Колин Мэлой - Подземелья Дикого леса

— «Брэдли»? — спросил он. — Ты зовешь его «Брэдли»?

Дездемона отвернулась от него и теснее прильнула к Уигману. Тот утешительно обнял ее за плечи, не отрывая взгляда от разворачивающихся в здании событий.

— Минутку… — пробормотал Джоффри. Стоило ему увидеть Дездемону в объятиях Уигмана, и разрозненные до того кусочки пазла начали собираться в голове в единое целое. — Это ты! — заорал он наконец Дездемоне, перекрывая гром восстания. — Это ты меня сдала! Ты ему рассказала!

Воспитанники интерната Антэнка для трудных детей подняли восстание.

Но едва ли это было подходящее время для взаимных обвинений: из верхних окон высокого серого здания начали вырываться языки пламени. Через оставшиеся стекла было видно, как дети сложили в женской спальне огромный костер из стульев и столов и проворно подожгли его. К тому времени, как огонь подобрался к окнам, воспитанники интерната Антэнка уже высыпали через распахнутые двери на подъездную дорогу. Собравшись там, ребята отвернулись от здания — их оказалось, наверное, не меньше сотни — и очертя голову рванули в сторону грузчиков и их пленников. Пламя, лижущее окна здания, освещало их грозным ореолом. Это, а еще выражение дикого гнева на лицах придавало детям сходство с фуриями, которые вырвались из подземных глубин, чтобы сеять хаос в мире живых.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Восстание!

Дарла закинула голову и издала душераздирающий вопль, застывший где-то на полпути между женским криком и звериным воем. Он эхом пронесся по мусорной низине, заставив вздрогнуть экраны разломанных компьютерных мониторов и телевизоров, и вонзился в барабанные перепонки Прю. Та воспользовалась моментом, чтобы отползти дальше, вверх по холму. Но едва она успела отодвинуться на несколько футов, как Дарла нагнулась и выдернула лезвие из ноги, скривившись от боли, но не сводя глаз с девочки.

— Зря ты это сделала, — сказала женщина-лиса. — Только хуже будет. — И небрежно отбросила нож в сторону.

Прю рискнула бросить быстрый взгляд через плечо; гребень мусорного холма был футах в тридцати. Из-за него виднелось странное белое сияние — это отсвечивали огни парка развлечений. Кертис не мог далеко уйти.

— КЕРТИС! — заорала Прю.

С ее криком слился, заглушая его, протяжный гудок поезда. Цирк уезжал, и вечерний воздух заполнили стоны и стук двигателя. Она попыталась крикнуть опять, но голос с хрипом сорвался.

— О да, — сказала Дарла, снова наступая. Она хромала на левую ногу; из раны струилась темная кровь. — Конечно, зови своего друга. Он в моем списке следующий. Этим ты мне порядочно облегчишь задачу. — Дождь лил уже сплошной стеной, и Прю чувствовала, как по лбу струится вода, стекает на губы и в рот, слегка приоткрытый, потому что дышалось с трудом. Мех Дарлы, вымокнув и прилипнув к коже, стал похож на деготь. Вода струилась по нефтяно-черной шкуре и стекала на землю.

— КЕРТИ-И-И-ИС! — еще раз крикнула Прю.

— КЕРТИС! — шутливо подхватила Дарла, сложив когтистые ладони рупором у рта. — Присоединяйся к нам! — Потом слегка наклонила голову и добавила: — Странно, что-то он не спешит.

— Тебе это с рук не сойдет. Они тебя достанут.

— Что за таинственные «они»?

— Филин Рекс. И разбойники.

— У меня для тебя новости. Филин Рекс упорхнул. — Она хихикнула над собственной шуткой. — Пропал без вести. А что до разбойников, их и след простыл, когда мы добрались до лагеря.

— В смысле?

— Я бы с удовольствием записала эту победу на свой счет, но нас было только трое, а разбойников сколько, сотня? Нет, они все куда-то пропали. Везде дым и огонь, а разбойников нет. Удовольствие выдернуть эти сорняки досталось кому-то другому. Ты мне льстишь, если думаешь, что мы втроем уничтожили целый лагерь. — Она рассмеялась. — Не надо было тебе рассказывать. Ну да ладно, все равно через пару секунд ты умрешь.

Под руку Прю попалось что-то холодное и острое. Опустив взгляд, она увидела торчащий из кучи мусора кусок арматуры. Девочка торопливо подцепила его пальцами и вытянула: он был длиной фута три и лег в ладонь с внушающей уверенность тяжестью. Она взмахнула им в направлении наступающей кицунэ, и та отпрянула.

— А ну, убери, — сказала Дарла.

— Отстань от меня.

— Я не могу. У меня задание.

Прю снова взмахнула. Железка просвистела в воздухе прямо перед протянутыми лапами Дарлы.

— Я тебе не дамся. Ни за что. Я тебя остановлю. — Слова срывались с губ девочки нервными толчками. Бешеный стук сердца барабанным громом отдавался в ушах.

Тварь широко улыбнулась. Прю еще раз махнула палкой. Дарла увернулась вправо и бросилась на нее.

Прю отскочила вбок, опершись локтем на склон мусорного холма. Лиса всем своим весом обрушилась на нее и свалила на землю. Кусок арматуры впился в бок через ткань куртки; по телу проскочил разряд боли. Девочка вскрикнула; кислое дыхание убийцы раздалось совсем рядом.

Она рефлекторно пнула ту ногой и с удивлением обнаружила, что попала ей прямо в низ живота. Тварь взвизгнула; на секунду ее вес приподнялся, и Прю тут же удачно откатилась по склону. Арматура по-прежнему цеплялась ей за куртку. Только оказавшись в нескольких футах от Дарлы, она поняла, что поранилась. Хлопковая ткань рубашки намокла от крови.

Девочка бросилась бежать. Лодыжка едва двигалась; Прю даже не замечала, как берегла ее, пока шла по туннелям. Боль вернулась с новой силой. Судя по звукам, Дарла за спиной поднялась и бросилась в погоню. Проход между двумя горами мусора был уже совсем близко, и Прю показалось, что она сумеет туда добраться. Вот только еще пару секунд…

Когтистые лапы схватили ее за плечи. Плотная шерстяная ткань куртки порвалась, и девочка закричала, когда когти вонзились в ключицы. Дарла всем весом повисла у нее на спине. Прю споткнулась. Обе упали и, прокатившись последние ярды до прохода, остановились на пятачке густой травы. Дарла сумела оседлать Прю, сдавив ей грудь и пришпилив к твердой земле.

Кицунэ тяжело дышала, грудь вздымалась быстро и неровно. Длинные руки, поросшие черным мехом, висели по швам, а коленями она больно упиралась Прю в плечо. Дарла зло сплюнула на землю и резко ударила Прю по лицу когтями.

На щеке девочки тут же расцвели три ярко-красные полосы. Из глаз заструились слезы.

— Пожалуйста! — крикнула она.

— Поздно. — Лиса занесла ладонь, чтобы ударить снова.

«Пожалуйста».

И трава ответила. Тоненькие желтые язычки взвились и опутали руку Дарлы. В следующее мгновение тело лисы уже так густо оплели завитки травы, что она стала похожа на какой-то странный макет человеческой нервной системы. Дарла вскрикнула; трава начала подбираться к ее шее. Прю, изумленная развитием событий, кое-как выскользнула из-под придавившей ее тяжести и поползла к цели, которая оказалась всего в нескольких футах. Следы от когтей на плечах горели; рана на боку залила кровью одежду.