Эмиль, Гнитецкий - Благими намерениями

- Ого! - присвистнул Винслакт, это как же так? Блоднек же старше Кадроша.

- Не оправдал доверие, ну, как-то так. Слухи ходят, что князь боялся ему сказать, а Ровид просто не успевал, так как княжич постоянно терял сознание, - прыснул со смеху Шперлинг, - хотя, уже не княжич.

- Как не княжич?

- Очень просто. Гинеус обозлился на него за какие-то выходки и направил командовать небольшим отрядом на границу с Хасией. Особенно на этом настаивал Ровид. Лишили титула, сняли полномочия начальника ДПС, и сделали мелким воеводой. А на свадьбе-то что было, умора! Слушай, Блоднек лежал в госпитале, а пока шли приготовления к церемонии, ему ничего не говорили. В последний день его выписали, и то ли в спешке, то ли специально, но ему не сообщили, что жених Тестверы теперь вовсе не он, а Кадрош. И представь, приходит он ряженый на свадьбу, весь при параде, а там объявляют, что Тестверу берёт в жёны Кадрош. Красавица-жена, титул князя, завидный тесть, каких ещё поискать надо. В общем, все звёзды с неба сорвал, а Блоднеку дырку от бублика, - давясь смехом, рассказывал черноволосый.

Оба расхохотались, стуча ладонями по столу, что остальные посетители бросали настороженные взгляды.

- Так он узнал - чуть свадьбу не сорвал. Бегал по залу, орал, буйствовал, посуду переколотил, кидался с кулаками на всех. Охрана просто растерялась. Потом вцепился в волосы Кадроша, слюной брызгал, визжал, еле-еле оторвали. Ровид, говорят, ему недрогнувшей рукой лично фингал под глазом поставил. Закончилось всё тем, что Блоднека прилюдно лишили титула княжича, арестовали и поместили в темницу с дальнейшей высылкой на передовую.

- Вот это дела. Пожалуй, тут даже интереснее, чем в Сансэдаре!

- Послушай, Винс, а ты помнишь нашего знакомого Панкурта Мольха? Мы его из петли вытащили.

- А как же не помнить! - согласился русоволосый.

- Так он, оказывается, хитроумный заговор против союза Верузии и Гардарии распутал. Двух высших кромников разоблачил и какого-то хасийского шпиона лично обезвредил. Его почестями осыпали, не хуже, чем самого короля. Всю неделю опустошал княжеские погреба и придворным летописцам надиктовывал свои подвиги. Не просыхал неделю, говорят. Купался в лучах славы.

- Вот тебе раз. Значит, чтобы получить всеобщее признание и уважение, достаточно повисеть в петле? - хихикнул Винслакт.

- Ну, насчёт всеобщего - это под вопросом, дружище. Чернь, как я выяснил, его люто возненавидела, не хуже, чем Тестверу, да и короля Ровида. Быдло беснуется который день, что Гинеус перестал быть князем, а Кадрош может перестать кормить их подачками. Желающих убить княжну, наверное, уже очередь до границы с Реевелом выстроилась. Преступность пошла вверх, покалечено несколько стражников. Власти подумывают вообще тотальную зачистку Любеца провести силами тяжёлых отрядов. Замок и подступы к нему охраняются тройным кольцом. Районы, прилегающие к княжеской резиденции, лучше вообще не посещать, если хорошей грамоты нет. В дополнительный патруль набираются рекруты. Да и нам пора отсюда сматываться по домам. Чую я, скоро тут будет весьма жарко, не хватало под раздачу попасть.

- Да, княжне ещё придётся попотеть за спокойную жизнь. И чего они так на неё взъелись-то?

- Так боятся, что подачки прекратятся, и она тут порядок наведёт железной рукой, с повальным пьянством будет бороться, город вычистит, дисциплинировать народ начнёт. А Кадрош заявил, что прекращает сочинять песни и начинает заниматься сугубо государственными делами.

- Вон оно что! - почесал подбородок, - ну и правильно, пусть наводят. Ей и прозвище дадим - Железная Княжна, а? Звучит! Я на эти рожи из припортовых районов уже смотреть не могу без отвращения.

- Я тоже, Винс. Хотя, в Тагорне попадаются экземпляры и пострашнее...

- Погоди! Ну, с Тестверой всё понятно в принципе. Но почему чернь ненавидит Панкурта Мольха?

- А, пся крев, я ж главного не сказал. Он распутал заговор и освободил принцессу, то есть уже княжну, из плена. Похитили её, оказывается, а чего хотели - до конца непонятно. Это всё-таки дело громкое, подробности не раскрываются. Вроде свадьбу расстроить замыслили. А раз Мольх Тестверу выручил, которую местная чернь терпеть не может, то сам понимаешь, как его тут любить должны...

- Интересно, а как похитители с Тестверой обращались? Новоиспечённая княжна Верузии весьма красотою лепа, губами червлёна, и всё такое, - подмигнул русоволосый.

- Говорит, обходительно. Рябчиков и дорогие конфеты всё это время в подвале жрала.

- А, что же тогда с... - отсмеявшись, начал говорить русый, и на этих словах в окно корчмы прилетел камень, пробил стекло и обсыпал осколками стол и рыцарей. С улицы донеслись ругательства и проклятия.

- Мать твою! - взвизгнул Винслакт, дёрнувшись, как ужаленный, - Какая гадина посмела...

Шперлинг резко вскочил, бранясь, начал вытряхивать осколки с головы. Его примеру последовал и русый рыцарь. Корчмарь и немногочисленные посетители заметались, вскакивая со стульев, выхватывая мечи. В спешке нахлобучив амуницию, оба рыцаря, провожаемые хмурыми взорами статуй, выскочили за дверь и увидели грандиозную потасовку метрах в двадцати.

Трущобная чернь с криками "Ублюдок гардарийский!" облепила лошадь и пыталась стащить наездника на землю. Тот отбивался мечом, крича благим матом "Вашу гвардию! Пошли в жопу, хамы!", ранив нескольких. Силы, однако, были неравны. Наконец, им удалось выбить его из седла и повалить на землю. Стоял невообразимый шум.

Рыцари переглянулись, застыв в проходе с прочими посетителями таверны.

- Ну что, наш несостоявшийся висельник снова нашёл приключения?

- Лёгок на помине, - ответил русый и, показав пальцем на лавку, обратился к корчмарю, - извини, милейший, но это придётся забрать.

- Братцы, подсобите! - обратился к остальным рыцарям Шперлинг, обнажая меч, - Королевского графа бьют!

Винслакт, перехватив лавку двумя руками, бросился к толпе, размахивая ей в стороны. С криками "Вон отсюда!" русый рыцарь стал отгонять атакующих от сыскаря. Особо дерзких лупил, куда придётся. Мольха уже успели избить, разодрать кафтан в лоскуты и вырвать клок волос. Шперлинг тем временем прикрывал друга, другие рыцари хоть неуверенно, но тоже отгоняли с боков орущую проклятья толпу.

Со всех сторон раздавались крики негодования. Полетели булыжники, куски досок и прочий мусор.

- Вали этих рыцарей! Чего они гардарийца защищают? Сражайтесь с ними!

- Сейчас я кому-то сражалки-то поотрубаю! Кто там вякнул?!

- Отдайте нам этого негодяя! Ровид зассал! Долой Тестверу, королевскую суку! Нет гвардейским порядкам! Гардарийцы - вон! - раздавалось со всех сторон.

Здоровый кусок камня попал точно в шлем Винслакта. Откинув голову назад и замахав руками, он упал на тротуар, выронив лавку. Раздался громкий звон лат об брусчатку. Тем временем Шперлинг оттащил за воротник Мольха и передав рыцарям, сам, махая мечом над головой, побежал спасать друга. Винслакта уже пинали вовсю, но удары были не болезненными, а скорее обидными.