Кирилл Клеванский - Генезис

— Эх, — шумно вздохнул Эрик. — Как последний раз в жизни гуляли.

— Да-а, — протянул его сосед.

— Но надо и меру знать, — заметил Дирг. — Пора уж возвращаться. А то послезавтра нам на арену выходить.

— А вы уже знаете свою очередь? — удивился Эрик. Лежали мы крестом, головами в центр, и поэтому лица я его не видел, но интонацию слышал прекрасно. — Вот ведь жуки. А нам только завтра сообщат.

— Так вам и надо, — скривился я. — У вас вон Санта есть. Вам даже и потеть не надо. Он еще одного такого дракончика запустит, и турнир преждевременно закончится. Самоубийц нынче мало народилось.

Мы расхохотались, но тут же схватились за животы и застонали. Смеяться было больно.

— Эй, Тим! — подал голос Санта.

— Что вам, ваше магичество?

— Ты вот путешествовать хочешь. А куда именно собрался?

Я даже не задумывался, говорить правду или солгать.

— Есть такое место, — я специально понизил голос, и народ притаился, ожидая чего-то особенного, — долина столь большая, что стелется морем до горизонта. Трава там волнами заходится, а цветы, подобно пенным барашкам, устилают все, куда падет взор. Но это не главное. Если поднять голову к небесам, туда, где лишь птицы да драконы с всякими безумными чертильщиками, то под гул и свист ветра из облаков выплывут летающие острова. А на них живут люди, последние свободные люди Ангдора. Вот туда я и хочу попасть.

Повисла вязкая тишина. А потом ребята просто взорвались смехом.

— Пенные барашки! — сквозь смех выдавил Дирг. — Трава волнами!..

— Море до горизонта! — добавил Эрик, который, кажется, уже умирал от удушья.

— Это еще что, у него там и острова летают! — добил их Санта.

Друзья продолжали натуральным образом ржать, и мгновением позже смехом заразился и я. И почему-то в тот момент меня не поразил тот факт, что они не знают о таком месте, а Ушастый знал.

— Нет, парни, — покачал головой Дирг, вставая с колен. — Нам однозначно надо возвращаться. Если уж Тим грезит летающими островами и выражается, как стихоплет, то до кризиса осталось совсем чуть-чуть.

Мы потихоньку собрались и покинули поляну. Но я не обижался. Почему-то мне было хорошо даже после того, как меня, не поверив, обсмеяли. Казалось, ничто не может омрачить этот прекрасный вечер.

За какой-то час мы добрались до ворот Академии. Двое провинившихся магов не хотели нас пропускать, хоть мы и предъявили им пропуска. Обозленные на весь мир за то, что их не отпустили на всеобщий праздник, они строили из себя дураков. За что и поплатилась. Я врезал одному, а Санта другому. Парни не были боевиками, и поэтому им хватило всего по удару, чтобы отправиться на рандеву к Морфею.

Мы сами, благо Санта знал про этот вопрос все, открыли ворота и вошли на территорию. Конечно, сейчас взвоет сирена и сюда прибежит весь преподавательский состав и гвардия, но нас это уже не волновало. Мы бегом, на пределе возможностей, метнулись к общежитию. Старик-смотритель, памятник ему из золота, не стал нас закладывать и, лишь слегка пожурив, отпустил. Распрощавшись с нами на лестнице, Эрик с Сантой двинулись наверх, а мы с Диргом зашли в комнату и тут же плюхнулись на кровать. Не знаю, как рыжий, а я, едва голова коснулась подушки, отправился по тому же маршруту, что и бедолаги на воротах.

Глава 17

Большой спектакль, часть II, или Тиха имперская ночь

Поскольку занятий не было, да и дел особо тоже никаких не предвиделось, я позволил себе королевский отдых и продрых ровно до тех пор, пока в комнату не ворвались остальные члены нашей пятерки. Надо отдать должное Диргу, он, несмотря на вчерашнюю гулянку, встал часов в девять и сразу начал крупную кампанию по приведению своего отряда в боеспособный вид. Честно говоря, я и не предполагал, что могу входить в «скрыт», даже уткнувшись зубами в стенку. Хотя до обеда меня искали, очевидно, по той причине, что я весьма успешно завернулся в одеяло и ничем не напоминал живого человека. Впрочем, ребята все же догадались поискать меня в комнате: их ждал успех, ну а меня — потревоженный сон.

Поломавшись скорее для виду, чем из желания еще немного попускать слюни, я все же поднялся и поплелся в сторону ванной комнаты. Как всегда со смердяхой на плече, я стал свидетелем безудержного хаоса в отдельно взятом общежитии. Все бегали, кричали, спорили, иногда даже сверкали вспышки заклятий. Одним словом, народ готовился. Толком не уделяя внимания таким мелочам, как приближающийся Малый турнир, я умылся и вернулся в комнату. Здесь меня уже ждали заведенные ребята, но, понятное дело, этим нервозным личностям я предпочел пирожки с мясом. Не успел я насладиться завтраком, как меня буквально за шкирку потащили в дальний корпус. Как вы уже поняли, я не сопротивлялся и вообще фактически медитировал. Вся суета, весь гам и возня будто проходили мимо меня. Это сродни ощущению, когда ты лежишь на берегу шумной реки и смотришь, как волны стремительно уносятся куда-то вдаль.

В самом корпусе нас дожидался куратор. Он не стал толкать речи или давать последние напутствия, а провел очередное теоретическое занятие. И лишь под конец пожелал нам удачи в бою. После этой фразы меня потянуло улыбнуться, но, к сожалению, позволить себе такую роскошь я не мог и уныло поплелся за остальными. Занятие затянулось, и в общежитие мы вернулись к сумеркам. И все же ребята никак не могли угомониться. Используя наш с Диргом номер как базу, они сидели и обсуждали возможные тактики, ситуации, стратегию и темпы. И если днем я олицетворял собой апогей безразличия, то ближе к вечеру уровень раздражения поднялся к метке «я спать, а вы как хотите».

— И что это ты такой спокойный? — прищурилась графиня Норман, оторвавшись от схемы, которую они так увлеченно чертили с рыжим.

— А мне волноваться надо? — вопросом на вопрос ответил я.

Сидя в кресле, я хрустел очередным яблоком и, закинув ноги на стол, бездумно пялился в окно.

— Мог бы, — скривился Кандид. Видят боги, этот парень начал меня доставать. — А то все вокруг тебя суетятся, а ты как вельможа сидишь. Хотя что с бегунка-то взять…

Вот этим он и достает. То на мой социальный статус намекнет, то по резерву проедется. С таким я бы даже чарку браги не распил, какой уж тут турнир, но выбора нет. Я еще раз окинул взглядом эту компашку. Сейчас они вчетвером сидели на полу и, обложившись пергаментными листами, пытались составить идеальный план. Сам-то я никогда такими вещами не занимался, это было по части Пило или Старшего. Да и вряд ли тактика и стратегия военной битвы, где счет идет на сотни тысяч разумных, сравнима с игрой пять на пять.