Светлана Крушина - Голос дороги

На ночлег остановились на лесной прогалине. Было сыро и холодно. Решительно невозможно было найти ни единого сухого местечка, чтобы улечься, и все собрались около костра с намерением просидеть так до самого утра. Тогда Грэм и рассказал, как он хочет поступить.

Роджер его планы одобрил.

— Если ты давно не был дома, лучше узнать, как обстоят дела у твоих родственничков, — глубокомысленно сказал он. — Может быть, они захотят нанять убийцу, чтобы избавиться от тебя. Вряд ли они обрадовались, когда им на головы свалился неожиданный наследник. Кстати, при каких условиях наследство перейдет к твоим братьям или племянникам?..

— Братьев у меня нет. А племянники — если только это будут мальчики, — смогут получить наследство только если я умру или если в течение десяти лет обо мне не будет известий… А что?

— А то, что ты совсем дурак, — прищурился Роджер. — Подумай головой, Соло. Им на руку было твое исчезновение. И хотя никаких доказательств твоей смерти у них не было и нет, оставалась надежда, что ты пропал без вести и никогда не вернешься. Твоим дорогим родственникам всего-то и нужно было подождать десять лет. Конечно, срок немаленький, но ради денег можно и потерпеть… так?.. И вот, через шесть с хвостиком… ведь шесть же?.. лет, когда остается ждать всего ничего, ты снова появляешься. Честное слово, на их месте я здорово разозлился бы и попытался бы от тебя избавиться. Ведь даже если ты не выказываешь желания вступить в наследство, яснее ясного, что ты жив-здоров и пропадать никуда не собирался, а значит — прощайте, деньги и шесть лет терпеливого ожидания…

— Неужели ты думаешь, что моя мачеха может нанять убийцу?

— Почему бы и нет?.. ты для нее никто, у нее есть родные дочки… да и внуки уже, наверное… и может быть, даже — мужского пола.

— Уж очень ты умный, Роджи, для головореза, — вздохнул Грэм. — Но, кажется, ты прав.

— Так мы никогда не доедем, — влезла Илис. — Сначала поговорить с сестрой, потом — с поверенным, потом — еще с кем-нибудь… если бы я знала, что начнется такая тягомотина, ни за что не уехала бы из Иты…

— Но ты уехала, — усмехнулся Роджер. — Так что не возмущайся теперь.

— Как уехала, так и обратно вернусь. Если что, у меня телепорт в запасе есть. Не очень точный, конечно, но хоть какой…

— Я тебе дам — телепорт! Сиди, где сидишь, и не рыпайся, а то на цепь посажу.

— Ха! Кто кого еще посадит!

Грэм вздохнул. Как всегда, беседа по существу плавно переходила в бессмысленные пререкания. Казалось бы, за несколько месяцев можно было и привыкнуть, но у него никак не получалось. Ему все это смертельно надоело, но, с другой стороны, если Илис и Роджер вдруг прекращали грызться между собой, обычно это означало — что-то не в порядке. Грэм снова вздохнул, подвинулся к огню и приготовился всю ночь быть невольным свидетелем изощреннейших пикировок.

10

Хозяин постоялого двора в небольшом городке, где остановилась компания, очень удивился, когда Грэм попросил у него лист бумаги, перо и чернила. Удивление его было понятно: Грэм, обросший бородой, в изношенной одежде, больше всего походил на наемника или бродягу, и трудно было заподозрить в нем грамотного человека. Грэма немало позабавили удивленные и любопытствующие взгляды, которыми щедро одаривал его хозяин.

Перо, однако, не слишком ловко лежало в пальцах. Последний раз ему пришлось писать несколько лет назад. Грэм чувствовал себя не очень уверенно и боялся, что из-под пера его выйдут такие же бессмысленные каракули, как в тот день, когда Анастейжия впервые объяснила ему, как пишется его имя. Поэтому он с некоторой робостью коснулся пером бумаги.

Роджер, не умевший ни писать, ни читать, сел рядом и с любопытством наблюдал за его муками творчества, а Илис, обладавшая обоими навыками, заглядывала через плечо и давала советы. Через несколько минут она уже вывела Грэма из себя своими комментариями.

— Если ты такая умная, — не выдержал он, — то может быть, возьмешься сама написать?..

— А почему бы и нет?.. — оживилась Илис. — Чего тут сложного?.. "Милая сестренка, я по тебе очень соскучился…"

Больше ничего прибавить ей не удалось. Заметив, как исказилось обычно спокойное и холодное лицо Грэма, Роджер сгреб Илис со скамьи, вытащил ее из-за стола и под мышкой унес наверх. Вернулся он один, и все также молча уселся напротив Грэма.

— Я запер ее, — сообщил Роджер, поймав его взгляд. — Думаю, некоторое время она просидит в комнате. Пиши, больше она мешать не будет.

Грэм хмуро кивнул и еще несколько минут молчал, уставясь на лист бумаги перед собой. Поведение Илис взбесило его, хотя он и не мог точно объяснить, почему.

— Может, было бы и впрямь лучше позволить ей прыгнуть телепортом куда-нибудь, — хмыкнул вдруг Роджер. — Или оставить ее в Ите.

— Может быть. Только тогда все это потеряло бы смысл…

— Что именно?..

— Из-за нее я не могу вернуться в Истрию…

— К Брайану, что ли? Было бы о ком жалеть. Ведь это он втянул тебя в авантюру с Илис!

— Я сам втянулся. Не трогай Брайана и дай мне сосредоточиться.

— Отца не упоминай, Брайана не трогай, сестру — тоже, — вполголоса проворчал Роджер. — Про что с тобой можно говорить?..

— Лучше со мной вообще не говорить.

— Аристократ поганый, — зло пробормотал Роджер и откинулся к стене. Даже в такой расслабленной позе и в спокойной обстановке он умудрялся выглядеть напряженным и собранным. — Давай, пиши свои каракули, пока Илис обратно не просочилась.

Никак не отреагировав на "поганого аристократа", — в устах Роджера это звучало еще довольно мягко, — Грэм мрачно вперил взор в бумагу.

Над письмом он просидел довольно долго. Дело было не только в том, что ему давно не приходилось писать, а еще и в том, что он никак не мог подобрать подходящие выражения. Труд был завершен только через час. Получилось письмо неожиданно коротким: даже и не письмо, а записка. Впрочем, Грэм и не собирался давать какие-либо объяснения на бумаге. Если Гата заинтересуется, она приедет. Если же нет…

Письмо Грэм отправил с мальчишкой-слугой, дав ему несколько серебряных монеток. Вернувшись, мальчишка сообщил, что вручил послание лично в руки княжне Гате Соло, а она попросила подождать, прочитала письмо тут же и сказала, что ответа не будет. Грэм дал мальчику еще пару монет и отпустил его.

— Думаешь, она придет? — спросил Роджер.

— Если не стала писать ответ, то должна прийти.

— А может, она просто не хочет тебя видеть?

— Не знаю. Может, и так.

— Грэм, — влезла Илис, которая к тому времени уже успела просочиться из комнаты вниз, в залу, — ты хоть что-нибудь можешь сказать наверняка?.. Почему у тебя всегда в ответах присутствует «наверное», "скорее всего", "может быть", «вроде» и так далее? Ну сколько можно, а?