Ольга Мяхар - Пророчество для ангела

Следующие пол часа мы прошли в относительном спокойствии, хотя Коул так и не пустил меня вперед и не спрятал меч. Так что внезапно выпрыгнувшая прямо из гладких стен нечисть напоролась на горячий прием. Я испуганно отпрыгнула назад, оглядываясь по сторонам и наблюдая, как камень вспучивается, идет волнами и с тихим шлепом отделяется от стен, обретая форму и очертания. Да что же это такое? Двое каменных трехметровых… врагов кинулись в мою сторону. Я прыгнула, отважно врезала по голове первому из них мечом и с ужасом увидела, как он проходит сквозь камень, не причиняя тому ни малейшего вреда. Каменюка радостно оскаблился кривым подобием рта и распахнул мне свои объятья. Я не нашла ничего лучше, как дать деру.

Убегая от врагов, я лихорадочно соображала чем конкретно можно прибить каменную тварь, но ничего особо умного в голову не приходило, кроме мысли о том, что в прошлый раз этого не было. Хотя, если учесть, что прошлую систему охраны я сломала еще в прошлое свое посещение, то это, наверное, новая охрана, что объясняет, почему мечи на них не действуют. Хорошо хоть из стен не лезли мне наперерез новые изваяния. Коул остался где-то позади, сражаясь сразу с тремя из них и ничем мне в данный момент помочь не мог. Я прислушалась к гулкому топоту за спиной и резво прибавила скорость, искренне надеясь, что светлая мысль о способе спасения меня все-таки посетит по дороге, но эта сволочь где-то окопалась и вылезать в ближайшее время явно не желала.

Внезапно коридор кончился, и я выбежала в огромную темную пещеру с кучей высоких каменных колонн, вырастающих из зеркального пола и устремляющихся к далекому потолку. Один из моих пульсаров резво взмыл вверх, пытаясь разведать ситуацию, остальные отважно сгруппировались вокруг моей головы, освещая часть зала и толпу заинтересованных покойников, к которым я так резво выбежала навстречу. Увидев мою скромную персону, они от чего-то сильно обрадовались и даже сделали шаг вперед, распахивая мне гнилые вонючие объятья в которые я как-то не стремилась угодить. Но тут следом за мной выскочили оба каменюки, и энтузиазма в рядах противника явно поубавилось. Я с ужасом поняла, что дальше хода нет, и попыталась притормозить, но раздавшийся сзади одобрительный гул тут же изменил это решение. Покойники боятся каменок? Отлично, устроим им бурную встречу. И я вновь рванула навстречу переминающейся с ноги на ногу нечисти. В руках пылали белым светом призрачные мечи, которые чуяли близкую смерть во плоти.

Ворвавшись в ряды покойников, я тут же рассекла первому из них голову, вторым мечом мазнув по груди следующему, и, не дожидаясь, пока они рассыплются в прах, направила все пульсары вперед, расчищая взрывами дорогу и пытаясь оставить как можно большее пространство между собой и каменными изваяниями. Нечисть, опьяненная запахом близкой крови, радостно ломанулась ко мне, пытаясь впиться зубами и руками в живое тело. Мечи работали, как мясорубка, сметая все на своем пути, одновременно защищая и грудь и спину. Я вертелась, ужом, закрыв глаза от сыплющегося со всех сторон серого пепла и обжигаясь огнем, в котором сгорали трупы. Руки творили свое дело, не интересуясь мнением мозга, а лезвия казалось удлинились чуть ли не на пол метра, жадно стараясь дотянуться до все большего количества врагов и пить, пить, пить крупицы их силы, которая все еще поддерживала жалкое подобие жизни в этих гнилых, полуразложившихся телах, которые день и ночь терзало только одно чувство. Голод.

Сзади раздавались чмокающие звуки ударов и злобный вой настигающих каменных стражей. Догонят. Мысль мелькнула и исчезла, я ускорила и без того бешеный темп, все быстрее пробиваясь сквозь беснующиеся орды восставших трупов. Блин, да сколько же их тут? Руки начали наливаться свинцом, тряслись коленки, а зубы нечисти все чаще перед смертью достигали цели. Плевать на боль, но вот быстрее прорываться я уже не могу. А чмокающие звуки ударов слышались все отчетливее, они были все ближе и ближе к своей цели. И кто виноват, что у цели уже не было сил, чтобы выбраться из этого моря смерти и злобы. Колено пронзила острая боль, и я, вскрикнув, срубил башку еще одному, чувствуя, как уже не гнилы зубы, а пепел забивает края рваной раны. Я попыталась шагнуть, но колено подломилось, и я на него упала, упираясь второй ногой в пол. Мертвяки радостно взвыли и стали напирать с удвоеной энергией. Неужели это конец?

— Да, это конец. Сыграем? — Ласково шепнул зверь во мне и с интересом осмотрелся, глядя на мир моими газами, чувствуя боль моих рук.

— Я еще не побеждена.

Вой раздался почти за спиной.

И тихий смех зверя подтвердил догадку.

— Ты проиграла, они уже рядом и ты опять умрешь. Неужели ты не хочешь отомстить, неужели не жаждешь очистить горы от спящей нечисти и стать вечным стражем их портала?

Я застонала, увертываясь от когтей очередного монстра и рывком всаживая в него оба меча, глядя в зеленые пылающие глазницы и чувствуя, как в меня вцепляется еще пятеро.

— Прими меня, не сопротивляйся, не борись со мной. Ведь я — это ты. — Я вновь закрыла глаза. Она права, я уже ничего не исправлю, но есть еще возможность отомстить. К горлу тянулись костлявые руки с остатками покрытого слизью мяса, вонючие зубы пытались добраться до вожделенного горла, а внутри меня победно улыбался зверь. Она права.

Вдруг что-то с силой вцепилось в мои плечи и резко дернуло вверх, буквально вырывая из рук злобно воющей нежити. Меня понесло вверх, и, оглянувшись, я увидела смотрящих мне вслед каменных стражей, на которых накатывались зомби, но которым это было глубоко пофигу. Вдруг они оба развернулись и медленно, отшвыривая с пути обезумевшую нежить, побрели назад — стеречь, как и раньше, ход и выход из этого мертвого мира.

Я с трудом задрала голову вверх и увидела черного демона, который нес меня, вцепившись когтистым лапами в плечи. Я криво улыбнулась и мысленно послала подальше временно проснувшегося зверя. Он не обиделся, он умел ждать.

— Что так долго? — Голос был хриплый и каркающий, видимо оборвала связки, пока орала внизу, нагнетая священную храбрость.

Он не ответил, ну и пусть.

Мы опустились у выхода из огромного зала, и Коул так же молча сунул мне позабытый где-то мешок. Я радостно схватила его и немедленно закопалась в склянки, мази и противоядия, щедро намазывая их на свои многочисленные раны, из которых тут же начала вытекать бурая шипящая жидкость, выносящая трупный яд и прочую гадость, после чего края довольно быстро начали сходиться, послушные моей ворожбе. Минут через пятнадцать я уже чувствовала себя вполне сносно и даже смогла встать и продолжить путь. Коул все это время простоял на страже, бдительно зыркая по сторонам и угрожая всем, кому ни попадя, длинным острым мечом, почти не пострадавшим от столкновения с каменными стражами гор.