весьма нетривиальных подходов к искусству осады, - сказал Мандореллен. - Хотя они прямо противоречат давно устоявшейся традиции, тем не менее оба выказывают обещание вероятности сокращения обременительной процедуры разрушения стен. - Он с интересом посмотрел на Ярблека. - Мне никогда не доводилось размышлять о таком использовании абордажных крючьев, - признал он.

Ярблек хрипло рассмеялся.

- Это, наверное, оттого, что ты не надракиец. Мы - люди нетерпеливые, так что строим не очень крепкие стены. В свое время я из тех или иных соображений обрушил таким образом несколько весьма крепко выглядевших домов.

- Думаю, однако, с разрушением стен не будем очень торопиться, - предостерег их Бэрак. - Сейчас люди в городе численно нас превосходят, и не стоит давать им повод выскакивать оттуда толпой, а если разбить человеку стену, он обычно бывает этим очень недоволен.

Еще два дня осада Реона шла тем же порядком, а потом верхом на изможденной лошади вернулся Дротик.

- Хальдар поставил своих людей на большинство важных должностей в своей армии, - доложил он, когда они в очередной раз собрались в большом серо-коричневом шатре, служившем штабом их армии. - Они повсюду рассказывают, как Гарион захватил королеву Поренн в плен. Они убедили войска, что необходимо срочно ее спасать.

- Есть ли какие-нибудь новости от Брендига и сендарийцев? - спросил его Гарион.

- Я сам их не видел, но Хальдар двигает войска очень быстро, и позади у него множество дозорных. Я думаю, он считает, что Брендиг наступает ему на пятки. Возвращаясь назад, я встретил госпожу Польгару и волшебника Бельдина. Они, кажется, решили что-то сделать, но у меня не было времени выяснять. - Он откинулся в кресле; лицо его было крайне утомленным.

- Ты устал, Хендон, - проговорила королева Поренн. - Почему бы тебе не поспать немного, а вечером мы опять соберемся.

- Со мной все в порядке, ваше величество, - поспешно сказал он.

- Иди спать, Дротик, - твердо сказала она. - Ты немного сможешь добавить к нашим разговорам, если уснешь прямо в кресле.

- Делай, как она говорит, - посоветовал Шелк. - Она собирается нянчить тебя независимо от того, нравится тебе это или нет.

- Хватит, Шелк, - сказала Поренн.

- Но ведь это правда, тетушка. Ты известна повсюду как мать Драснии.

- Я сказала, хватит.

- Да, матушка.

- Кажется, ты ступил на очень тонкий лед, Шелк, - сказал Ярблек.

- Я всегда хожу по тонкому льду. Это придает жизни остроту.

Мрачный день перешел в еще более мрачный вечер, когда Гарион и его друзья собрались еще раз большом шатре в центре лагеря. Ярблек принес с собой множество скатанных ковров и несколько железных жаровен, придавших их штабу вид какой-то кричащей, даже варварской роскоши.

- А где Шелк? - спросил, оглядываясь, Гарион, когда все расселись вокруг пылающих жаровен.