Эд Гринвуд - Скипетр Дракона

— Не перестарался ли Таебред? — прошептал один из наместников на ухо другому так тихо, что никто больше не услышал.

— Разыгрывая карту Маевура Кардассы? Едва ли с ним можно «перестараться», — ответил наместник, известный своему товарищу под именем Раегрел, а в последнее время — Розовая Мечта.

Второй коглаур фыркнул.

— Никогда прежде мы не собирались вместе в таком количестве, — промолвил он, склоняясь еще ниже. — И вряд ли солдаты поверили в мою сказку о волшебном барьере. Едва ли они верят в призраков. Они решили, что мы злые колдуны, и будут следить за малейшими проявлениями магии.

— Наверное, ты прав, — проворчал в ответ Раегрел. — Но почему бы им и не верить в призраков? Призраки существуют. Я сам их видел.

— Конечно существуют, — улыбнулся второй коглаур. — Хотя их не так много, как нам бы хотелось. Я сам провел немало времени в виде призрака, и меня видело довольно много аглиртцев.

Раегрел взглянул на него, решил, что тот не врет, и пожал плечами. Неожиданно ему показалось, что унижения, которые выпали на долю Розовой Мечты, трижды за ночь танцевавшей перед множеством похотливых мужчин, не так уж и страшны.

Хелтри и Шелтор обменялись встревоженными, испуганными взглядами. Череда появившихся аристократов подтверждала, что Черные Земли вызвал всех их колдовством.

В зале пахло страхом. У многих прибывших были свои тайны, и многие были вовлечены в заговор, хотя и присягали в верности королю Сноусару.

И регент Аглирты, стоявший прямо и гордо в изорванной одежде, не казался счастливым человеком.

— Добро пожаловать, — наконец сказал он, когда толпа гостей утихомирилась, — предатели!

В зале воцарилась гробовая тишина. Черные Земли усмехнулся и продолжил:

— Но довольно неприятных слов, в Аглирте все изменилось. Я мог бы рассказать вам долгую историю интриг и предательства, но большую ее часть вы и сами знаете, так что я буду говорить только о результате. Речной Трон и большая часть дворца разрушены в магической битве, многие погибли. Среди них такие великие люди, как король Келграэль Сноусар, который отдал жизнь, пытаясь покончить с пробудившейся Змеей; лорд Кровавый Меч, который пытался захватить власть силой; Высочайший Князь Сараспер Коделмер, который был целителем и принял облик дракона, чтобы победить Змею и спасти всех нас. Как и король Сноусар, он стал величайшим героем Аглирты.

Когда Черные Земли смолк, воцарилась тишина, которая сменилась перешептыванием и бормотанием. Регент вскинул голову и заговорил снова:

— Но время, чтобы восславить этих героев, еще не настало. Мы собрались сюда, чтобы спасти то, что они отстояли, — землю Аглирты. Мы должны избрать правителя, которому будем хранить верность.

Он посмотрел на Хоукрила, но латник отвел взгляд.

— Нет, мне трона не надо, — пробормотал воин. Его взгляд упал на Ролина, который стоял рядом с Флаеросом и следил за происходящим с восторгом и трепетом. Хоукрил шагнул к нему и вытолкнул юношу вперед.

— Вот! — воскликнул Высочайший Князь Хоукрил. — Вот ваш король!

— Да это же ребенок! — возмутился кто-то из наместников.

— Ну что же, у него гораздо меньше грехов и недостатков, чем у любого из вас, — насмешливо заметил Краер Делнбон. — А если он поведет себя плохо, мы либо поможем ему исправиться, либо сведем в могилу. Для того и существуют Высочайшие Князья, чтобы следить за государством.

Ролин оглянулся и увидел направленные на него взгляды — удивленные, а частью откровенно враждебные, после чего побелел как мел, согнулся, и его вырвало прямо на труп Тающего, который лежал у его ног.

— Да, — сухо согласился Черные Земли, — остается сделать из него короля. Он мудрее многих правителей и большинства юношей. И корона приводит его не в восторг, а в ужас.

Барон Кардасса наконец не выдержал.

— Склонить колени перед этим?! Перед безродным? Вы что, считаете нас идиотами? Хотите стравить нас в войне и погубить Аглирту? Мы…

— Заткнись! — взорвался Хелтри. Когда Маевур Кардасса, дрожа от ярости, повернулся к нему, наместник громко добавил: — Ты, самый гнусный из предателей!

И тут все аристократы словно с цепи сорвались, они принялись кричать, что глупо сажать на трон мальчишку. И утихомирил их совершенно нежданный голос.

— Замолчите все! — крикнул Флаерос Делкампер, его лицо алело как красное вино. В полном изумлении все смолкли, уставившись на тщедушного юнца, который неожиданно пришел в такую ярость, что забыл про свою обычную робость.

— Послушайте меня, вы, высокомерные лорды! И проявите осмотрительность — хоть на этот раз! Я довольно наслушался клятв и заверений баронов и наместников! Я довольно повидал храбрых солдат, которые сражались друг с другом но приказу баронов и наместников, ни один злодей не принес Аглирте столько горя, как верные бароны и наместники. И где вы были, когда пришла настоящая беда? Где были вы, когда Кровавый Меч напал на Долину, убивая верных своему долгу рыцарей и солдат? Где были вы, когда жрецы Змеи приносили в жертву ваших людей, которых вы поклялись защищать, на вашей же земле, которую вы поклялись хранить и беречь? Где были вы только что, когда ваш король ждал вас и трон остался беззащитен?

Взметнулся гул голосов, но крик Флаероса тут же перекрыл его.

— Нет! Нет, милорды, ваши слова пусты! Если вы осмелились насмехаться над выбором регента, я осмелюсь насмехаться над вашими оправданиями, вашими заговорами и вашими насмешками. Я — бард! Когда я смеюсь, мир меня слышит! От Каррагласа до Глойта, от лавок Силптара до таверн ваших городов и сел — повсюду люди услышат мои насмешки. Да, они будут петь, и шепотом передавать мои слова за вашей спиной, и рассказывать их своим детям даже после того, как я умру. И после того, как умрете вы и предстанете пред ликами Троих, оставив на земле ваши смешные титулы и звания, ваши сыновья и дочери услышат мои песни и узнают, кем были их отцы! Так что смейтесь над мальчиком-королем, а я сложу балладу о слепцах, которые не верили в такого короля, потому что алкали власти над троном для самих себя!

— Не сложишь, если умрешь раньше, чем покинешь остров, — процедил какой-то наместник.

Краер усмехнулся, взмахнул рукой, и кинжал сорвал шляпу с наместника и лязгнул о стену за его спиной.

— В эту игру играет не он один, милейший Фолленбридж, — весело бросил Краер.

— Тьфу! — сплюнул еще один наместник. — Барды! Собаки королевства!

— Может быть, — спокойно сказал Черные Земли. — Но этот к тому же наместник Аглирты.

— Я? — Флаерос удивился не менее остальных собравшихся.