Иван Охлобыстин - XIV принцип

На поле боя не торопясь вышел Абхораш с надвинутым на лицо капю­шоном и встал, ожидая противника. С другой стороны появился орк таких размеров, что Магнификус невольно содрогнулся. Трехметровое зеленое те­ло сковывали шипованные доспехи. Из одного кулака монстра, размером с две человеческие головы, торчал широкий двуручный меч. На другой кулак была натянута металлическая, тоже шипованная перчатка. Голову Файдома украшал шлем с тремя рогами, а ноги защищали тяжелые сапоги.

Живоглот сверху вниз осмотрел своего противника и, рыча, зато­пал к нему, на ходу поднимая меч. Лорд Вампир дождался, когда кли­нок противника начнет свой смертоносный полет в его сторону и взмах­нул цепом. Меч Файдома рассек воздух над головой вовремя откло­нившегося рыцаря. Вслед клинку полетел цеп и обвил запястье орка. Абхораш потянул цеп вместе с Файдомом на себя, потом отступил в сторону и, словно надувную куклу, отбросил монстра в дальний угол поля. Орк со всего маха врезался в одну из полукруглых балок Арены, отчего весь купол содрогнулся. Публика шумно вздохнула. Файдом с диким ревом вскочил на ноги и опять ринулся на противника. Посколь­ку цеп остался болтаться на лапе орка, Лорд Вампир остался без ору­жия. Монстр уже занес меч для удара сверху, но рыцарь стремительно шагнул навстречу, перехватил левой рукой запястье противника с зажа­тым мечом, а ладонью правой руки толкнул его в грудь. Живоглот сно­ва отлетел к металлической балке. Публика аж привстала. Не дожида­ясь, пока орк оправится от падения, Лорд Вампир сам пошел к нему на­встречу. Оглушенный Файдом, мотая головой, поднялся на ноги и, уви­дев приближающегося человека, истерично замахал мечом перед собой, будто отгоняя назойливую муху. Абхораш на ходу поднял выпавший цеп и метнул в орка. Шар угодил монстру в правое плечо. Меч на мгно­вение остановился. Этого мгновения хватило, и рыцарь, приблизив­шись к Фай дому вплотную, ухватил за нижний край доспеха и швыр­нул орка, как мешок с картошкой, на спину. Потом сел на грудь про­тивнику, прижал своими коленями к помосту его раскинутые руки и мощным ударом кулака в висок отправил Живоглота в глубокий нокаут.

Публика синхронно ахнула.

Напоследок Лорд Вампир большими пальцами рук выдавил по­верженному монстру глаза, встал на ноги и покинул поле боя.

— Что ж! — первым нарушил воцарившуюся над трибунами тиши­ну гоблин-ведущий. — У Файдома были дни и посветлее, но Друг Странного честно заслужил свою награду — две золотые монеты и женщину дручию. А я ведь так пуговицы и не поставил. Дурак, одно слово! Но я гоблин, и мне многое простительно. Восемнадцатый бой!

Магнификус дождался, пока его спутник получит в шатре распоря­дителя причитающуюся ему награду. Тот вернулся в сопровождении Кет. Девушка на ходу потирала натертые веревками запястья рук.

— Я думал, что ты его прикончишь, — сказал Второй.

— Он герой, героев лучше калечить, — посоветовал рыцарь. — Бу­дем надеяться, что раны у него затянутся прежде чем он очнется и вспорет себе брюхо. Если раны затянутся, то алтари начнут его восста­навливать слепым. Тогда на одного убийцу станет меньше.

— У Файдома двое слуг. Они позаботятся, чтобы он сдох, — сооб­щила Кет и ласково склонила голову на плечо Абхорашу. — Мне никто не поверит, что сам сэр Бетельгейзе сражался за мою свободу. Времен­ную, к сожалению.

— Почему временную? — не согласился Лорд Вампир, осторожно уклоняясь от ее ласки. — Король тебя продал, Королева предала. Ты свободна, моя хищная птичка.

Кет подняла на него свои большие темные глаза и напомнила:

— Я жрица, мой неуступчивый аскет. Пусть Король и продал, а Королева предала, но ты же знаешь, что я посвящена Кхеине.

— Так кто тебе мешает? Служи, — сказал рыцарь и показал на Магнификуса. — Он и есть Кхеине. Твой бог, которому ты посвящена.

— Так, — быстро вмешался в их разговор Второй, заранее преду­гадывая ход событий. — Падать на колени, громко славить и тому по­добное нельзя. Я здесь инкогнито.

— Кхеине! — окаменев от изумления, повторила за Абхорашем Эльф-ведьма. — Он воплотился!

— Воплотился, — подтвердил Лорд Вампир. — Только тише. Твой бог хочет научиться владеть мечом, поэтому он здесь.

— Если бы, сэр, на вашем месте был бы кто-то другой, то я бы не поверила ему, — сказала девушка, повернулась к Магнификусу и впол­голоса произнесла: — Великий Кхеине, Кет Зарин принадлежит вам и телом и душой. Приказывайте!

— Клянусь, сейчас мне ничего в голову не приходит, — признался ее «бог». — Мне скоро на поле выходить. Давай чуть позже я что-ни­будь придумаю. Пока отдохни и постарайся никого не соблазнить и не съесть. Помню, меня твоя коллега чуть к столу не подала с овощами. Это еще до того как я стал Кхеине.

— Как к столу? — не поверила Кет. — Вас?

— Меня-меня, — кивнул Второй. — Песнями манила, шалунья.

— Двадцать первый бой! — раздался визгливый голос гоблина-ве­дущего. — Обаяшка и пижон, синьор Рафаэль Пираззо, и господин Странный сойдутся на этом поле, а уважаемая публика сможет наконец отогнать духов сна и усталости. Чувствует мое маленькое черное серд­це, что мы получим много радости от этого зрелища.

— Иди и не бойся умереть, — приободрил друга Абхораш. — Ра­фаэль сначала прощупает твою защиту и только потом будет нападать. Помни, хороший боец верен технике, гениальный — вдохновению.

Магнификус обреченно вздохнул и побрел к полю боя.

Пираззо уже ждал его, небрежно перебирая кружевной манжет на камзоле.

— Так это вы, любезный, лишили меня удовольствия прикончить болвана Фандома или случайно получилось? — хитро сощурился он, когда Магнификус подошел поближе. — У Фандома была такая обая­тельная ставка.

— Я лишил, — хмуро сознался Второй. — Перекупил возможность сразиться с вами. Много хорошего о вас слышал.

— Уверен, мне льстили, — вытаскивая из ножен узкий клинок, хи­тро улыбнулся Рафаэль. — Приступим, любезный господин Странный, к нашим упражнениям. Вы что поставили?

— Золото, — сообщил Магнификус.

— Разделяю ваш вкус, — похвалил противник, делая первый вы­пад. — В золоте есть что-то настоящее. Недаром говорится — на вес золота, золотая голова, золотое сечение и так далее.

С первых же ударов Второй понял, что в этом поединке его шансы равны нулю. Помимо того что Пиразэо блестяще фехтовал, его гибкий, но крепкий меч не шел ни в какое сравнение с ржавой железкой в ру­ках Магнификуса. Клинок Рафаэля при каждом соприкосновении с ме­чом молодого человека словно змея обвивался вокруг трофейного теса­ка и с приятным шелестом ускользал обратно к хозяину, при этом оставляя глубокие зарубки на вражеском лезвии. Только опыт, прио­бретенный Магнификусом в палочных боях с Лордом Вампиром на плоту, пока спасал от смертоносных укусов меча Пиразэо. Но рыцарь был прав — первые несколько минут Рафаэль не предпринимал особен­ных усилий для атаки на поражение. Он проверял боеспособность про­тивника.