Дэвид Эддингс - Повелитель демонов из Каранды

— А что получит Харакан? — спросил Белгарат.

— Власть над церковью и трон правителя всего мира.

— Надеюсь, что он взял письменное подтверждение, — сухо произнес Белгарат. — Всем известно, как демоны держат свои обещания. Что же произошло потом?

— В Калиду прибыл посланник с приказами Харакану от Урвона. Апостол сообщал ему, что в Каранде такие серьезные волнения, что Каль Закету ничего больше не остается делать, как вернуться из Хтол-Мургоса. Когда император вернется в Маллорею, не составит большого труда убить его, а когда он будет мертв, Урвон сможет посадить на трон послушного человека — такого, которого можно было бы взять с собой и отправиться туда, где спрятан Сардион. Это, очевидно, одно из условий, которые нужно выполнить перед появлением нового бога.

Белгарат кивнул.

— Да, теперь многое встает на свои места, — сказал он. — А что произошло дальше?

— Мы с Хараканом снова отправились тайком в уединенное место, и я снова открыл ворота и вызвал образ Нахаза. Харакан и Повелитель демонов некоторое время разговаривали друг с другом, и вдруг образ облекся в плоть и перед нами стоял сам Нахаз.

Харакан повелел мне впредь называть его Менхом, так как имя Харакан слишком хорошо известно в Маллорее, а затем все мы вместе с Нахазом снова отправились в Калиду. Повелитель демонов потребовал вознаграждения за свою помощь, и Менх приказал мне предоставить ему это вознаграждение. И тогда я понял, почему Нахаз оставил меня в живых. Речь шла только о карандийцах, так что не знаю, как сказать, — замялся он. — В общем, для карандийцев Нахаз был богом, и мне нетрудно было убедить молодых карандийских женщин в том, что удостоиться внимания Повелителя демонов будет для них высшей честью. Они с радостью шли к нему, и каждая из них втайне надеялась выносить его отпрыска, не зная, конечно, что такие роды разорвут их на части, как свежевыпотрошенного поросенка. — Он презрительно усмехнулся. — Остальное, я думаю, вам известно.

— О да, остальное нам и в самом деле известно. — Голос Белгарата звучал как скрежет гвоздя, царапающего по камню. — Когда они ушли? Харакан и Нахаз? Мы знаем, что в этой части Каранды их уже нет.

— Это произошло около месяца назад. Мы готовились к осаде Торпакана на границе с Дельчином, и однажды утром я проснулся и обнаружил, что Менх и демон Нахаз исчезли, а их демонов уже больше нет в нашей армии. Все ждали, что я вызову демонов, но мои чары и заклинания были бессильны. Гнев людей нарастал, и мне чудом удалось избежать смерти. Я снова кинулся на север, в Калиду, но там царил полнейший хаос. Без демонов, державших карандийцев в повиновении, они вскоре стали неуправляемыми. Однако я обнаружил, что все еще могу вызвать образ Нахаза. И я решил, что теперь, когда Менх и Нахаз исчезли, я смогу привлечь на свою сторону карандийцев, если буду с умом использовать образ, и в результате сам обрету власть над всей Карандой. Сегодня утром я попытался начать осуществлять этот план, но вы мне помешали.

— Понятно, — сказал Белгарат.

— Сколько времени ты находишься здесь? — внезапно спросила пленника Полгара.

— Несколько недель, — ответил гролим.

— Так, — сказала она. — Несколько недель назад с запада сюда пришла женщина, несущая ребенка.

— Я не обращаю внимания на женщин.

— С этой женщиной могло быть иначе. Мы знаем, что она пришла в эту деревню по берегу озера и взяла лодку. Ты что-нибудь об этом слышал?

— Сейчас мало кто путешествует по Каранде, — ответил он. — Слишком опасно, повсюду волнения и беспорядки. В прошлом месяце только одна лодка вышла из деревни. Но могу вам сказать: если она действительно была в этой лодке, приготовьтесь ее оплакивать.

— Как так?

— Лодка потонула, захваченная внезапной бурей неподалеку от города Каранды в восточной части озера в Ганезии.

— Что хорошо в Зандрамас — так это ее предсказуемость, — прошептал Шелк Гариону. — Теперь нам нетрудно будет снова напасть на след Зандрамас, как ты думаешь?

Веки Аршага начали слипаться, и казалось, ему с трудом удавалось удержать голову прямо.

— Если у вас есть к нему еще вопросы, почтеннейший, то задавайте их побыстрее, — посоветовал Сади. — Действие наркотика кончается, и он скоро опять заснет.

— По-моему, я получил все необходимые ответы, — сказал старик.

— И я тоже, — мрачно добавила Полгара.

Озеро было слишком большим, чтобы добраться до его восточного берега до наступления ночи, поэтому они спустили паруса и поставили шаланду на якорь. Едва забрезжил рассвет, они снова подняли паруса и вскоре после полудня увидели на востоке темное пятно.

— Это, должно быть, и есть восточное побережье, — сказал Гариону Шелк. — Пойду на нос и попытаюсь высмотреть какие-нибудь ориентиры. Мне бы не хотелось причалить прямо к карандийской пристани.

— Конечно нет.

— Погляжу, нельзя ли найти где-нибудь укромную бухту, чтобы там осмотреться, не привлекая внимания.

Ближе к вечеру они поставили шаланду в тихий залив, окруженный высокими песчаными дюнами и колючим кустарником.

— И что ты думаешь, дедушка? — спросил Гарион, когда они вывели на берег лошадей.

— О чем?

— О лодке. Что нам с ней делать?

— Пусти ее по течению. Чтобы никто не знал, что мы сошли на берег в этом месте.

— Думаю, ты прав. — Гарион с сожалением вздохнул. — Неплохая была лодка, правда?

— Она не опрокинулась.

— Не перевернулась, — поправил Гарион. К ним подошла Полгара.

— Аршаг тебе больше не нужен? — спросила она старика.

— Нет, и я как раз думал, что нам с ним делать.

— Я об этом позабочусь, отец, — сказала она, повернулась и пошла туда, где на берегу лежал в полусне вновь связанный Аршаг.

Встав рядом с ним, она подняла одну руку. Гролим весь передернулся и вздрогнул, а Гарион ощутил мощный поток энергии.

— Слушай внимательно, Аршаг, — начала она. — Ты направлял женщин к Повелителю демонов, чтобы он мог наводнить весь мир отвратительными существами. За это тебе причитается вознаграждение. Вот она, твоя награда. Отныне ты неуязвим. Никто не сможет убить тебя — ни человек, ни демон, ни даже ты сам. Но никто больше никогда не поверит ни одному твоему слову. Ты станешь всеобщим посмешищем, куда бы ты ни явился, на всю оставшуюся жизнь, тебя будут прогонять отовсюду, и ты будешь вынужден шататься по свету, как бездомный бродяга. Это тебе плата за помощь Менху, за то, что ты вызывал Нахаза, за то, что приносил глупых женщин в жертву скотской похоти Повелителя демонов. — Она обратилась к Дарнику: — Развяжи его.

Когда Аршага развязали, он, спотыкаясь, поднялся на ноги, лицо его было пепельно-серым.