Эд Гринвуд - Скипетр Дракона

— Я? — Флаерос удивился не менее остальных собравшихся.

— Да, — ответил Черные Земли. — Я только что произвел тебя в это звание.

Он переждал бурю разгневанных голосов, потом согнул мизинец.

Дваер засветился, выскользнул из руки Эмбры и поплыл по воздуху к нему. И все аристократы замолчали, у них перехватило дыхание от одного взгляда на Камень. Некоторые из схватившихся за мечи отдернули руки — рукояти оружия жгли, будто раскаленные.

Черные Земли многообещающе улыбнулся и объявил:

— Я пока еще регент Аглирты. И я пока могу даровать и отнимать титулы и земли. Могу забирать замки у ваших врагов и отдавать их вам. Или попросту стереть вас в порошок и назначить на ваше место ваших же поваров или кухарок.

Он повертел в пальцах Дваер.

— Помните об этом… и скажите, согласны ли вы наконец принести присягу королю Ролину Дворцовый Плащ.

20

СНОВА ВЧЕТВЕРОМ

«КОРЗИНУ с угрями» при всем желании не назовешь самой популярной таверной. Здесь не играли пышных свадеб, не встречались благородные леди и юные повесы Силптара, и название этой таверны не встречалось в деловых обсуждениях, аристократических планах или даже в светских сплетнях.

Ни разу хозяин этого заведения не пытался бросить вызов, например, «Дому розового дракона». Не было у «Корзины с угрями» никакого тайного наименования среди представителей политического общества Силптара (если, как злословят иностранцы, в Силптаре вообще существует политическое общество). Но в то же время кабачок не слыл местом злачным и опасным, мимо него не боялись ходить горожане. Там не бывало пожаров и потасовок с поножовщиной, там не торговали из-под полы оружием и не вели темных делишек.

Тем не менее «Корзина с угрями» пользовалась определенной популярностью в узких кругах, которые не любили выставлять себя на публику. Таверна была расположена в двух шагах от улицы Тараеда — делового центра города, рядом с дорогими лавками и модными клубами вроде «Дома розового дракона», и найти ее не составляло особого труда. Здесь посетители тайно встречались с теми, кто разделял их пристрастия — нет, вовсе не те, которые легко могут удовлетворить первые попавшиеся веселые заведения Силптара.

И среди вышеназванных клиентов таверна пользовалась такой популярностью, что, бывало, приходилось ждать в общем зале, пока группа пришедших раньше не освободит один из закрытых кабинетов.

Так и получалось, что в скупо освещенном зале таверны постоянно сидели по углам кучки посетителей, болтая о пустяках и ожидая своей очереди. Тонтан Золотой Плащ не спешил подниматься наверх, в укромный кабинет, поскольку Сатбрар опаздывал. Тонтан рассчитывал, что торговец шелком поможет ему переубедить твердолобых горожан, которые решили, что богатство дает им право указывать всем и вся. Взять хотя бы Англуртола, который импортирует вина из Силптара, причем вместе с бочками вина ухитряется перевозить кое-какую контрабанду. В данную минуту Англуртол восседал на противоположной стороне стола, правда, не так далеко от Тонтана, как тому бы хотелось. Утешало одно — виноторговец думал точно так же.

Они даже не повернули голов, когда в зал вошли новые посетители, собственно, это было не в их правилах. Да это было и не нужно, ибо на стенах таверны висели хитро расположенные зеркала, которые позволяли видеть весь зал. Итак, посетителей оказалось трое, самый здоровый из них — могучий вояка, с длинными ножнами на поясе — был закутан в плащ. Он тотчас же направился в дальний угол, к пустующему столику. Воин сел спиной к стене, лицом к столу торговцев, которые, как всегда, расположились в западном уголке таверны. Но внимание Тонтана привлек не громила, а два его спутника, которые не спешили присоединяться к своему товарищу.

Один был невысоким, сухопарым мужчиной, второй оказался прелестной молодой женщиной, которую любители пышнотелых красоток нашли бы слишком костлявой, но двигалась она грациозно и плавно. Они не стали подзывать хозяина кабачка, не принялись оглядываться по сторонам, а направились прямо к Хардиману Англуртолу, толстое брюхо и богатые одежды которого сразу бросались в глаза.

Низенький мужчина остановился на расстоянии вытянутой руки от виноторговца, мило улыбнулся и изрек:

— Добрые вести, господа. В Аглирте новый король. Он сделает все возможное, чтобы восстановить мир и добрую торговлю между островами и Силптаром. Поберегите свои деньги и займитесь рынками, а не замками.

Иеремборцы окаменели.

Англуртол холодно взглянул на двоих наглецов и спросил:

— А вы кто такие?

Мужчина просиял и отвесил церемонный поклон.

— Ах, совсем позабыл! Я — Краер Делнбон, Высочайший Князь Аглирты. К вашим услугам, дорогой Англуртол!

Виноторговец хмыкнул и, не говоря ни слова, махнул рукой.

Сидевший за соседним столиком человек вскочил, распахнул полы плаща и метнул в наглеца кинжал.

Краер изящно изловил нож прямо из воздуха и передал своей спутнице. Та сухо усмехнулась, тронула лезвие и пробормотала какое-то заклинание. Заговорщики, сидевшие за столом, чуть не проглотили языки.

Перед их лицами возникли ножи — точные копии кинжала, который метнул телохранитель Англуртола. Острие каждого клинка колебалось в нескольких дюймах от горла застывшего торговца.

— Считайте это предупреждением, — спокойно заметила волшебница. — Мы могли попросту убить вас всех и одним ударом покончить с вашим заговором.

Она улыбнулась и добавила:

— Я знаю, что вы — люди разумные, и верю, что вы поступите соответственно.

Воин, который сидел за дальним столиком, встал и распахнул плащ. И иеремборцы задохнулись от ярости, потому что это был сам Эзендор Черные Земли. Он холодно улыбался, а на груди у него сиял прекрасный камень. Сокровище полыхнуло ярче, улыбка регента стала шире, и все трое — он, волшебница и коротышка — исчезли.

Словно по команде заговорщики разом выдохнули и принялись выбираться из-за стола… но тут же застыли на месте. Кинжалы, плавающие у горла, и не думали исчезать. И по крайней мере один из торговцев, а именно Хардиман Англуртол, мог поклясться теперь, что лезвие настоящее и очень острое. Из ранки на его шее потекла кровь. Он прижал к ране платок, чтобы остановить кровотечение, и попытался нырнуть под стол. Увы, кинжал — настоящий или волшебный — легко прошел сквозь столешницу.

Тонтан не стал никуда бежать, он сидел и потягивал вино, одновременно гадая, куда мог подеваться Сатбрар.

Ножи растаяли сами по себе спустя несколько часов.

Не скоро дворец на острове Плывущей Пены станет таким, как прежде, а сады в юго-восточной их части еще долго останутся в запустении.