Лоуренс Уотт-Эванс - Общество Дракона

Арлиан расхохотался, хотя последнее его рассердило.

— Они больше не шлюхи, и я не тревожу их.

— Знаете, Обсидиан, я вам верю.

И Торибор бросил быстрый взгляд в сторону гостиной, откуда они только что вышли.

Несколько шагов они прошли в доброжелательном молчании.

— Пузо, я бы очень хотел сказать вам, что знаю способ загнать драконов обратно в пещеры, но я не стану лгать. Мне известно немногим больше, чем вам. Да, у меня есть кое-какие планы — я надеюсь, что южное волшебство поможет нам решить часть проблем. Кроме того, мне удалось сделать оружие, которое теоретически может убивать драконов. Если драконы явятся в Мэнфорт, приходите ко мне, и я вручу вам копье, чтобы вы могли умереть сражаясь.

— Ну, уже кое-что, — ответил Торибор и посмотрел Арлиану в глаза. — Значит, у вас есть план?

— Скорее, надежда. Я попросил аритеян выяснить, нет ли у них волшебного заклинания, которое могло бы нам помочь. Не следует забывать, что драконы не пытаются вторгнуться в Горное Царство Грез; возможно, что-то их отпугивает.

— Возможно, — задумчиво проговорил Торибор. — Вы знаете, Обсидиан, теперь я рад, что не убил вас. Вы правы — драконы все равно вышли бы из пещер.

Губы Арлиана дрогнули.

— Я тоже рад, что вы оставили мне жизнь. Более того, я счастлив, что не убил вас в Пробковом Дереве в прошлом году.

— Ну, кажется, нам удалось договориться, — заметил Торибор, прощаясь.

Глава 42

ДОЛГОЕ ОКОНЧАНИЕ ЛЕТА

Камни, грязь и навоз продолжали лететь в окна Старого Дворца с утомительной регулярностью. Хулиганам удалось разбить еще несколько окон, но постепенно агрессивность горожан пошла на убыль.

Однако после того как стало известно о нападении драконов на Пробковое Дерево, их злоба разгорелась с новой силой.

На второй день после возобновления обстрела Арлиан сидел в малой гостиной, глядя на разбитое окно и слушая оскорбительные крики толпы. Он уже выглядывал за стену и видел сердитые лица людей, собравшихся вокруг Дворца.

Интересно, что заставлю их прийти сюда? — подумал Арлиан. Ему показалось, что он узнал среди беснующихся горожан Столба и Горна.

Однако уверенности у него не было, и Арлиан отошел от окна, чтобы не провоцировать толпу.

Может быть, драконы специально выбрали Пробковое Дерево, чтобы ему насолить или перехватить караван, движущийся к Аритейну. Известно ли драконам, какой приказ он дал волшебникам? Могут ли они читать его мысли? А может быть, кто-то из близкого окружения Арлиана отправил им сообщение?

Впрочем, Арлиан не представлял себе, кто мог стать предателем, ведь, кроме Ворона, он почти никому не доверял. Конечно, кое-кто из слуг мог что-то слышать, но члены Общества Дракона почти никогда не снисходили до мнения прислуги.

Он рассказал Торибору, что отправил в Аритейн караван в надежде, что тот привезет заклинания против драконов. Быть может, он ошибся, доверившись Пузу?

Все возможно. Вероятно, ему не суждено узнать, случайно ли уничтожено Пробковое Дерево. А вот о судьбе каравана рано или поздно станет известно. В дверь постучали.

— Войдите, — сказал Арлиан.

Дверь распахнулась, и в гостиную вошел Ворон. Арлиан подскочил, уныние тут же исчезло, а на лице появилась широкая улыбка.

— Ворон! — воскликнул он. — Ты вернулся!

— Ари, — устало кивнул Ворон. — Я снова дома.

Арлиан обнял его, затем, внимательно вглядываясь в лицо друга, отступил на шаг. Оно было усталым и мрачным, волосы выбились из тугого узла на затылке.

— Неужели все так плохо? — спросил Арлиан.

— Хуже некуда, — вздохнул Ворон. — Да и мое возвращение домой оказалось совсем не таким, как я рассчитывал.

Арлиан посмотрел на закрытые ставни, в которые ударил очередной камень.

— Меня винят за опустошение, которое творят драконы. Леди Пульцера, леди Опал и лорд Хардиор распускают лживые слухи.

— Вот оно что, — только и ответил Ворон.

— Тебя они тревожат? — с беспокойством спросил Арлиан.

— Я вошел через заднюю дверь, меня приняли за слугу, — объяснил Ворон. — Никто не трогает слуг — если не считать того, что им приходится все убирать, лорды ведь не привыкли пачкать собственные ручки.

— Сожалею, что не устроил тебе лучшего приема, — сказал Арлиан. — Хочешь есть? Или выпить?

Арлиан потянулся к дверной ручке.

— Я успел немного перекусить, — ответил Ворон. — И оставил своих спутников на кухне, где их обещали накормить.

— Ты о тех, кто уцелел после нападения драконов? Двое рыбаков?

Арлиан распахнул дверь, и они с Вороном зашагали на кухню.

— Пять рыбаков, — поправил его Ворон, — двое из Скал Кириала и трое из Тиапола.

— И они?..

— Обладатели сердца дракона? Трое из пяти, насколько я понял. — Он искоса посмотрел на Арлиана. — Ты намерен их убить? Я и сам мог бы с этим справиться.

Арлиан покачал головой.

— Нет. Прежде всего я должен знать, кто они и где находятся драконы. И еще я хочу поговорить с ними, помочь найти новое место в жизни — и рассказать о том, что их ждет. Возможно, со временем их придется убить, но я не тороплюсь обагрять руки кровью невинных людей. Кроме того, я рассчитываю в ближайшие столетия найти другой способ борьбы с проклятием драконов.

— Столетия, — с горечью повторил Ворон.

Арлиан счел за лучшее промолчать; к счастью, они уже подходили к кухне.

Ворон представил лорда Обсидиана его новым гостям — Пузырю и его отцу Канату из Скал Кириала и троим беглецам из Тиапола: Панцирю, его жене Демве и ее брату Динану. Усталые, грязные люди в тряпье вместо одежды; они потеряли все, что имели, а Арлиан не подумал снабдить Ворона деньгами, чтобы он мог хотя бы одеть несчастных.

Канат, Демва и Динан считали, что проглотили кровь и яд, когда вокруг горели и тонули лодки; Пузырь и Панцирь утверждали, что им удалось этого избежать. Сила, исходящая от обладателей сердца дракона, еще не успела проявиться, но они выпили эликсир всего несколько недель назад, а нужно время, чтобы он начал действовать.

Демва потеряла правую руку, когда от удара мощной лапы дракона рухнула мачта ее лодки, — но культя быстро и удачно зажила. В результате они с братом оказались залиты кровью, необходимой для эликсира; Панцирь находился на другом конце лодки, пытаясь удержать ее на плаву, и совсем не пострадал. На руках и лицах Демвы и Динана остались следы незаживших ожогов — Арлиан знал, что они никогда не затянутся полностью, как и шрам у него на щеке.

Сорвавшаяся веревка ободрала кожу на руке Пузыря, и если бы не попавший туда яд, рваная рана быстро зарубцевалась бы. Его отец упал за борт, Пузырь прыгнул вслед за ним и обнял рукой за шею — так в рот Каната попала кровь, смешанная с ядом.