Майкл Роэн - Кузница в Лесу

— Нет уж, спасибо! — поспешно сказал Рок. — Мне тоже кое-что известно из древней истории, и я знаю, что некоторые из этих благородных господ были далеко не так гостеприимны, как ты!

— Да и воздух здесь слишком пыльный, с привкусом бальзамирующего состава, — добавила Иле. — Я не буду спать здесь.

— И я тоже, — проворчал Элоф. — Здесь я могу снова увидеть это лицо…

— Что ж, давайте поищем в другом месте, — вздохнул Керморван, убрав сверток с кольчугой обратно в мешок. — Пошли!

Но когда они вышли из-под арки, Керморван остановился и посмотрел по сторонам. Потом он наклонился и начал собирать кости, валявшиеся на полу. Это была та самая черта простой человечности и сопереживания, которая так хорошо послужила путникам во время их первой встречи с Детьми Тапиау; черта, уравновешивавшая грозного и безжалостного воина, которым он мог бы стать. С помощью остальных он занес кости обратно под арочный свод и быстро, но бережно разложил их на двух пустых каменных плитах.

— Лежите же теперь рядом со своим лордом! — произнес он. — При жизни это вам не подобало, но его наследник удостаивает вас этой почести, единственной, которую он может вам оказать. Вы будете последними, кто обрел смертное ложе в Доргаэль Арланнен, но не менее достойными, чем все остальные. Охраняйте это место до тех пор, пока мир не изменит свой облик!

Керморван поклонился им, потом другим силуэтам в темной усыпальнице и, наконец, безмолвной фигуре, носившей его шлем. Элоф и остальные последовали его примеру.

Когда они вышли под своды главного зала, Иле замедлила шаг и принюхалась.

— Опять эта вонь… Теперь она перебивает запах пыли.

— Я тоже чую ее, — сказал Керморван. — Пожалуй, слишком сильная для летучих мышей…

Рок, возглавлявший маленький отряд, внезапно выругался и высоко поднял свой факел. Путники остановились как вкопанные и несколько мгновений стояли неподвижно, затаив дыхание. В темноте перед ними, примерно на уровне головы Керморвана, блестели две красные точки, переливавшиеся жидким огнем. Элоф испытал такой же короткий приступ холодного ужаса, как в тот момент, когда открывалась дверь усыпальницы. Это были глаза, принадлежавшие живому существу, однако расставленные шире человеческих, а под ними смутно виднелись длинные узкие челюсти, парящие в полумраке, как будто длинные желтоватые клыки были соединены полосками слюны. Потом раздался тот же клокочущий рев, который они уже слышали раньше, и путников обдало теплой волной дурнопахнущего дыхания.

Элоф успел заметить все это в один миг бессловесной неподвижности, а потом что-то просвистело в воздухе совсем рядом с ним, как клинок после рубящего удара сплеча. Но это был не меч; Керморван махнул факелом сверху вниз с такой силой и скоростью, что шар горящей смолы вылетел наружу, словно пущенный из катапульты. Он промелькнул как метеор и угодил прямо в жуткие челюсти. Существо шарахнулось и поднялось на дыбы с душераздирающим ревом, от которого у путников заложило уши. Элоф нащупал рукоять меча, но Керморван оказался еще быстрее: одновременно с броском он наклонился, чтобы поднять валявшуюся на полу алебарду.

Высокий воин прыгнул вперед и нанес удар. Лезвие запуталось и заскользило по косматой белой шерсти, но все же оставляло за собой кровоточащую полосу. Зверь снова взревел и отступил назад между рядами постаментов. Керморван принял низкую стойку и начал орудовать алебардой, нанося рубящие удары, отскакивая и делая молниеносные выпады колющим острием. Громадная передняя лапа размером с его туловище взрезала воздух изогнутыми когтями. Но Гортауэр уже был в руке Элофа; темные когти встретились с еще более темным металлом и отдернулись от его жалящего прикосновения. Иле, подоспевшая сзади, с сокрушительной силой врубилась топором в ближайшую лапу, но лезвие прошло лишь через спутанную шерсть. Она поскользнулась и упала. Ее факел откатился в сторону, лапа начала опускаться, но Керморван успел броситься наперерез и удар пришелся на подставленную алебарду. Удлиненная морда метнулась вперед, щелкая челюстями; палица Рока взлетела и опустилась, и желтоватый клык с треском переломился, а обломок исчез в фонтане брызнувшей крови. Зверь зашатался и упал на покатую спину, завывая и хватаясь за изуродованную челюсть длинными передними лапами, в то время как более короткие задние лапы бесцельно молотили воздух.

Керморван поднялся сам и помог встать Иле. Тем временем Рок подхватил факел и торопливо попятился от раненого чудовища.

— Зажги другой! — крикнул Элоф. — Сейчас мы не можем остаться в темноте!

Тут монстр снова бросился в атаку, и Элоф выставил Гортауэр ему навстречу. Но алебарда снова вырвалась вперед, прорезав кровавую полосу под глазами зверя. Тот дернулся в сторону и ощерился; длинные когти скрежетали и стучали по каменному полу. Иле присоединилась к ним, и общими усилиями они оттеснили громадную белую тушу к выходу в коридор, зверь встал на дыбы, словно собираясь прыгнуть, но тут подземный чертог озарился новым светом: Рок устремился вперед с только что зажженным факелом и швырнул его прямо в окровавленную морду. Монстр потерял равновесие и снова опрокинулся на спину, барахтаясь в пыли, а затем выкатился через узкий проем в коридор. Керморван выбежал следом, другие старались не отставать от него. Алебарда взметнулась вверх, выставленная наподобие копья, готового к броску, но зверь прыгнул в тот момент, когда древко еще оставалось в руке Керморвана, и напоролся на острие. Стальной наконечник вонзился глубоко в косматую белую шерсть и живую плоть, проталкиваемый силой Керморвана и собственным весом чудовища. Оно рухнуло на пол, завывая и пытаясь схватить зубами за древко.

— Все вышли? — крикнул Керморван, отброшенный к стене силой удара. — Поклажа с собой? Тогда, Элоф, закрывай дверь!

Элоф повернулся, схватил концы проволоки, по-прежнему торчавшие из замочной скважины, и всем своим весом налег на каменную плиту. Дверь качнулась на скрипящих петлях гораздо легче, чем раньше, и врезалась в каменный косяк с раскатистым грохотом, заглушившим даже вой и рычание раненого зверя. Пол содрогнулся, с потолка посыпались камни и пыль. К своему ужасу, Элоф увидел темную трещину, пробежавшую по потолку и сразу же разветвившуюся, словно корень сказочного растения. Он повернул самодельный ключ в замочной скважине и едва успел отскочить назад, когда большой кусок потолка рухнул туда, где он только что стоял. В облаке пыли он разглядел Керморвана с мечом в руке, рубившего корчащуюся белую массу на полу перед ним.

— Назад! — завопил Элоф так, что сорвал голос. — Потолок рушится!