Евгения Федорова - Чувство времени (СИ)

Колючие ветви жалят мою истерзанную пытками руку, и я прихожу в себя, тихо вскрикнув. Ален зажимает мне рот ладонью, но уже поздно. Вокруг тишина и темно, над островом низкая облачность, не пропускающая ни крупицы света. Перед глазами все плывет, я пытаюсь оглядеться и вижу стену и вроде бы ворота. Мы идем к ним, замираем на мгновение, ожидая переполоха, а я стою и в замешательстве смотрю на свежую кладку и искореженные створки.

— Очнитесь, Демиан! — Ален тянет меня прочь, и я вновь «пропадаю», очнувшись уже в седле. Ален сидит сзади, крепко прижав меня к себе и не давая упасть. Все тело затекло, а его предплечье давит, затрагивая мои раны, и каждый шаг животного вбивается раскаленным прутом мне в позвоночник. Я пытаюсь приподняться, и понимаю, что под нами не конь — мул, который нехотя, понурив голову, переставляет свои широкие копыта. Слева и справа деревья и кусты, заросли иногда разрываются проплешинами, заваленными камнями, сброшенными с головы Гуранатана.

Гул накатывает, и я не знаю, то ли кровь шумит в ушах, то ли мухи вновь облепили мое лицо и я начинаю просыпаться. Мне хочется кричать от ужаса, я не могу поверить, что это только сон, я не хочу просыпаться, надеясь, что сердце вот-вот остановится, но тут легкий ветерок налетает, оглаживая горячую кожу, и я чувствую запах воды…

Вокруг растекалась утренняя, наполненная росой прохлада. Я, наконец, смог очнуться от действия трав и уставился вперед, не в силах оторвать взгляда от изумительного зрелища. Пусть мир еще не набрал красок, усыпленный сумерками, но я все равно видел огромные валуны, поросшие изумрудным мхом, какие-то цветы по берегам заводи, джунгли, сплетенные сильными вьюнами в непроходимые заросли. И наблюдал, как тонны воды обрушиваются, разбиваясь о камни в мелкую, белесую пыль. Шумели не мухи, норовя разбудить меня и снова начать мучить. Это был не сон, я вырвался из подвала, и теперь передо мной с огромной высоты низвергался живительный горный водопад.

— Усидите в седле? — уточнил Ален, и я кивнул. Тогда он осторожно спустился и я, посмотрев на него сверху вниз, заметил, что юноша хромает. Он потянул за повод, и мул неохотно пошел вперед между валунами, оскальзываясь и заставляя меня вцепляться в седло, не имеющее луки, чтобы не свалиться вниз. Наконец мы оказались у самых струй, но Ален не остановился и потянул мула еще сильнее, от чего тот вытянул шею, но все же ступил под пенящиеся потоки. Я невольно зажмурился, когда вода, надвинувшись, ударила по лицу, а потом навалилась темнота.

— Руку лучше бы отрубить по локоть. И возвращаться на материк. Многие беды может натворить его отсутствие.

— Уверен, что это необходимо?

— И то и другое, — легкий смешок.

— Человеку его свойства будет сложно это перенести. Другого выхода нет?

— Есть, и сейчас он кипит в котле. С этой дрянью, возможно, его рука отомрет не так быстро, а в Форте ему помогут. Но я не уверен, что хватит ингредиентов. И путь неблизкий, сколько нужно того снадобья?

Пауза.

— Воды вокруг Тура кишмя кишат водяными змеями, путь к материку будет ох как непрост.

— И конечно ты знаешь свободный проход?

— Конечно, знаю! Путей много, но они все требуют времени. Видят Высшие, не представляю, чем грозит задержка, но мне чудится, мы уже не успели сделать решающий ход.

— О чем ты?

— Обо всем этом!

— Нужно вызволить Мастера, Мархар. Впрочем, ему было самое место в том подвале…

— Экий ты горячий, Ален. Оставь личные счеты при себе. Если бы Мастер был в том подвале, сейчас все оказалось бы куда проще. Забрать двоих или забрать одного — какая разница? Но ты говоришь, что он в доме Лааль, и это все меняет. Идти в самое гнездо обозленных магов? Уволь, мне это не по силам.

— Но ты же смог упокоить каменных истуканов!

— Разрушать чары совсем не сложно, тут много ума не надо.

— Сделай то же самое с этим браслетом?

— Не могу, — голос стал деревянным. — Расплести заклятье не выходит. Демиан сможет, но у него не хватит времени.

— Демиан? — изумление. — Сможет?

Пауза.

— Думаю, рано или поздно. Он же маг Форта. Им подвластно слишком многое. От больших умений большие беды.

Шумит водопад. Через плотно закрытые веки я вижу, будто наяву, как падают потоки воды, разбиваясь о камни, как идет рябь по заводи, успокаиваясь у самого берега.

— Надо было еще два дня назад перенести его на корабль и отплывать. Была отличная ночь, туман и облака надежно спрятали бы нас…

— Я жду попутного течения, а для раненого лучше пока находиться в покое. Надеюсь, что уже вскоре поменяется ветер, и тогда Эстолла пройдет через рифовый лабиринт в ту заводь, о которой мы с тобой говорили. Нас не будут там искать — местные считают этот риф непреодолимым. Ты видел парусники, они постоянно рыщут вдоль побережья…

— Они в ярости.

— Естественно. Потому нам нужно все сделать незаметно. Поверь, у Тура достаточно быстрых кораблей, чтобы догнать Эстоллу и взять нас на абордаж. Любая неосторожность плохо закончится. Нужно выждать время и отплывать в самый глухой час, когда уже нет луны.

— Ночью они тоже ходят, мне даже удалось разглядеть…

— Что?

— Сторожевики. Они похожи на призраков, в полной темноте и тишине проплывают мимо. Тендеры с гафельным вооружением. Легкие и достаточно быстрые.

— Это плохо, моя Эстолла выигрывает в скорости, но не в управлении. В прибрежных водах мы будем легкой добычей.

— Теперь придется определиться, Мархар. Только что ты говорил о необходимости торопиться.

— Реальность значительно отличается от планов. Всегда, Ален. В чем ты меня упрекаешь сейчас? Плохо, что мы вынуждены медлить! Катастрофически плохо. Но хуже попасться им в плен. Мне не интересна такая участь, какая досталась Демиану. А тебе?

— Все шутишь…

— У глупости должен быть предел, вот о чем я говорю. Хочется в это верить, хотя некоторые поступки людей заставляют меня подвергать сомнению это утверждение. Когда спешка приведет к смерти, нет смысла спешить.

— С этим не поспоришь, Мархар. Ты рулевой, здесь мои умения совершенно ни к чему.

— Не приуменьшай своих заслуг, Ален.

Шумит водопад, и я засыпаю снова.

И опять голоса.

— Меня страшат его вопросы. Что я отвечу, когда он очнется?

— Надеюсь, к этому моменту Эстолла будет уже далеко от берега. Этот проклятый остров встал мне поперек горла, а здешние торговцы готовы вырвать последний золотой. Отвратительное место и жара эта вечная…

— Марахар, ты ведь и сам торговец, не мне рассказывать тебе о прибыли…

— Торговец. Или пират? Не думал о таком?