David Eddings - Повелитель демонов из Каранды

Бельгарат кивнул. Он взял деревянное ведро, перевернув, поставил на палубу рядом с гролимом и сел.

– Доброе утро, дружок, – доброжелательно произнес он. – Или уже день? – И, прищурившись, взглянул на солнце.

– Ты же на самом деле не карандиец, ведь так? – спросил гролим полусонным голосом. – Я принял тебя за одного из их колдунов, но теперь, взглянув поближе, вижу, что ошибся.

– Ты очень проницателен, дружок, – похвалил Бельгарат. – А как тебя зовут?

– Аршаг, – ответил гролим.

– Откуда ты?

– Из храма в Калиде.

– Я так и думал. Ты случайно не знаком с чандимом по имени Харакан?

– Он предпочитает, чтобы его знали под именем Менха.

– Ах да, я что-то об этом слышал. Ты очень точно создал сегодня утром образ Нахаза. Ты, должно быть, не раз с ним встречался?

– Да, я общался с Нахазом, и довольно тесно, – подтвердил гролим. – Это я представил его Менху.

– Что ж, расскажи мне. Это на редкость увлекательная история, и я с удовольствием ее выслушаю. Не жалей времени, Аршаг. Рассказывай, не упуская ни малейшей подробности.

Лицо гролима озарила лучезарная улыбка.

– Я так давно хотел кому-нибудь рассказать об этом, – сказал он. – Вам действительно хочется меня выслушать?

– Я просто сгораю от нетерпения.

Гролим снова улыбнулся.

– Итак, – начал он, – все началось уже давно, вскоре после смерти Торака. Я служил в храме в Калиде. Все мы пребывали в глубоком отчаянии, но старались сохранить веру. Однажды в наш храм явился Харакан, чтобы поговорить лично со мной. Мне случалось бывать в Мал-Яске по делам церкви, и я знал, что Харакан принадлежит к чандимской верхушке и очень близок апостолу Урвону. Когда мы остались с ним наедине, он сообщил мне, что Урвон посоветовался с пророками о том, что должна делать церковь в этот мрачный для нее час. Апостол считал, что новый бог должен подняться из Ангарака – в правой руке его будет Ктраг-Сардиус, а в левой – Ктраг-Яска, всемогущее Дитя Тьмы, которому и будет поклоняться Повелитель демонов.

– Как я полагаю, это точная цитата?

Аршаг кивнул.

– Из восьмой антистрофы Ашабских пророчеств, – подтвердил он.

– Немного туманно, но, впрочем, таковы все предсказания. Продолжай.

Аршаг устроился поудобнее и продолжал:

– Апостол Урвон истолковал это так: наш новый бог прибегнет к помощи демонов, чтобы уничтожить своих врагов.

– А Харакан сказал тебе, кто эти враги?

Аршаг снова кивнул.

– Он упоминал Зандрамас – о ней я ранее слышал – и о некоем Агахаке, чье имя мне незнакомо. Еще он предупредил меня, что Дитя Света, возможно, попробует вмешаться.

– Разумное предположение, – прошептал Шелк.

– Харакан, ближайший советник апостола, выбрал меня для исполнения великой миссии, – с гордостью продолжал Аршаг. – Он поручил мне разыскать колдунов из Каранды и изучить их искусство, чтобы я смог вызвать Повелителя демонов Нахаза и попросить его помощи для апостола Урвона в борьбе с его врагами.

– Он сказал тебе, как опасна эта миссия? – спросил его Бельгарат.

– Я понимал, что риск огромен, – ответил Аршаг, – но с радостью пошел на него, ибо меня ждала великая награда.

– Не сомневаюсь, – пробормотал Бельгарат. – А почему Харакан не действовал сам?

– Апостол Урвон дал Харакану другое задание, насколько я понимаю, где-то на Западе. Что-то связанное с ребенком.

Бельгарат ободряюще кивнул.

– Кажется, я слышал об этом.

– Как бы то ни было, – продолжал свой рассказ Аршаг, – я отправился в Северный лес на поиск колдунов, все еще отправлявших свои обряды в местах, скрытых от глаз церкви. И через некоторое время нашел, что искал. – Его губы сложились в насмешливую улыбку. – То был невежественный дикарь, в лучшем случае способный вызвать пару бесенят, но он согласился взять меня в ученики и в рабы. Это ему пришла в голову мысль так меня разукрасить. – Гролим с отвращением поглядел на свою татуировку. – Он держал меня в конуре и заставлял прислуживать себе и выслушивать всякую бредятину. Я выучился тому немногому, что мог у него взять, а потом задушил его и отправился искать более могущественного учителя.

– Обрати внимание, как глубока бывает благодарность гролимов, – тихо заметил Шелк Гариону, который, внимательно прислушиваясь к рассказу пленника, не забывал о главном – об управлении шаландой.

– Затем последовали трудные годы, – продолжал Аршаг. – Я переходил от одного учителя к другому, терпя рабство и обиды. – По лицу его скользнула едва заметная улыбка. – Иногда они продавали меня другим колдунам, как продают свинью или корову. По мере того как я овладевал искусством, я воздавал каждому за его дерзость и шел дальше. Наконец недалеко от Северной пустоши мне удалось поступить в ученики к человеку, слывшему самым могущественным колдуном в Каранде. Он был очень стар и уже плохо видел, поэтому принял меня за молодого карандийца, бродящего в поисках мудрости. Он взял меня в ученики, и началась настоящая учеба. Вызвать мелкого демона – невелика премудрость, но иметь дело с Повелителем демонов – гораздо труднее и опаснее. Этот колдун утверждал, что ему это удалось дважды в жизни, но возможно, он лгал. Однако он показал мне, как можно создать образ Повелителя демонов Нахаза и как с ним общаться. Ни одно заклинание не в состоянии заставить Повелителя демонов явиться, когда его вызывают. Он является только тогда, когда согласен прийти, и, как правило, у него на это есть свои причины. Когда я выучился всему, чему меня мог научить старый колдун, я убил его и снова двинулся на юг, в Калиду. – Он с сожалением вздохнул. – Старик был добрым хозяином, и мне было жаль его убивать. – Тут он пожал плечами. – Но он был стар, – добавил гролим, – и я отправил его на тот свет одним ударом ножа в сердце.

– Спокойно, Дарник, – произнес Шелк, кладя руку на плечо разгневанного кузнеца.

– Вернувшись в Калиду, я нашел храм в полном упадке, – продолжал Аршаг. – Мои братья к тому времени впали в полное отчаяние, а храм стал настоящим вертепом порока и разрушения. Однако я сдержался и подавил гнев. Я отправил в Мал-Яск послание, в котором сообщал Харакану, что моя миссия увенчалась успехом и что я жду его приказаний в храме в Калиде. Вскоре я получил ответ от одного из чандимов, сообщавшего мне, что Харакан еще не вернулся с Запада. – Он замолчал. – У вас не найдется глотка воды? – спросил он. – У меня во рту почему-то очень противный вкус.

Сади пошел на корму, где стояла бочка с водой, и наполнил ею жестяную кружку.

– Не бывает идеальных наркотиков, – прошептал он оправдывающимся тоном, проходя мимо Гариона.

Аршаг с благодарностью взял кружку из рук Сади и выпил ее.