Иван Охлобыстин - XIV принцип

— Сейчас будет, — отмахнулся Магнификус и, указав на Асушан, приказал: — Немедленно освободите ее!

— Господин Кхеине, это чрезвычайно опасно, — предупредил воин. — Она трижды проткнула меня своим тупым мечом, прежде чем я успел достать свой!

— Освободите! — категорично потребовал Второй.

Рыцарь свистнул. Из близлежащего шатра выскочили трое слуг.

— Отвяжите пленницу, — ткнул в скейвеншу воин и еще раз пре­достерег Магнификуса: — Не подпускайте ее близко — может пере­грызть горло.

Но Второй его не дослушал и сам бросился помогать слугам сни­мать цепи с Асушан.

— О! Великий Древний! — упала перед ним на колени скейвенша. — Скажите мне правду, где мой бестолковый муж? Я с ума схожу! С тех пор как он ушел с вами, его больше никто не видел!

Магнификус поднял ее с коленей и поторопился успокоить:

— Все нормально! Он жив!

— Как жив? — нахмурилась скейвенша. — Значит, этот подлец бросил свою семью?!

— Да нет же! — воскликнул Второй. — Шарскуна застрелили в Наг- гароте. Я лично видел его мертвое тело, висящее на городской площади.

— Постойте, — запуталась Асушан, — так он жив или мертв?

— Был мертв, но теперь жив, — сумбурно пояснил Магнифи­кус, — Моор сказал мне, что Шарскун не появлялся у него, потому что он герой или чемпион. Я не знаю, как это называется у скейве­нов.

— Вечный, — подсказала ему Асушан и недоверчиво поинтересо­валась: — Как этот проходимец умудрился стать вечным?

— Он пожертвовал собой, спасая другу жизнь, — ответил Второй.

— Шарскун? — на всякий случай уточнила Асушан.

— Твой муж, Шарскун, — подтвердил Магнификус. — Он совер­шил подвиг и стал вечным.

— Тогда почему мой вечный муж не вернулся домой к началу учеб­ного года наших детей? — спросила скейвенша.

— Я не знаю, — признался Второй.

К беседующим подъехал Лорд Вампир, спешился и принялся мол­ча разглядывать Асушан. Наконец он повернулся к своему «боже­ственному» спутнику:

— Это твоя знакомая?

— Это мой друг, — серьезно взглянул ему в глаза тот. — Ее муж от­дал за меня жизнь в Наггароте. Он исчез, и Асушан его ищет.

— Друзья моих друзей — мои друзья, — сделал полупоклон ры­царь. — Я Абхораш Бетельгейзе.

— Отор Бер Асушан Дуц, Восьмая в клане Эшин, — изобразила некое подобие книксена Асушан.

— Я очень высокого мнения о вашем отце — Наршусе Феусс. Вы же — урожденная Феусс? — спросил Абхораш и, к изумлению всех присутствующих, поцеловал лапу скейвенше.

— Откуда вы знаете? — смутилась Асушан и потупила взор.

— Ну, во-первых — фирменный удар вашего почтенного родите­ля — «пятая лапа», с помощью которого вы лишили жизни моего ры­царя, и во-вторых — имя вашего супруга, — объяснил Лорд Вампир и поинтересовался: — Как ваш знаменитый отец? Практикует?

— Уже нет, — ответила Асушан. — Папа семь лет назад замуровал­ся в одной из подземных пещер в катакомбах под Эшинблантом для внутреннего самосовершенствования. Моя сестра носит ему пищу и одежду.

— Жаль, — вздохнул рыцарь и сообщил Магнификусу: — Отец ва­шего очаровательного друга когда-то был лучший наемный убийца Старого Света, он разработал уникальный стиль боя, к сожалению, не­доступный для людей ввиду различий физиологического характера. Я имел честь дважды сражаться с уважаемым Наршусе, один раз я его убил, другой — он меня. Гак в чем проблема?

— Шарскун исчез, — сказал Второй. — После своей гибели в Наг­гароте он не вернулся домой. Хотя собирался.

— Мой муж — приличный скейвен... — начала было Асушан, но Лорд Вампир не дал ей закончить и деловито уточнил: — Где его алтарь?

— У него нет своего алтаря, он только-только стал вечным, — от­ветил Магнификус.

— Тогда он должен был восстановиться тем порталом, который ви­дел последним, — заверил его рыцарь и добавил: — Может статься, ему не удается выбраться.

— Точно! — воскликнул Второй. — Там огромное количество зве- ролюдей, а у Шарскуна не было меча.

— Вы думаете? — с надеждой в голосе спросила скейвенша у Аб­хораша.

— Я уверен, — кивнул он.

— Тогда мне нужен самый быстрый дракон па свете, — заявил Магнификус, вытащил знак прадракона и шепнул ему: — Болтун, лети сюда скорей.

— Что вы делаете? — не поняла Асушан.

-Он вызывает своего дракона. Хочет вылететь на помощь ваше­му мужу, — объяснил Лорд Вампир, подал женщине локоть и предло­жил: — Пока дракон будет сюда добираться, я могу вам предложить перекусить с дороги и выпить вина в моем походном шатре.

— Я не пью, хотя для женщин клана Эшин существуют некоторые сво­боды в этом вопросе,— опять засмущалась скейвенша, но тут же сунула ле­вую лапу под локоть рыцаря и добавила: — Спаси вас Рогатая Крыса!

После чего Лорд Вампир повел ее к своему шатру.

К тому времени, когда крылатая тень пронеслась над лагерем, Магнификус, Асушан и Абхораш уже успели сытно перекусить, а Вто­рой и рыцарь заодно привести себя в порядок.

— Что ж, — протянул руку Магнификусу Лорд Вампир, — пожа­луй, что на этом мы и расстанемся. До битвы. Я не буду выходить из шатра, не хочу смущать дракона, драконы меня не любят.

— Как ты узнаешь, когда будет битва? — спросил Второй.

— Спрошу у Марты, — ответил рыцарь. — Она все знает.

Он обернулся к скейвенше:

— До встречи, милая Асушан, при случае передайте мой поклон своему родителю.

— Передам, — пообещала та, поклонилась рыцарю и первой вышла из шатра.

— О такой спутнице жизни можно только мечтать, — глядя ей вслед, серьезно заявил Лорд Вампир. — Она прошла более тысячи миль, чтобы найти своего мужа.

Земля стремительно проносилась у них под ногами. Зеленые мас­сивы лесов сменили геометрические фигуры полей, за ними просколь-

— Шарскун ее стоит, — сказал Второй и обнял своего печального наставника.

— Это невозможно! — ревел Болтун, взмывая в небо. — Драконы за всю историю мира не носили на себе скейвенов!

— У всего должно быть начало! — философски заметил Магнификус, глядя вниз на превращающиеся в белые точки шатры лагеря Абхораша.

— Я боюсь! — взвизгнула Асушан, вцепившись обеими лапами в пояс молодого человека.

— Кошмар! — продолжал реветь дракон. — Меня засмеют, если узнают. Я никогда не женюсь! У меня не будет потомства! Я погиб!

— Прекратите панику! — крикнул Магнификус. — Я все улажу.

знула паутина мелких речушек, мелькнул верхушками башен какой-то замок на горизонте, опять потянулись леса.