Илья Гутман - Возвращение Утренней Звезды

— Автохтонное? — переспросил Ларратос.

— Самоназвание, — ответил голем.

— Нам нужна информация о древней культуре народа Туфунк — народа намейрусов.

— Материк Футрун, он же Сельвин, находился в расстоянии пятидесяти лиг от континента Муфуд, где обитают расы Путуш и Удус. Самоназвание расы Удус — эльфы. Раса Удус является родственной расе Туфунк.

— То есть, — спросил Леон, — эльфы и намейрусы — братские народы?

— Да. Точнее, народ намейрусов — сестринский по отношению к эльфам в связи с доминированием женщин. У намейрусов матриархат. Эльфы издревле жили на поверхности. Намейрусы же жили в подземных пещерах. Они приспособлены к жизни во тьме, и их кожа стала бледной в связи с отсутствием солнечного света.

Священные животные намейрусов — кошка и паук. Около десяти тысяч лет назад, в связи со вторжением гигантских пауков-убийц в пещеры, намейрусы были вынуждены поселиться на поверхности. Однако, их народ так и не смог приспособиться к солнечному свету, перейдя на ночной образ жизни.

— Почему же ты называешь Сельвин материком, если это — остров? И с чего пауки-убийцы вторглись в пещеры, если раньше вели себя спокойно?

— Тринадцать тысяч триста сорок два года назад имело место вторжение из империи Укбуфур, покорившей много миров.

— И войска были отозваны из Сельвина, не так ли? — вмешался Леон. — Знакомая ситуация.

— Нет. Войска не были отозваны, — паладины недоумённо переглянулись. — Сельвин стал одним из полей битвы между Всемирной империей Перворождённых и империей Укбуфур, потомками их колонистов в иных мирах.

— Кто победил в войне?

— Неизвестно. Но война уничтожила большую часть материка. Были использованы ракеты Хаоса, после чего большая часть Сельвина ушла под воду и материк превратился в остров.

— А что такое ракеты Хаоса?

— Вы слышали о ядерном оружии?

— Нет, — хором ответили все.

— А об атомах?

— Я слышал, — ответил Леон. — Атом — это мельчайшая частица материи.

— Правильно. Перворождённые научились расщеплять атомы и преобразовывать материю в энергию. При этом количество энергии несоизмеримо больше количества расщеплённой материи. Ракеты Хаоса — достижение магическо-технического прогресса Перворождённых. В них особая материя расщепляется не с помощью частиц, а под действием сил Хаоса. При этом высвобождается ещё больше хаотических энергий, которые в свою очередь расщепляют ещё больше атомов. Цепная реакция производит колоссальный взрыв, повреждающий не только материю, но и пространственно-временную ткань Универсума.

— То есть матрицу Абсолюта?! — поразился Элиддин.

— Можно сказать и так. В результате нескольких взрывов большая часть материка ушла под воду — и материк превратился в остров.

Искажения ткани Универсума создали аномальную зону вокруг Сельвина. А выбросы Хаоса резко повлияли на эволюцию островной флоры и фауны. Расу намейрусов не задело — её спасли толстые стены пещер. Они сложены из особого минерала, не пропускающего рассеянные энергетические излучения.

А вот пауки, жившие на поверхности, подверглись очень серьёзным изменениям. Они выросли, став за тысячи лет значительно крупнее представителей гуманоидных рас. И они спустились в пещеры, вытеснив намейрусов на поверхность.

Тут вернулся второй протокольный голем.

— Путь свободен, — отрапортовал он.

— Отлично, — кивнул Ларратос, поднимаясь на второй этаж.

Здешняя портальная арка оказалась абсолютно целой.

— Жаль, что Трейка нет, — вздохнул Элиддин. — Он, помнится, говорил, что может использовать эту конструкцию для построения порталов к другим таким же городам Перворождённых.

— Сейчас это уже не актуально, — отмахнулся Ларри, присаживаясь возле кристалла и возлагая руки на светящийся фиолетовый камень. — Остался последний город, и найти его будет нетрудно.

С этими словами паладин закрыл глаза — и погрузился в медитацию. Благодаря тому, что арка была неповреждённой, настройка на кристалл произошла практически мгновенно. Ларри чувствовал, как возрастает его чувствительность, и как всё больше нитей связывает его ауру с Абсолютом. Ощутил он и последний из городов — как и ожидалось, в Урукгаэше. А ещё Мельд почувствовал опасность: Хаос обратил свой взор на Сельвин. В матрице Абсолюта росло напряжение. Казалось, что вскорости произойдёт нечто очень неприятное.

— Всё, — выдохнул Ларратос, поднимаясь и вытирая пот со лба. — Можно возвращаться. И поскорее — я сильно беспокоюсь за остальных участников экспедиции. Происходит нечто скверное — или вот-вот произойдёт.

Паладины скорым шагом двинулись к выходу. Однако возле големов Ларри приостановился.

— Интересно, город, стоящий на землях орков — это столица Всемирной империи Перворождённых или же одна из колониальных столиц?

— Этот город называется Шуруд, — немедленно откликнулся голем. — Статус — колониальная столица. Колония называется Шукул. Самоназвание народа Шукул — орки.

— А где же столица самой империи Перворождённых?

— К юго-востоку от Шуруда. Более полная информация мне не доступна.

— Спасибо и за это, голем, — вздохнул Ларратос.

Драконы с тремя всадниками подлетели к королевскому дворцу Тааневера. Там их уже ждали Апион и Зарина.

— Ну, как дела? — поинтересовался Ларратос, видя, что его дурные предчувствия пока не оправдываются.

— Всё отлично, — весело ответил Апион. — Мы с Зариной были свидетелями дворцового переворота. Даже более того — свидетелями революции. Треиля стала новой королевой Тааневера объединённого и клятвенно обещала установить новые порядки. Она даже предложила мне стать её мужем и королём, но я отказался. А как у вас дела?

— Нормально, — кисло ответил Ларратос: чувство тревоги с каждой минутой усиливалось. — Осталось найти последний кристалл, а искать его будем в древних землях орков.

— Тогда теперь следует вернуться в Терелас.

— Не уверен, что водоходы повезут нас обратно. Да и времени нет, так что полетим своим ходом.

— Хотите своим ходом и летите своим, — проворчал Руханнур. — Только не говорите потом что лететь придётся мне. Как говорится, ты кавалерист — ты и прыгай!

Через четверть часа Ларри ощутил мощный выброс хаотических энергий в районе Тереласа. Он уже не сомневался, что случилась беда, поэтому подгонял зверей как только мог.

Подлетев к бухте, к тому самому месту, где должен был находиться "Могучий Альбатрос", Ларри увидел, что никакого корабля уже нет. На его месте обнаружился огромный угольно-чёрный дракон, от которого исходили эманации злобы и Хаоса.