Алёна Краснова - Гнездо там, где ты (СИ)

- Стерва! – беззлобно выдавил из себя, смял её задницу и прижал Лайнеф к возбужденному члену.

- Хочу тебя, ублюдок! – в тон мне ответила она, ощутимо укусила в шею и обвила руками мои плечи.

- Тогда не жди пощады, ушастая! – зарычал я.

Я оторвал тёмную от земли, и стройные её ноги, словно в тиски, тут же с жадностью обвили мой торс. Упираясь головкой члена в её лоно, одному дьяволу было известно, скольких усилий стоило мне промедление, я требовательно заглянул в бездонный карий глаз, только для меня горящий благородным янтарём, и выхрепел ей в рот:

- Так кто твой бог, воительница?

Долю секунды затуманенный страстью взор выражал непонимание. Но вот, зрачки её расширились, она открыла рот и задохнулась возмущённым воплем:

- Мактавеш??!

- Правильно, детка! – взревел я довольный, мощным рывком насаживая принцессу на изнывающий член.

Горячая, страстная и МОЯ!..

*****

- Лайнеф?

Эльфийка не реагировала. На мысе трех стихий мы потерялись во времени и пространстве. Солнце село за горизонт, Данноттар окутала ночь. Принцесса была в глубоком сне. Слишком много отдала энергии, слишком ненасытной была моя инкубская сущность рядом с ней.

Я прислушался к её слабому дыханию, подмечая, насколько бледна в темноте её кожа. Что же... дело сделано. Через сутки точно очухается. Представив, как она рассвирепеет, когда придёт в себя, и сколько «прелестных» словечек в мой адрес сорвётся с этих нежных губ, когда оценит мою уловку, я не сдержал улыбки:

- Ты верно сказала, детка, настоящий ублюдок, - прощальным поцелуем я впился в её рот. Неохотно оторвавшись от женского тела, поднялся, натянул штаны, подхватив на руки принцессу, прикрывая собственной рубахой, больше было нечем, и понёс Лайнеф к замку.

«И всё же паскудство какое-то!» – рассуждал я, анализируя произошедшее, - «Всё намного проще, будь она зачарована. Тогда я с лёгкостью контролирую голод. Отчего, когда столь темпераментна, я теряю голову, рискуя не остановиться в одержимости насытиться ею?»

Как это ни парадоксально, за ответом не нужно лезть в карман – моя война с эльфами не завершена. Она ни в коей мере не касалась Алистара, либо других ушастых тварей, рано или поздно встречавшихся нам на людской земле. Только Лайнеф!

Убийца Повелителя, она перечеркнула жизни многих, разбила семьи, уничтожила будущее и прошлое целого поколения демонов. Я чувствовал ответственность и вину перед собратьями. Всего этого простить ей я бы не смог. Ни через сто лет, ни через тысячелетия. Жажда справедливой мести определяла моё отношение к темной, и, будучи под чарами, принцесса уже получала своё наказание. Но, твою мать! Ничто так чертовски не возбуждает, как достойный соперник, и эльфийская воительница возбуждала во мне зверский аппетит.

Я уже приближался к замку, когда в темноте завидел бегущую ко мне Гретхен:

- Чёрт! Только этой курицы мне сейчас не хватало. Где носит задницу Далласа?!

К моему облегчению тот как раз выходил из казармы.

- Что ты сделал с бедной девочкой? – подлетела ко мне Гретхен. Увидев окровавленную рубаху, с расширенными от ужаса глазами она воскликнула:

- Ты убил её?!

- Угомонись, женщина! Цела твоя госпожа. Спит. Как проснётся, принеси ей в покои что-нибудь пожрать, да эля. Мальца приведи, пусть расскажет о Килхурне. И ещё, пока нас не будет, во всем слушаться госпожу, но, предупреди её, с территории Данноттара ни ногой. Ты поняла?

Гретхен закивала, но медлила уходить. На обоюдное счастье вовремя подоспел Даллас. Со смешанными чувствами насмешки и зависти я смотрел, как он бережно обнял за плечи жену и спокойно сказал:

- Ступай, милая. Делай то, что требует вождь.

Та кивнула, потерлась щекой о его руку и побежала в кухонный дом.

- Ну ты виртуоз! – усмехнулся я.

- Куда уж мне до тебя, - вздохнул Даллас, кивая на Лайнеф. - Ну и зачем?

- Предложишь её в Килхурн с собой тащить? - направился я к воротам здания. Не отставая, Даллас шёл следом.

- Да нет, но, возможно, стоило просто поговорить... – заметил он.

Да что ж такое, мать твою в дышло! С тех пор, как появилась принцесса, в собственном доме каждый норовит меня учить, что, да как делать! Сперва Али, следом Гретхен, теперь Даллас. Это уже начинало приедаться. В конце концов, чтобы расставить все точки над «i», я вынужден был остановиться. Медленно, членораздельно, сдерживая нарастающий гнев, я выдавил из себя слова, не осознавая, что слишком сильно прижимаю Лайнеф к груди:

- Она не та ручная овечка, как твоя Гретхен! Она дикая волчица, привыкшая подчинять и убивать. В ней, как бы я этого не отрицал, кровь древних королей. Ты действительно полагаешь, стоит мне ей велеть, она тут же покорно спрячет клыки, сложит лапки и будет платочком мне на дорожку махать? У меня нет времени на дрессировку, поэтому добром прошу, Даллас, заткни свою пасть и не суйся, куда не просят!

- Не расплющи её, дрессировщик, - сыронизировал друг и открыл передо мной двери.

- Иди ты к дьяволу! – рыкнул я, направляясь к лестнице. - Ты собрал воинов?

- Да, мой вождь.

- Сколько остаётся с тобой в Данноттаре?

- Двадцать пять.

- Не маловато ли? – сам не пойму отчего, но мне было неспокойно. Что-то необъяснимо гнетущее тревожило душу: - Смотри, Даллас, в оба! Не нравится мне та история с сожженными конюшнями.

Даллас молча кивнул.

- Кстати, Фиен, я давно хотел спросить, какого чёрта ты послал Алистара к Клавдию? Знал же, что того укокошили.

- Ничего, пусть прогуляется. Для мозгов полезно, да и мне поспокойней, что Лайнеф невзначай глотку советнику не перегрызёт.

С принцессой на руках я зашёл в собственные покои, подмигнул ошарашенному другу и захлопнул перед ним дверь. Через пару секунд до меня долетел искренний хохот со словами:

- Я всегда недолюбливал этого эльфа...

ГЛАВА 29 (КИЛХУРН )

Луч света воровато прокрался в маленькую комнатку, наполненную густым, почти осязаемым на языке ароматом добротного секса. Крадучись, коснулся женского лба, запутался в беспокойно дрогнувших густых ресницах, отчего я напрягся. Робко пробуя на вкус, лизнул с пухлых губ сонную истому, одобрительно заискрился, и уже фривольно, нахраписто стал безнаказанно сосать розовые соски пышной девичьей груди.