David Eddings - Повелитель демонов из Каранды

Веки Аршага начали слипаться, и казалось, ему. с трудом удавалось удержать голову прямо.

– Если у вас есть к нему еще вопросы, почтеннейший, то задавайте их побыстрее, – посоветовал Сади. – Действие наркотика кончается, и он скоро опять заснет.

– По-моему, я получил все необходимые ответы, – сказал старик.

– И я тоже, – мрачно добавила Польгара.

Озеро было слишком большим, чтобы добраться до его восточного берега до наступления ночи, поэтому они спустили паруса и поставили шаланду на якорь. Едва забрезжил рассвет, они снова подняли паруса и вскоре после полудня увидели на востоке темное пятно.

– Это, должно быть, и есть восточное побережье, – сказал Гариону Шелк. – Пойду на нос и попытаюсь высмотреть какие-нибудь ориентиры. Мне бы не хотелось причалить прямо к карандийской пристани.

– Конечно нет.

– Погляжу, нельзя ли найти где-нибудь укромную бухту, чтобы там осмотреться, не привлекая внимания.

Ближе к вечеру они поставили шаланду в тихий залив, окруженный высокими песчаными дюнами и колючим кустарником.

– И что ты думаешь, дедушка? – спросил Гарион, когда они вывели на берег лошадей.

– О чем?

– О лодке. Что нам с ней делать?

– Пусти ее по течению. Чтобы никто не знал, что мы сошли на берег в этом месте.

– Думаю, ты прав. – Гарион с сожалением вздохнул. – Неплохая была лодка, правда?

– Она не опрокинулась.

– Не перевернулась, – поправил Гарион.

К ним подошла Польгара.

– Аршаг тебе больше не нужен? – спросила она старика.

– Нет, и я как раз думал, что нам с ним делать.

– Я об этом позабочусь, отец, – сказала она, повернулась и пошла туда, где на берегу лежал в полусне вновь связанный Аршаг.

Встав рядом с ним, она подняла одну руку. Гролим весь передернулся и вздрогнул, а Гарион ощутил мощный поток энергии.

– Слушай внимательно, Аршаг, – начала она. – Ты направлял женщин к Повелителю демонов, чтобы он мог наводнить весь мир отвратительными существами. За это тебе причитается вознаграждение. Вот она, твоя награда. Отныне ты неуязвим. Никто не сможет убить тебя – ни человек, ни демон, ни даже ты сам. Но никто больше никогда не поверит ни одному твоему слову. Ты станешь всеобщим посмешищем, куда бы ты ни явился, на всю оставшуюся жизнь, тебя будут прогонять отовсюду, и ты будешь вынужден шататься по свету, как бездомный бродяга. Это тебе плата за помощь Менху, за то, что ты вызывал Нахаза, за то, что приносил глупых женщин в жертву скотской похоти Повелителя демонов. – Она обратилась к Дарнику: – Развяжи его.

Когда Аршага развязали, он, спотыкаясь, поднялся на ноги, лицо его было пепельно-серым.

– Кто ты, женщина? – спросил он дрожащим голосом. – И кто дал тебе власть налагать такое ужасное проклятие?

– Я – Польгара, – отвечала она. – Может, ты слышал обо мне? А теперь ступай! – И она повелительно простерла руку вдоль берега.

С искаженным от ужаса лицом Аршаг повернулся и, взобравшись на одну из дюн, исчез за ней.

– Ты не считаешь, что неосторожно было говорить, кто ты такая, моя госпожа? – с сомнением проговорил Сади.

– Ничего страшного, Сади, – улыбнулась она. – Он может кричать обо мне на каждом углу, но ему никто не поверит.

– Сколько он еще проживет? – едва слышно спросила Сенедра.

– Точно не знаю. Но безусловно, у него будет время понять, что он натворил.

Сенедра пристально поглядела на нее.

– Госпожа Польгара! – воскликнула она. – Как вы могли это сделать? Это же чудовищно!

– Да, – ответила Польгара. – Но то, что произошло в церкви, которую мы сожгли, тоже было чудовищно.

Глава 23

Улица, если ее можно назвать таким словом, была узкой и кривой. Когда-то давно ее пытались вымостить бревнами, но те давно уже сгнили и были втоптаны в грязь. У стен грубо сколоченных бревенчатых домов валялись кучи мусора, в которых рылись в поисках пищи тощие свиньи.

Когда Шелк и Гарион, вновь надевшие на себя карандийские жилеты, шапки и полотняные штаны, приблизились к уходящему в озеро причалу, они чуть не задохнулись от резкого запаха гниющей рыбы.

– Ну и аромат здесь, – заметил Шелк, поднося к лицу носовой платок.

– Как они это выносят? – спросил Гарион, с отвращением вдыхая спертый воздух.

– Вероятно, их обоняние успело притупиться, – отвечал Шелк. – Город Каранда – родина предков всех карандийцев из всех семи королевств. Они живут здесь уже долгие века, за которые успели накопиться эти кучи мусора и устояться этот запах.

На самую середину улицы вразвалку вышла огромная свинья в сопровождении выводка визжащих поросят и с громким хрюканьем повалилась на бок. Поросята тут же бросились к ее вспухшим сосцам, расталкивая друг друга.

– Есть какие-нибудь указания? – спросил Шелк.

Гарион покачал головой. С тех пор как они рано утром вошли в город через северные ворота, меч, привязанный к его поясу, ни разу не шевельнулся.

– Зандрамас, может быть, вообще не было в городе, – сказал он. – Ты же знаешь, она всегда избегала населенных мест.

– Думаю, ты прав, – согласился Шелк, – но мне кажется, нам не следует двигаться дальше, пока мы не обнаружим место, где она сошла на берег. Добравшись до этой стороны озера, она могла пойти в любом направлении – в Даршиву, Замад, Воресебо, даже в Дельчин, а потом через Маган в Ренгель или Пельдан.

– Знаю, – сказал Гарион, – но любая задержка приводит меня в ярость. Мы подбираемся все ближе к ней, я это чувствую. А каждая потерянная минута дает ей возможность снова улизнуть от нас вместе с Гэраном.

– Ничего не поделаешь, – пожал плечами Шелк. – Мы можем пойти вдоль внутренней стороны стены – вдруг нападем на ее след.

Они свернули за угол и по другой грязной улице прошли к берегу, где на длинных шестах висели рыбацкие сети. С трудом преодолев вонючие лужи и отвратительное месиво под ногами, они нашли идущую вдоль берега улицу и пошли по ней.

На берегу можно было заметить кое-какие признаки жизни. Моряки, одетые в выцветшую голубую форму, тащили посуху лодку. Все это сопровождалось громкими криками и противоречивыми приказами. Тут и там группы рыбаков в ржаво-коричневых лохмотьях чинили сети, а поодаль, у входа в зловонные таверны, сидели на бревенчатых скамьях несколько бездельников в меховых жилетах с жестяными кружками в руках. Растрепанная молодая женщина с курчавыми рыжими волосами и отметинами оспы на лице, свесившись на улицу из окна второго этажа, зазывала прохожих голосом, который красотка пыталась сделать соблазнительным, но Гариону он казался хриплым карканьем.

– Оживленное местечко, – пробормотал Шелк.

Гарион усмехнулся, и они пошли дальше по заваленной мусором улице.