Илья Гутман - Возвращение Утренней Звезды

Треиля дралась молча. И она явно побеждала. Да, потеряв в схватке с Апионом доспехи, амулет, потратив всю ману и едва не лишившись жизни, Чёрная Пантера не могла рассчитывать на лёгкую победу. Однако оказалось, что Кельбриз тоже была далеко не в лучшей форме: проклятье Ираксилля за прошедшие годы подточило её силы.

Треиля выполнила обманный манёвр, пригнулась… клинок её матери свистнул над головой, а следующий выпад Треили стал смертельным для Кельбриз.

Бездыханное тело королевы с грохотом упало на пол. Треиля сняла с головы матери корону и надела на свою голову.

— Отныне по праву рождения я объявляю себя королевой Тааневера объединённого, — произнесла девушка. — Стража! Уберите её тело и похороните в королевской усыпальнице со всеми почестями.

— Поздравляю, ваше величество, — преклонила колени Зарина. Апион последовал её примеру.

— Спасибо, — ответила Треиля. — Отныне обещаю всем присутствующим, что жизнь в Тааневере изменится. Наш народ ожидает великое будущее. И не правы будут те, кто утверждает, будто года идут, а жизнь не меняется. Я уверена, что вскоре изменится жизнь во всём Сельвине. Мой первый королевский указ: все подданные будут обладать равными правами вне зависимости от пола. И женщинам разрешается пользоваться магией.

Внимайте своей королеве, народ Тааневера! У королев больше не будет фаворитов. У королевы будет муж, король. И он будет править вместе с королевой — и наравне с ней.

— Что же, желаем вам удачи, ваше величество, — поклонилась Зарина. — Мы уходим с миром.

— Постойте! — выкрикнула новоиспечённая королева. — Зарина, переведи Апиону следующую фразу: Апион, я упраздняю многие традиции намейрусов. Но одну я оставляю точно: это — долг жизни. Да, Апион моя жизнь принадлежит тебе. И поэтому я предлагаю тебе стать моим мужем — и королём Тааневера Объединённого. Вместе мы сможем установить новый порядок!

— Благодарю за предложение, Треиля, — сказал Апион. — Но Абсолют подсказывает мне, что я ещё найду своё предназначение в это жизни. Прощай, Треиля.

— Прощайте, ваше величество, — поклонилась Зарина.

— Что же, прощайте, — вздохнула Треиля.

Вход в древние пещеры располагался прямо посреди болот. Надо ли говорить, что Мирида оказалась чрезвычайно довольна этим обстоятельством. Остальные участники экспедиции (включая Руханнура) не разделяли её восторга — купание в вонючей болотной жиже кому угодно испортит настроение. Известие о полном разгроме паладинских орденов тоже не добавляло оптимизма.

Комары роились вокруг целыми тучами — спасал лишь Абсолютный щит. Их писк, сочетаясь к хлюпаньем болотной жижи, кваканьем лягушек и короткими взрявкиваниями каких-то неизвестных существ, действовал на нервы.

— О, а вот и пещера, — обрадовался Ларри, увидев полуобвалившееся тёмное отверстие, края которого заросли мохом. — И уже открытая, так что помощь Апиона и не понадобится.

— С-с-с-ш-шш-ш! — протянула гидра, тщательно втягивая всеми тремя носами воздух, поднимающийся из глубин. — Я чшшую мерсских нассссекомых!

— Опять комары, что ли? — удивился Элиддин.

— Пауки! Те, чшшшто пыталисссь напасссть на нассс!

— Паук — не насекомое, — с умным видом ответил Ларратос.

— А кто жже? — недоумённо спросила Мирида.

— Пауки и скорпионы — отдельный класс среди членистоногих. Вот смотри, Мирида, у всех насекомых есть крылья, а у пауков нет. У насекомых шесть ног, а у пауков — восемь.

— Умный хоззяин. Мудрый хоззяин, — прошипела гидра.

— Да брось ты, Мирида. Это знает любой мало-мальски образованный человек. Ладно, хватит терять время Вперёд!

— Я не влеззу в эту дверь, — раздражённо прошипела Мирида, и, клацнув зубами, отколола небольшой кусочек камня от края прохода.

— А от тебя это и не требуется, — ответил Ларратос. — Мы пойдём сами. Жди нас здесь. Охраняй выход.

Пауки действительно обнаружились, причём совсем недалеко от входа. И сразу трое.

— Ничего себе, — пробормотал Элиддин, когда внутреннее зрение явило им оранжево-красные ауры этих созданий. — Боюсь, придётся трудновато.

Пауки действительно впечатляли: они были крупнее тех, которых использовали паучьи жрицы намейрусов. Самый крупный — очевидно, вожак — оказался размером со слона. Остальные несколько меньше.

— Думаю, не стоит рисковать самим, — прошептал Ларратос. Он вскинул руку, взывая к силам Абсолюта. Пауки забеспокоились: похоже, почуяли выброс высших энергий. Но сделать ничего не успели, потому что воздух в пещере вспыхнул гудящим фиолетовым пламенем, мгновенно сжирая всю паутину и преобразуясь в гигантского огненного элементаля.

Запахло палёным. Пауки, как ни странно, огня не испугались, безрассудно атаковав огненную фигуру. К треску горящей паутины добавилось шипение поджариваемых заживо чудищ, запах палёного стал нестерпимым — паладины задержали дыхание.

Через пару минут всё было кончено — огонь опал, пещера погрузилась во тьму, а на дороге осталось несколько дымящихся паучьих трупов. Лёгкий дымок полз по пещере.

— Ловко, — оценил Леон.

Чуть дальше обнаружились големы — целый десяток. Они молчаливыми стражами стояли вдоль стен. И, разумеется, не функционировали. Леон быстро прошёлся по рядам, вскрывая головы големов, вынимая из каждой по лингвофону.

— Зачем нам так много лингвофонов? — полюбопытствовал Ларратос.

— Могут пригодиться. Желательно каждому члену нашего отряда иметь свой собственный переводчик.

— Пожалуй, ты прав, — признал Ларратос.

Покрутив что-то в головах двух последних металлических големов, Леон включил обоих.

— Добро пожаловать в колониальное правительство Всемирной империи Перворождённых, — хором сказали оба голема.

— Ты! Иди вперёд к арке с кристаллом связи и расчисти дорогу! — Приказал Леон одному из големов. — Я не хочу рисковать нашими жизнями, сражаясь с угнездившимися здесь тварями.

— Будет сделано, — сказал металлическим голосом голем и пошёл далее по коридору. Ларратос же, подняв голову, увидел рельеф, очень похожий на предыдущие: поработители из Перворождённых ведут вереницу рабов. Только в качестве рабов теперь выступали намейрусы.

— А к тебе у нас есть вопросы, — сказал Леон второму голему.

— Я в вашем распоряжении, — рапортовался тот.

— Как называется это место? — спросил Леон.

— Вы находитесь в здании правительства колонии Туфунк, на континенте Футрун. Автохтонное название расы Туфунк — намейрус, континента Футрун — Сельвин.

— Автохтонное? — переспросил Ларратос.