Джон Марко - Очи бога

— Может быть, это она и есть, — с улыбкой подумал он. На улице быстро темнело. Он поправил рубашку, положил кольцо для подарка в карман и глубоко вздохнул. Нынче он сделает огромный шаг вперед, к нормальным людям — шаг, который, как он прежде считал, ему не по силам: ведь он калека. А теперь, в специальной обуви, чем он отличается от других людей? Желудок сдавил нервный спазм; в висках застучало. Он выглянул в окно и понял: надо спешить. Так что, попрощавшись с Теку, парень покинул спальню и двинулся в сторону Лайонкипа, где ждал его заброшенный сад.

Кассандра, с помощью Джансиз, покинула опочивальню вскоре после ужина, когда Фрин освободил кухню, а Мегал и Рузанна закончили уборку. С разрешения Джансиз две юные горничные отправились на прогулку — насладиться прекрасным вечером. Это немало удивило Кассандру, которая, даже несмотря на многие годы общения со слепыми людьми, не переставала удивляться их необычным способностям. Спустя час ее крыло здания погрузилось в тишину, и Джансиз вошла в опочивальню Кассандры, сообщив, что все ушли и путь через кухню открыт. Кассандра набралась решимости. С наступлением темноты Лукьен уже так близко. Если все в порядке, значит он, скорее всего, уже ждет в саду. Кассандра с Джансиз прошли через кухню, а потом Кассандра остановилась и повернулась к подруге.

— Не вини себя, — велела королева. Они стояли возле старой двери, ведущей в сад. Остальные слепые слуги разошлись кто куда, но Кассандра на всякий случай понизила голос до шепота. Она чувствовала тяжесть в груди, но не понимала: страх это или желание. Джансиз была бледна. Из глаз ее катились слезы. Кассандра улыбнулась и стерла их со щеки старой подруги.

— Я этого хотела, Джан, — мягко сказала она. — Ты же знаешь, я так больше не могу.

Джансиз кивнула, не в силах говорить.

— Я знаю. Но если ты умрешь…

— Если я умру, это хорошая цена за право повидать Лукьена. Помни об этом, Джансиз. Неважно, что будет дальше.

— Я должна пойти с тобой. Может быть, я смогу помочь.

— Нет, — отрезала Кассандра.

— Но если твоя болезнь вернется…

— Хватит, Джансиз. Тебе нечего там делать. А теперь — мне пора идти. А тебе — возвращаться. Если Акила придет меня искать…

— Я скажу, что ты уже спишь, — скорчила гримасу Джансиз. И махнула рукой. — Удачи тебе, Касс.

Кассандра обняла подругу, ощутив ком в горле.

— Спасибо, — прошептала она и поцеловала Джансиз в щеку. — Мы увидимся снова.

— Откуда ты знаешь? — сквозь слезы усмехнулась та.

— Я верю. А теперь — ступай.

С печальной улыбкой Джансиз повернулась и быстро пошла по коридору, оставив Кассандру в темноте. Кассандра ждала, пока шаги не затихли. Она взялась за ручку двери — волшебной — которая перенесет в прошлое. Но не могла заставить себя открыть ее.

«Дурные мысли? — задала Кассандра себе вопрос. — Нет».

Она говорила об этом Джансиз: ей хочется туда больше всего на свете. За этими дверями — свобода, которая вспыхнет, словно звезда, прежде чем она погибнет…

Уверенная, что ее никто не слышит, Кассандра приоткрыла скрипучую дверь и выскользнула наружу. На нее обрушилась темнота. Ноги щекотали растения и травы. Она пыталась разглядеть Лукьена среди деревьев и кустов. Но не видела и не слышала никого. Она осторожно закрыла дверь и сделала шаг, почувствовав сырую почву под ногами. Кассандра медленно шла вперед, не уверенная, стоит ли звать Лукьена. Но иначе — как он ее обнаружит? Осмотрев стену замка, она двинулась вглубь сада. За ней наблюдали залитые лунным светом лица статуй. Она задержала дыхание и огляделась. Сад был пуст. Сердце Кассандры упало.

«Лукьен, где же ты?»

Она не осмеливалась позвать его по имени, ей хотелось заплакать. Может быть, она неправильно рассчитала время. Или, что еще хуже, — ее обманули?

— Нет, — прошептала она. Лукьен не мог бы солгать ей. Он должен быть здесь, ведь он обещал. Но Кассандра знала, что времени терять нельзя. Если кто-нибудь еще увидит ее до Лукьена…

— Привет.

Кассандра резко обернулась. У стены замка стоял какой-то человек, едва различимый в слабом свете луны. Когда она увидела, что это не Лукьен, ее надежды рухнули. И страх ледяной петлей сжал сердце.

— О Небо! — прошептала она. — Вы не…

Она отвернулась, пытаясь спрятать лицо. Но внезапно поняла: бежать некуда. Человек преградил ей путь.

— Уходите! — закричала она. — Не смотрите на меня!

— Что? — она услышала, как он подходит к ней: трава шуршит под ногами. — Не надо бояться…

— Уходите! — Кассандра смотрела на деревья, желая спрятаться за ними. Он видит ее, но сейчас темно, так что, может быть, все еще обойдется. Она поспешила через сад к грушевым деревьям.

— Подождите же, — взмолился незнакомец. Голос у него был совсем юный.

Кассандра в ужасе устремилась к деревьям и налетела на твердый ствол. В голове запульсировала резкая боль. Мир стремительно уменьшался, исчезал. Когда она снова открыла глаза, то обнаружила, что лежит на спине, вся перемазанная грязью. Она поспешно попыталась сесть и увидела склоненное над ней незнакомое лицо.

— Вы в порядке?

Кассандра услышала голос сквозь завесу боли. Затуманенные глаза сфокусировались на его лице: оно было до крайности озабоченным.

— Я мертва, — простонала она.

Юноша не понял смысла ее слов.

— Нет, вы в порядке, — мягко проговорил он. Он опустился рядом с ней, провел рукой по волосам, ощупал шишку на лбу. Кассандра хотела вырваться и убежать, но поздно — ее увидели. Теперь остается ждать, пока рак не съест ее внутренности.

— О Небо, я умираю… — прошептала она.

Она положила руку на грудь и нащупала амулет под одеждой, ожидая, что рубин станет холодным. Но камень пульсировал, как всегда. Кассандра сделала глубокий вдох. Странно, но боли в желудке не было, разве что жуткая боль, раздирающая голову.

— Вы можете сесть? — спросил юноша. Он помог ей подняться. — Вот так. Спокойно…

Кассандра положила руку на лоб и коснулась ссадины. Как больно! Она испустила вздох. Парень смотрел на нее, широко улыбаясь. И тут она увидела его левую руку. Она была изуродована: пальцы срослись вместе. Увидев это, он спрятал руку за спину.

— Извините, — сказала Кассандра. — Я не собиралась разглядывать. Я… Мне нужно уйти.

С помощью юноши она поднялась на ноги. В голове все плыло. Юноша увидел, в каком она состоянии, и поддержал ее здоровой рукой.

— Вот так. Присядьте.

Кассандра села, зная, что выбирать не приходится. Как только она придет в себя, то сможет уйти. А потом она подумала о Лукьене и огляделась.

— Вы один? — спросила она юношу.

Она рассмеялся.

— Конечно. С кем бы я мог быть? Я думал, вы знаете, что я буду один.