Шамраев Юрьевич - Честь - дороже жизни (2 части) (СИ)

- Твоя работа? - с набитым ртом спросил мессир.

- Моя,- согласился я.

- А что ж мы в пути сухомяткой питались?

- Извини, как то не подумал об этом…

Скрипнула дверь и в зал вошла красна девица, коса до пояса, румянец во все щеки и глаза на пол лица.

- Довольны ли мои гости угощением? - нараспев спросила она, и Фрей тут же уронил голову на стол и сладко стал посапывать. А почему ты не заснул доблестный рыцарь?…

28.

- Видишь ли красавица, не знаю как тебя звать, величать, я как то не привык сразу после еды спать, мне бы ещё в баньке попариться, дорожную грязь смыть, да так, что бы твои нежные ручки потерли мне спину, а потом ещё немного перекусить и можно будет отдохнуть.

- Ох рыцарь, рыцарь, много было охочих со мной в баньке попариться, да только иных уж нет, а те далече,- и она махнула рукой.

- Да ты девица не бойся, я тебя не обижу, а в баньку мне действительно надо, видишь как потом пропах, да и бельишко всполоснуть не помешает.

- А с ним то что делать будешь, не оставлять же его спящим за столом? Он слабее тебя, но умен и мудр, слушайся его…

- С ним?- я сосредоточился. Прямо возле стола возникла шикарная кровать, даже с балдахином. Следуя движению моей руки барон плавно поднялся в воздух из за стола, занял горизонтальное положение и так же плавно полетел в сторону кровати, где удачно приземлился прямо на одеяло. Из воздуха возникло ещё одно одеяло и заботливо укрыло его.

- Ну что милая, довольна? - Я не милая,- почему то обиделась она, - меня зовут Мила.

- Красивое имя, да только я не хотел тебя обидеть. В моем королевстве "милой" называют девушку или женщину - красавицу и которая нравится и которой хотят подчеркнуть свое особое расположение.

- Так я тебе нравлюсь?- её лоб наморщился словно она решала какую то непростую задачу. - Да и не похож ты на тех, других, что появлялись тут изредка до тебя.

- Мила, а как ты сюда попала? Видишь ли, это единственное место, по крайней мере в нашем королевстве, где мысль имеет материальную силу.

- Ты не прав рыцарь, мысль всегда имеет силу, только вы разучились ею пользоваться. А попала я сюда очень давно…

- …Как то раз в наш дом дождливым вечером на постой напросился странный человек. В нем удивительным образом уживались и темная и светлая сторона, тогда я ещё умела их различать. Мать с испугом мне шепотом сказала, что это очень сильный колдун и волшебник, который держит нити мира в своих руках. Как его звали я точно не помню, то ли Мегус, то ли Нубис, в памяти почему то его имя не осталось. Так вот, он после ужина предложил мне взойти на его ложе, обещая несметные сокровища. Я естественно отказалась, но он только рассмеялся в ответ и сказал, что все равно будет так как он хочет. Ночью я сквозь крепкий сон почувствовала, что меня раздевают и целуют. От неожиданности я проснулась и увидела, что я обнажена, а этот человек уже был готов возлечь на меня. У меня откуда то возникли силы и я смогла оттолкнуть его и даже сбросить на пол. Он страшно рассердился но не на то, что упал на пол, а на то что его колдовство не удалось и у него ничего не получилось. Тогда он перенес меня сюда, где время остановилось и произнес свой приговор: - До тех пор пока ты не станешь женщиной, ты не сможешь вернуться в свой мир, но и когда вернешься, то будешь страдать, ибо всякий раз возложась на супружеское ложе, ты будешь становиться девственницей и каждый раз будешь испытывать боль, как в первый раз.

- И что, его пророчество исполнилось?- спросил я сгорая от любопытства. - Это ж какое счастье кому то досталось,- жена вечная девственница. Мечта любого мужчины… А почему он посчитал, что тебе будет больно?

Мила нахмурилась,- Ну вот и ты туда же, все вы мужчины одинаковые, а обо мне ты подумал? В общем не так часто но в мой уголок захаживали мужчины. Одних прельщали только золото и камни, у других были такие грязные мысли в отношении меня, что я даже тряслась от омерзения и выгоняла их. Так что я ещё ни разу ничего не испытала и честно говоря боюсь.

- А если тот колдун тебя обманул специально, или его заклятие от времени уже потеряло свою силу? А его случайно звали не Мебиус?

Она вздрогнула: - Точно, его звали Мебиус. Я вспомнила, и у него было больше сотни жен и ещё больше наложниц. А ты откуда его знаешь? Вы встречались?

- Мила, не хочу тебя обманывать, но вот уже многие тысячелетия о Мебиусе никто ничего не слышал, он ушел из этого мира. Кто говорит, что его убили, кто что он сам ушел, так как ему все надоело.

- А как же я?- жалобно спросила она. Мне что вот так и дальше мучиться? Я домой хочу…

- Боюсь, что твоего дома уже давно не существует, прошло столько времени, что я даже и не знаю. Она решительно замотала головой: - Нет, он сказал, что я смогу вернуться в свой мир, а значит так оно и будет… Ну что, не передумал идти со мной в баню храбрый рыцарь?

- Нет конечно, а ты стирать умеешь? А то надоело в ручьях грязь разводить без щелока и мыльного камня.

- Я все умею, пошли…

Едва мы вышли из трапезной, как сразу же оказались в предбаннике. Там пахло травами, их большие пучки висели на веревках. Пока я смотрел где бы мне пристроиться и раздеться, она быстро, незаметно для меня скинула с себя своё платье и мелькнув белым незагорелым телом скрылась в пару. Из открытой двери пахнуло жаром. Я быстро скинул с себя одежду и последовал за ней. Пар был таким плотным, что я почти ничего не видел. Вытянув вперед руки я осторожно пошел вперед. Вот и полка, я с облегчением сел на неё. - Поднимайся выше, - откуда то с верху донесся до меня голос девушки.

- Я ничего не вижу. Она тихо рассмеялась, - А тебе и не надо ничего видеть, ты поднимайся и ложись на живот, да только смотри полку не проломи,- и она опять хихикнула.

- А я не виноват, что он живет отдельной жизнью и не всегда подчиняется мне…

Возле меня возникло нечто белое и мою спину стали несильно хлестать пучки трав. Приятная истома, жар, проникали кажется в каждую мою косточку, каждый кусочек моего тела. Постепенно удары пучками становились все сильнее…

- Всё, хватит, дальше я сам, ты только мне свои пучки отдай. - Ну уж нет, ложись на спину, только свое хозяйство прикрой руками, а то обожжешься. Я послушно перевернулся и вся процедура повторилась.

- Теперь давай и я тебя,- она тихо рассмеялась,- Меня не надо, я не люблю париться, а ты полежи ещё немного, а потом спускайся вниз, только осторожно, не упади.

Спускался я действительно очень осторожно, шаря и ногами и руками в плотном парном тумане. Вот наконец то и твердая поверхность. - Садись, - раздался голос Милы,- только предупреждаю, будешь давать волю рукам я уйду и оставлю тебя здесь. Я промолчал и послушно сел на нечто, похожее на лавку. Тут же нежные руки стали мылить мою голову, я дернулся, ведь там корона и если до неё дотронется кто то другой, то он погибнет.