Шамраев Юрьевич - Честь - дороже жизни (2 части) (СИ)

Спускался я действительно очень осторожно, шаря и ногами и руками в плотном парном тумане. Вот наконец то и твердая поверхность. - Садись, - раздался голос Милы,- только предупреждаю, будешь давать волю рукам я уйду и оставлю тебя здесь. Я промолчал и послушно сел на нечто, похожее на лавку. Тут же нежные руки стали мылить мою голову, я дернулся, ведь там корона и если до неё дотронется кто то другой, то он погибнет.

- Ты что? - спросила она.

- Голову я вымою сам, и вообще я просил только спину потереть, там где я не достану. Ну и пожалуйста,- обиделась она,- я хотела как лучше.

- Мила извини, но так будет лучше и давай я тебе не буду объяснять почему,- врать не хочу.

Мою спину терли щелоком словно сдирали кожу. - Всё, я устала, дальше сам.

- Спасибо милая. - Ты второй раз называешь меня милой,- значит я тебе нравлюсь?

- Конечно нравишься. - Это хорошо, ополаскивайся, а я пошла…

Не успел я ничего сказать, как она исчезла. Помылся я славно, со смаком. Пар и туман постепенно рассеялся и я вновь наддал жару и на самой верхней полке ещё раз похлестал себя пучками трав, потом облился холодной травой и вышел в предбанник. Естественно там никого не было. Только чистое мое белье лежало аккуратной стопочкой. Одевшись я осторожно открыл дверь предбанника и… оказался в большой горнице.

Мила сидела за небольшим столом, на котором уже стояли большие глиняные чашки и в них плескался травяной отвар. - Ну что ты так долго, садись скорее…

А я не мог оторвать от неё взгляда. Её коса распущенная полностью прикрывала не только плечи, но и грудь. Тонкая рубашка надетая на голое тело только подчеркивала белизну её тела… Заметив мой взгляд она покраснела:

- Не смотри на меня так, будто уже раздеваешь меня, настанет время и я сама разденусь, садись пей взвар, он лечебный, я сама травы собирала в полную луну.

Я послушно сел и мелкими глотками стал отпивать из чаши душистую и пахучую жидкость. Некоторые запахи я узнал: - Листья земляники, дикой смородины, корни девятисила, а вот Иван да Марью ты зря добавила, она может быть ядовита…

Она улыбнулась,- а это не Иван да Марья, это шалфей, что растет на лугу, хотя его тоже так иногда зовут.

(Сочетание желтого и синего цвета отражает купальские значения огня и воды, широко используемые во время праздника. В этом качестве цветок представлялся как звено, соединяющее людей и с богами, и между собой. Не случайно союзы, заключенные на Купалу, считались нерушимыми, даже если совершались без ведома родителей и родни. Новобрачные, взявшись за руки, прыгали через костер, а затем совершали ритуальное омовение перед актом физической любви. Таков был обряд заключения сакрального брака, а символом его был цветок, в котором желтый цвет (огонь) соотносился с женихом, а синий (вода) - с невестой.)

- Рыцарь, а ты ведь так и не назвал мне своего имени.

- Разве? - удивился я,- извини, меня зовут Франк. - Франк, - произнесла она задумчиво,- странное имя, это скорее всего сокращенное имя, а полностью как тебя звать величать?

- Я привык к Франку, а полностью - Франклин.

- Франклин,- повторила она, - значит свободный. А ты действительно свободный?

Вопроса я честно говоря не понял и посмотрел на неё.

- Ну ты свободен в принятии своих решений?

Я задумался, а потом с неохотой ответил: - Полностью - нет. Есть такие понятия как долг, обязанность, честь,- вот они то и гонят меня. Я предположим хотел бы остаться с тобой, но в районе развалин Армавира просыпается зло и я должен быть там, что бы его остановить…

- Я знаю, там разбудили дракона Тифона. (Тифон (Тифоей, др.-греч.,,, эпич.) - в древнегреческой мифологии могущественный великан, порожденный Геей; олицетворение огненных сил земли и её испарений, с их разрушительными действиями (имя Тифон одного корня с глаголом, что означает "дымить, чадить"). И если его не остановить, то он принесет много зла и горе твоему миру,- она тяжело вздохнула.- Но ведь победив его ты сможешь вернуться ко мне.

- Могу,- согласился я, - но только после того как успокою Уробороса - Ёрмунганда, его что то или кто то беспокоит.

Она вздрогнула и закрыла лицо руками:

- Если он проснется наступит конец всему сущему, придет Хаос и все поглотит. Она тряхнула головой так, что её волосы волнами разлетелись в разные стороны,- Но я все равно буду ждать тебя, теперь у меня появилась цель. А сейчас пойдем, наше ложе ждет нас…

Это была восхитительная ночь любви, полная незабываемых мгновений, минут, часов близости…

Под утро я спросил её,- А как я тебя найду?

Она улыбнулась,- А никак, я теперь буду постоянно в твоем сердце и когда надо, сама найду тебя…

- А ты знаешь, пророчество Мебиуса в какой то мере свершилось, ну помнишь, он говорил тебе, в тот вечер вашей встречи - " все равно будет так как он хочет", так вот я его очень, очень, очень далекий потомок…

Она положила голову мне на грудь:- Не говори ничего, не надо… Я так счастлива, что ты ко мне заехал… И мне даже немного стыдно за то, что я полностью заняла твое сердце…

Проснулся я от того, что мне в лицо пофыркивал Гром, а барон со счастливой улыбкой на лице сидел возле небольшого костерка и разогревал мясо.

- Спасибо Франк, что во сне отправил меня к Франческе и я впервые за долгое время отоспался на мягких перинах, Это было здорово, не говоря уже о встрече с женой. А где этой ночью был ты? Я таинственно улыбнулся и промолчал. Мои губы ещё помнили вкус её губ, я помнил запах её тела и упругость её груди, её стон и счастливую улыбку, нежность её рук…

- Нам надо торопиться мессир, Тифона уже разбудили и одна охранная печать уже сорвана.

- Тифон это кто?

- Это один из драконов мести, тот самый что сжег полностью Армавир. Нам надо торопиться, пока он не впитал в себя боль и страдания людей и не окреп так, что справиться с ним будет очень тяжело…

Два дня тяжелой изнуряющей скачки. Мы с Фреем подпитывали силы своих лошадей, что бы придать им резвости, и все равно мы опоздали.

Над Армавиром пылало зарево, хотя по словам Фрея там гореть уже нечему, разве только камни могли ещё гореть. Из ближайших деревень люди в ужасе бежали в лес, бросая все нажитое, скот и скарб. А огромная тень скользила по земле, дракон жег убегающих и упивался своей силой и неуязвимостью. Я хотел сразу же рвануться в бой, но мессир меня остановил:

- Нет, нам надо отдохнуть, накормить коней и дать передых им, к тому же надо понаблюдать и определить где его логово, куда он улетает и кто им распоряжается.

А я в бессильной злобе смотрел на эту тварь, вызванную чей то злой волей… Вскоре дракон насытился и тяжело маша крыльями полетел в сторону Армавира.