Дэвид Эддингс - Властелин мургов

Сенедра и Прала прижимались друг к дружке и выглядели насмерть перепуганными. Ургит мертвой хваткой вцепился в переборку, словно ожидал нового удара, а Сади полулежал в углу, прижимая к груди свой красный кожаный короб.

Полгара же, казалось, была вне себя от злости. Она насквозь промокла, да и сейчас соленые струи заливали ее платье и волосы, и выглядела смертельно оскорбленной. Как только Белгарат и Гарион вошли, она воскликнула, обращаясь к старому волшебнику:

— Что ты на сей раз натворил, старик?

— Мы налетели на риф, Полгара, — ответил он. — В трюм хлынула вода, и мы вынуждены были править к берегу.

Полгара некоторое время осмысливала услышанное, словно пытаясь отыскать во всем этом некий подвох.

— Но об этом можно поговорить позже. — Белгарат, огляделся. — Никто не ранен? Нам надо немедленно сойти на берег.

— Мы в порядке — насколько, разумеется, это возможно после такой переделки, отец, — раздраженно ответила Полгара. — А к чему спешка? Насколько я поняла, мы уже на берегу.

— Мы врезались в прибрежный валун и сломали киль. Днище корабля все еще в воде, и единственное, что держит эту развалину на плаву, — это смола, еще сохранившаяся в швах. Но это ненадолго. Нам надо пошевеливаться.

Полгара кивнула.

— Понимаю, отец. — И, поворачиваясь к остальным, властно приказала:

— Возьмите все, что сможете унести. Сходим на берег.

— Пойду и помогу Дарнику управиться с лошадьми, — сказал Белгарату Гарион. — Тоф, Эрионд, пойдете со мной. — И уже от самых дверей спросил Сенедру:

— С тобой все в порядке?

— Думаю, да, — ответила она испуганным голоском, потирая ушибленное колено.

— Оставайся с тетушкой Пол, — кратко бросил он, выходя.

В трюме все оказалось куда хуже, чем он предполагал. Воды набралось по колено, она и плескалась, и сверкала в свете, проникающем сквозь широкие щели.

Тюки, короба — все плавало вперемешку с обломками дерева. Дарник тащил под уздцы насмерть перепуганную лошадь.

— Мы потеряли трех животных, — сообщил он. — Две лошади сломали себе шеи, а еще одна утонула.

— А мой конь? — быстро спросил Эрионд.

— С ним все в порядке, мальчик, — успокоил его Дарник. Потом обратился к Гариону: — Я пытался собрать наши пожитки. Все порядком подмокло. А вот наши съестные припасы были в самой глубине трюма — до них никак не добраться.

— Этим можно заняться и позднее, — ответил Гарион. — Главное сейчас — вызволить лошадей.

Дарник поглядел на острые обломки двухфутового киля, угрожающе колышащиеся на воде.

— Слишком опасно. Придется выходить прямо через днище. Я прихватил топор.

Гарион покачал головой.

— Тогда трюм быстро заполнит вода, и мы можем потерять еще как минимум пять лошадей. Но похоже, это единственный выход.

Дарник глубоко вздохнул и сгорбился. Лицо его было печальным.

— Я все понимаю. — Гарион положил руку на плечо друга. — Я тоже устал. Давай поторапливаться. Только держись подальше от кормы — там вполне можно угодить на глубину, что тоже никуда не годится.

Правда, все прошло куда более гладко, чем они предполагали. К тому же помощь Тофа оказалась просто бесценной. Друзья выбрали пространство между двумя шпангоутами и принялись за дело. Но если Гарион и Дарник трудились, объединив и сконцентрировав волю, то великан Тоф атаковал то же самое место при помощи огромного железного прута, орудуя им, как рычагом. И вот колдовство в сочетании с незаурядной физической силой принесло свои плоды: в днище быстро образовалось изрядное отверстие.

Шелк стоял на берегу поодаль — там, куда не долетали щепки. Плащ его хлопал на ветру, а волны прибоя заливали ноги почти до коленей.

— Ну как, ребята, порядок? — крикнул он.

— Все отлично, — ответил Гарион. — Помоги-ка нам с лошадьми!

Пришлось завязать животным глаза. Невзирая на все усилия Дарника и Эрионда, пытавшихся успокоить лошадей, двигаться они смогли, лишь перестав видеть царящий вокруг хаос. Одну за другой, оглаживая, их осторожно вели между качающимся на волнах хламом прямиком к проделанному в днище отверстию, а оттуда на берег. Когда последнее животное стояло на песке, дрожа под ледяным дождем, который все не унимался, Гарион повернулся к кораблю, потрескивающему и угрожающе покачивающемуся.

— А теперь за вещами! — крикнул он, обращаясь к товарищам. — Спасайте все, что сможете, но не рискуйте!

Матросы-мурги, спрыгнув на прибрежный песок, тотчас же нашли укрытие с подветренной стороны крупного утеса. Там, сбившись в кучку, они молча наблюдали за разгрузкой, а Гарион с друзьями тем временем оттаскивали тяжелые тюки подальше от линии прибоя.

— Мы потеряли трех лошадей и всю провизию, — доложил Гарион Белгарату и Полгаре. — Остальное все, похоже, цело, ну, еще кое-какие мелочи остались в каютах.

Белгарат, сощурившись, посмотрел в хмурое дождливое небо.

— Мелочи — это и есть мелочи, но вот пища нам понадобится.

— Сейчас прилив или отлив? — спросил Шелк, опуская на песок последний тюк.

Дарник задумчиво поглядел на пролив, ведущий в Море Горанда.

— Полагаю, прилив сейчас только начинается.

— Ну, тогда все просто, — заявил маленький человечек. — Давайте найдем местечко поукромнее и потише и дождемся отлива. Потом вернемся сюда и снова пошуруем по кораблю. Во время отлива судно окажется на суше целиком.

— В твоем плане есть одно слабое место, принц Хелдар, — сказал Сади. — Ты не принимаешь в расчет этих моряков-мургов. Они оказались на пустынном берегу, вдоль которого рыщет эскадра маллорейских судов. Маллорейцы обожают убивать мургов не меньше, чем алорийцы, — поэтому этим бедолагам надо как можно скорее уносить отсюда ноги. Посему я считаю целесообразным увести лошадей подальше, если, конечно, мы не хотим их лишиться.

— Давайте погрузим на коней поклажу и поскорее уберемся отсюда, — сказал Белгарат. — Думаю, Сади совершенно прав. Мы сможем вернуться потом и забрать все, что осталось на корабле.

Сообща они перераспределили поклажу так, чтобы потеря трех животных не казалась ощутимой, и стали седлать оставшихся.

Но моряки, предводительствуемые высоким широкоплечим мургом со зловещим шрамом под глазом, уже направлялись к берегу.

— Куда это вы уводите коней? — мрачно вопросил он.

— В толк не возьму, ваше-то какое дело? — нелюбезно ответил Сади.

— Сейчас поймете. Мы охотно все вам растолкуем, а, ребята? — Он обернулся к матросам, которые одобрительно зашумели.

— Лошади наши, — заявил Сади.

— Нам плевать на это! Нас достаточно много, чтобы мы могли взять все, что нам заблагорассудится.