Иван Казаков - Найдёныш

— Как спалось? — услышал он слегка насмешливый голос Задары.

Женщина стояла полностью одетой, как на выход в город. Такое впечатление, будто она совсем не ложилась спать.

— Хорошо спалось — ответил Нед, покосившись на хитрые глаза старушки.

— А ей? — подмигнула Задара.

— Кому ей-то? — якобы не понял Нед — простите, мне уже бежать нужно! Скоро побудка!

— Не изображай невинность. Терпеть не могу, когда врут — Задара легонько хлопнула Неда по голове сложенным веером. То, что это веер, он понял тогда, когда она развернула его и начала томно помахивать, будто сейчас не утренняя прохлада, а дневная жара.

— От нас ничего не скроешь! — укоризненно покачала головой женщина — быстро рассказывай, кто она такая и откуда взялась. У меня смутные подозрения, что ты попал в неприятности.

— В окна подглядывали, что ли? — усмехнулся Нед — откуда узнали?

— Тебе-то какое дело! Может и подглядывали. Рассказывай! Девочка точно не шлюха, это видно с первого взгляда. Одежда не та. Да и видно по ней, что не продажная девка, их обычно сразу можно определить. Значит дочь кого-то из солидных горожан. А они очень не любят, когда их дочери спять с вояками. Если, конечно, те не замужем за солдафонами. Значит — жди гостей. Ждать?

— Ждать… — вздохнул Нед, и вкратце рассказал женщине всё, что счёл нужным об их отношениях с Сандой.

— Девственница? Вот дела… — женщина сложила губы трубочкой и дунула, как будто сдувая пыль — значит скоро тут будут её папаша, и толпа всяческой родни. Что будешь делать? Вообще — что собираешься с ней делать, с этой…Сандой? Я не имею в виду постельные утехи и ваши позы — невозмутимо добавила старушка — я о вашем совместном будущем.

— А какое у нас совместное будущее? — пожав плечами, вздохнул Нед — никакого. Меня то ли убьют, то ли пошлют в столицу, а она останется здесь. Вот и всё.

— Хмм…надо рассчитывать на лучшее — спокойно возразила Задара — может и не убьют. Давай-ка подумаем, что делать, когда сюда нагрянет толпа народа вместе с городской стражей. Судя по всему — они обвинят тебе в похищении и совращении их дочери. Накатают жалобу полковнику, а могут и королю. Так-так…надо подумать, как выкрутиться.

— А чего выкручиваться? Ей больше чем четырнадцать лет, а я прочитал в книге, что с четырнадцати девушки могут по закону выходить замуж. И согласия родителей не требуется. Она сама сюда пришла. Я её не тащил. В чём меня могут обвинить?

— В том, что ты околдовал её, что она глупенькая, что ты соблазнил, и бросишь. А если сумеют заставить девку сказать, что ты её изнасиловал — тогда совсем беда. Ты можешь загреметь под суд. Ладно. Пока не будем делать поспешных шагов — мне надо поговорить с девочкой — узнать, чего она хочет. И понять, чего от неё ожидать. Скажи, если придётся пойти в храм Селеры и вам с ней объявиться мужем и женой, ты пойдёшь на это?

— А смысл какой? — ошеломлённо спросил Нед — у меня нет ничего, я нищий! Того и гляди убьют на войне, и какой из меня муж?! Я даже не представляю себя семейным человеком — а если вдруг ребёнок?! Тогда как?

— А надо было раньше думать, прежде чем совать в неё свой…хмм…в общем — я поговорю с ней. А ты готовься надеть брачный венок, если не хочешь неприятностей. Готовься знакомиться с родителями своей невесты. Болван! Если бы ты её не тронул, девственность осталась бы не нарушенной — её можно было бы освидетельствовать и сказать — все обвинения ложь, никто её не трогал, как была она девушкой, так и осталась. А теперь чего? Всё, беги на свою дурацкую базу, а тётушка Задара подумает, как вытащить тебя из той дыры, в которую ты сам себя загнал. Кстати — вот не поцеловал бы ты её тогда, и ничего бы не было! Зачем дал девушке надежду?! Эх, где мои семнадцать лет… — грустно подмигнула старушка — завидую я ей. Всё, вон отсюда! Иди, тряси своими железяками!

— Значит это ты сержант первой роты? — молодой лейтенант внимательно осмотрел Неда, и жестом предложил присесть за его стол — ты почему отсутствовал на базе?

— В отпуске был. По случаю присвоения звания сержанта — сухо пояснил Нед.

— Я слышал, что ты ставленник полковника. Так вот — мне на это наплевать! — лицо лейтенанта сделалось надменным и презрительным — я знаю, что ты селянин, ничего не понимающий в воинском деле. Печально, что тебе доверили роту. Я бы не доверил. И вообще, чтобы ты знал — я против того, чтобы селяне занимали офицерские должности. У вас, простолюдинов, на это просто не хватает ума. Будешь слушать то, что я тебе говорю, понял? Не выполнишь приказа — пойдёшь под суд.

Лейтенант бросил в рот кусочек лепёшки и отвернулся от Неда, как бы давая понять что разговор окончен. Нед поднялся:

— Я могу идти?

— Иди, сержант. И помни, что я сказал!

Нед развернулся, и пройдя между столами, вышел из офицерской столовой. На душе у него было тяжело. Похоже, что будущая служба не покажется ему сиропной.

Отойдя в тень дерева, Нед уселся на скамью у забора, и прикрыл глаза, обдумывая, что ему предстоит. И ничего хорошего не увидел. Одна только мысль о том, что придётся учиться в офицерской школе с такими вот болванами, как Шусард, наводила в тоску. Нед хотел пойти поговорить с Ойдаром и Арнотом, но те были с солдатами роты, и разговаривать с ними при сослуживцах не хотелось. А сами они к нему не подходили. Может устали, а может затаили какие-то обиды — в любом случае, он сидел один, как некогда предсказал Дранкон.

— Сержант Нед Чёрный! — послышался голос адъютанта полковника — срочно к полковнику Хевераду! Вызывает! Сейчас же, бегом!

Нед посмотрел на лейтенанта, вздохнул и встав со скамьи потащился за адъютантом, уткнувшись взглядом в его спину.

Лейтенант был чистеньким, ухоженным, ему не пришлось сегодня пробежать тридцать кругов вокруг базы в полном боевом вооружении. От Неда несло потом за версту, вся кольчуга, штаны, рубаха — всё пропиталось едким потом. Снимать броню во время обеда Нед не стал, так и ходил блестящий, как железный человек. И вонючий, как бродячий пёс.

Некогда было раздеться — вначале Нед обедал, потом его вызвал новый командир, чтобы рассказать, какое Нед дерьмо, потом…он просто не успел. Да и к лучшему — тащить всю эту сбрую в руках к полковнику было бы неудобно и глупо, а идти оставлять на хранение кладовщику — ещё глупее.

Подумалось — надо завести тут свою каморку для хранения служебных вещей. Хотя бы на время обеда. У других сержантов такие были, надо лишь пойти в канцелярию и получить бумагу на выделение личного хранилища на общем складе.

С этими унылыми и приземлёнными мыслями Нед дотащился до штаба корпуса и по гулкому коридору прошёл к кабинету полковника. Лейтенант подал ему знак ждать, и Нед остался стоять перед дубовыми дверями, под быстрыми выстрелами любопытных глаз канцелярских крыс.