Екатерина Белецкая - Настоящие

— Оставь эту тему, — приказал блонди тоном, не терпящим возражений. — Да, Нарелин, согласен с тобой. Мы опоздали. Теперь слишком поздно, уже бессмысленно. Обдумывать ситуацию с Блэки будем потом. Эхана, надеюсь, вам не понадобится помощь для возвращения? Вы производите впечатление сильной женщины, а нам нужно успеть разобраться ещё с этими молодыми людьми. — Клео кивнул в сторону замерших в своих креслах, притихших «анонимов».

— Причём уничтожали мы конечно же вдвоём, — едко присовокупил Лин. — Ладно, проехали. Так вот, Эхана, мы ещё не закончили. Сейчас вы возвращаетесь на сегментарную станцию, ту самую, откуда уходили. И после этого как минимум год в Сеть не соваться. По вас все глаза выплакала ваша подруга, да и не только она. Вопросы есть?

Девушка отрицательно покачала головой. Потом подумала секунду и спросила:

— А как? Инструмента же нет. Пятый кивком указал на кофр.

— Не та, конечно. Копия. Но, смею заверить, ничуть не хуже.

У Нарелина зажглись глаза, он приподнялся в своём кресле.

— Там что, гитара? — спросил он. — Господи! Как давно я не играл. Мечта!

— Смотри-ка, ожил, — заметил Пятый. — Гитара, только ты на ней играть не сумеешь.

Эхана открыла кофр и вытащила инструмент. Угольно-чёрная гитара была размером немного больше, чем обычная, корпус её словно состоял из множества сегментов. Струн почему-то не было (Нарелин удивился и немного разочаровался), но Эхана что-то сделала с инструментом — и над грифом взлетели шесть тончайших световых лучей. Эхана погладила деку, встала.

— Она? — спросил Пятый.

— Да. — Эхана за всё время разговора впервые улыбнулась.

— Значит, я угадал, — просто сказал Пятый и улыбнулся в ответ. — До свидания. Может, ещё увидимся в этой жизни. Не рискуй так больше, от твоей смерти многим было больно.

— Я постараюсь. — Эхана всё ещё улыбалась, прижимая гитару к груди, как ребёнка.

— Ой, — тихонько сказал Нарелин, — я уже слыхал, как Барды в Сеть входят. Сейчас что-то будет. Эхана может, лучше тебе изолированную зону сделать?

— Нарелин, не дури. — Лии покровительственно усмехнулся. — Где ещё ты такое услышишь? Доброго пути, Эхана!

— Счастливо! — звонко крикнула она.

Левая её рука пробежала по грифу, правая — уверенным движением коснулась световых струн. В каюте катера повис первый аккорд, и зазвучала мелодия — горечи и радости, света и тени, боли и ветра. Темп нарастал, музыка рвалась куда-то вверх, улетала за самые далёкие звёзды, пальцы Эханы рисовали сейчас путь для её заблудившейся в смерти души, туда, на свободу, к свету и жизни. Тело её окутало сиянием, силуэт таял, истончался — и через минуту в каюте Эханы уже не было, только всё ещё угасал, расставаясь, звук её волшебного инструмента.

Лин печально улыбнулся чему-то неведомому, Пятый сидел неподвижно, глядя в пространство, словно что-то вспоминая. Радал и Каин, немного напуганные, зачарованно смотрели туда, где только что была Эхана, и только невозмутимый Клео накручивал на палец прядку волос, пристально глядя на Нарелина.

Эльф резко тряхнул волосами, отвернулся и с силой провёл рукой по глазам, стирая непрошеные слёзы.

— Хватит, — почти выкрикнул он. — Хватит, это потом! Нас люди ждут!

Пятый кивнул, тряхнул головой, словно возвращаясь откуда-то издалека.

— Да, ты прав, — согласился он. — Молодые люди, мы вас не очень напугали?

— Трудно испугаться того, чего ждёшь всю жизнь — осторожно сказал один из четвёрки…

— Вам, вероятно, уже объяснили главное, — сказал Нарелин. — Вы живы, вам предстоит вернуться домой, и мы должны вам в этом помочь. Хочется верить, что вас примут без сложностей.

Пятый с сомнением посмотрел на эльфа.

— Не думаю, — сказал он. — Особенно если учесть… гм… Клео, ты не хочешь выйти в инфосеть и посмотреть мир? Я всё уже снял, но практика никогда не помешает, сам понимаешь.

— Сейчас, — сказал Клео и исчез.

Нарелин замер в ожидании. Блонди вернулся очень быстро.

— Принимай информацию через детектор, — сказал он. Спустя несколько секунд Нарелин удивлённо присвистнул.

— Ого! — воскликнул он. — Ребята, вы в курсе, что ваши товарищи сейчас сидят в заключении? За массовое убийство? И вы в числе прочих жертв? Впрочем, конечно, вы не знаете…

— Откуда им это знать? — справедливо заметил Лин. — В общем, так, парни. Несмотря на весь этот антураж, дела ваши аховые. Поясню. В силу обстоятельств мы должны вернуть вас домой, снабдив предварительно некоторым количеством информации и дав возможность связи.

— Скажите, — перебил его высокий темноволосый парень, всклокоченный и постоянно теребящий пуговицу. — Направление, в котором мы работали, верно? Я, вероятно, выгляжу как дурак, но всё же?

— Верно, — кивнул Пятый. — Скажу больше — ваша смерть, равно как и неожиданное воскрешение, целиком и полностью подтверждает вашу, Итаниерр Гассет, теорию шести основ цвета и гипотезу «гибкого вектора». Очень остроумно, правда, вы несколько опередили свой век.

— Прошу прощения, — вмешался Нарелин. — А может, лучше они пока здесь посидят, а? И подождут, пока мы с Клео всё утрясём?

Блонди скептически покачал головой.

— Нарелин, ты оптимист, — сказал он. — Ты обратил внимание, с кем нам придётся работать? На планете нет централизованной власти. Зато есть разрозненные государства, правительства которых не в силах контролировать даже то, что происходит в их собственных странах. На уровень коррупции обрати внимание, кстати. И на уровень культуры. Ты представляешь, к чему в таких условиях приведёт твой любимый метод работы «сверху»? А риск утечки информации?

Нарелин слушал и кивал, всё ниже опуская голову. Наконец он кинул взгляд на Итаниерра и — дурной пример заразителен — тоже принялся теребить пуговицу на лацкане куртки. Оторвалась очень быстро. Нарелин швырнул её куда-то в звёздно-туманную темноту.

— Ладно, — сказал он. — В таком случае, я вижу главную задачу наших друзей в том, чтобы подготовить почву для будущего контакта. Полноценного. А уж официалы и прочие помогут им аккуратненько создать местную структуру, которая обеспечит, чтобы всё проходило без мухлёвок со стороны власть имущих.

— Слово-то какое, — негромко вставил Клео, — «мухлёвки».

— Без мухлёвок, — со смаком повторил Нарелин. — Да. А нам нужно эту группу вытащить и обеспечить возможность начать жизнь заново. Ну и как это делать будем? Пятый, ты говорил, что снял всю инфу — глянь подробности, где они сидят-то, эмпаты эти? В тюрьме или в лагере каком?

— Тюрьма, — ответил Пятый. — Идёт доследование. Итаниерр, среди вас был человек, который занимался химизмом процессов и работал с газами?