Кейт Эллиот - Пылающий камень (ч. 2)

— Грань между мирами истончается, — сказала Анна. — Я понимаю твои опасения, брат.

— В зал со священниками нужно входить незаметно. Я понял это много лет назад. — Маркус сидел прямо напротив Лиат. Он потянулся через стол и перетащил книгу к себе. Анна внимательно посмотрела на него, Лиат не произнесла ни слова. — Королева Адельхейд бежала из Дарра, когда умер ее муж, а последние оставшиеся родственники были перебиты. Но как только она бежала, в погоню за ней пустился лорд Джон Айронхед. Его происхождение спорно, мягко говоря, ходят слухи, что он незаконный сын одного из дворян. Он дослужился до капитана, а потом убил сводного брата, когда тот получил титул, и женился на его вдове, превратившись в лорда Сабины. Айронхед осадил королеву Адельхейд в Венначи. Вскоре после этого принцесса Теофану с небольшим отрядом вендийских солдат отправилась на юг через горы. Она говорила, что следует в Аосту с мирной миссией, желая передать грамоты короля Генриха госпоже иерарху. Айронхед, разумеется, сообразил, что они не случайно появились возле Венначи сразу после осады. Адельхейд и Теофану удалось бежать, они исчезли, и ходили слухи, что они погибли. Айронхед вернулся в Дарр, захватив сокровища Адельхейд и обретя нового советника, как говорят, вендийского священника, осужденного за колдовство и отправленный в Дарр на суд госпожи иерарха. Но как только Айронхед прибыл в Дарр, мать Клементия короновала его королем Джоном Аостийским. Думаю, этот священник сумел овладеть дэймоном и теперь с его помощью держит иерарха в подчинении.

— Неужели это правда? — вопросил Северус. — Откуда он знает, как приказывать дэймонам? Я сам в юности путешествовал по монастырям, выискивая знания о забытом искусстве магии и математики, но не сталкивался ни с чем подобным.

Брат Маркус самодовольно улыбнулся. Он закрыл книгу и поднял вверх палец, желая привлечь к себе еще большее внимание:

— С приходом весны по стране поползли новые слухи. Королева Адельхейд снова появилась на севере, и поговаривали, что сбежать от короля Джона ей помогла магия. Шли разговоры, что в круге камней видели сияние.

Даже Лиат подняла голову и изумленно на него посмотрела. Северус недовольно хмыкнул. Зоя схватилась за голову, Мериам слегка улыбнулась, хотя было непонятно, о чем она думает на самом деле. Анна просто молча ждала продолжения.

Брат Маркус буквально раздулся от гордости — судя по всему, его достоинства не слишком ценили, и теперь он наслаждался вниманием окружающих. Антония всегда считала, что гордость нельзя считать грехом, если, разумеется, человеку действительно есть чем гордиться.

— У него была книга Бернарда, — провозгласил он и уставился на остальных, чтобы насладиться произведенным эффектом.

Для Антонии слова «книга Бернарда» не значили ничего, и она просто наблюдала за реакцией остальных на это заявление.

— Нет! — воскликнул Северус. — Я думал, она сгорела!

— Слуга ничего не говорил о книге, — сказала Зоя. — Под заклинанием, которое мы на него наложили, он не мог лгать!

— Может, Бернард обладал достаточной силой, чтобы спрятать и передать ее кому-то? — спросила Мериам. Казалось, она больше заинтригована, чем сердита.

— Продолжай, — приказала Анна совершенно спокойно. Похоже, только она одна ничему не удивилась. Впрочем, как и Лиат.

— Да, книга Бернарда. Что мне оставалось делать? Я попробовал выкрасть ее, но это мне не удалось. Он защищен от магии. Я недооценил его, потому что думал, что он работает с заклинаниями, которых не понимает. Он оказался куда хитрее, чем мне казалось.

Лиат знала, о ком идет речь, но не произнесла ни звука.

Маркус вытащил из рукава свиток и помахал им в воздухе. С таким видом озорной мальчишка дразнит сестру игрушкой, которую ей до смерти хочется заполучить.

— Но прежде чем убраться оттуда, я захватил вот это. Понятия не имею, где он нашел этот свиток, но думаю, вы согласитесь, что он имеет определенную ценность для нас. — Маркус развязал ленточку и развернул свиток на столе, придерживая руками закручивающиеся края. Все склонились над свитком.

— Осторожнее, — взмолился Маркус, когда Лиат дотронулась до свитка. — Пергамент очень древний!

— Это папирус, — отозвалась она, — а вовсе не пергамент.

Сначала странные пометки смутили Антонию, но когда Мериам заговорила, ей тоже стало понято, что перед ними.

— Это карта, — мягко сказала Мериам. — Эти полосы означают горы, а вот река. Это, я полагаю, деревья.

Это действительно была карта, но она нисколько не походила на те древние карты, составленные аретузцами или даррийцами в давние времена. Помимо странных фигур на краю карты, вероятно символизирующих древних богов, на карте были указаны семь кругов: шесть разбросанных по ветхому листу и расположенных почти правильным кругом, а одних в центре, окруженный горами. Возле каждого виднелись обозначения гор, морей, рек и лесов. Трудно сказать, когда была создана эта карта.

— Здесь показаны короны камней, — удивленно заметил Северус. — Я в этом совершенно уверен.

— Похоже, мои предположения верны.

Маркус хитро улыбнулся, скатал свиток, перевязал его и передал Анне. Если он говорил это для того, чтобы задеть старика, то это ему вполне удалось. Северус что-то промычал и сел на место.

— Интересно, — сказала Анна, хотя ни тон ее голоса, ни выражение лица не изменились ни на единый миг. Она положила свиток на стол, и Лиат уставилась на него так, словно хотела схватить и еще раз внимательно изучить каждую деталь. Но не двинулась с места. — А что в Дарре?

— Мать Клементия стара и слаба. — Маркус махнул рукой. — Она не представляет для нас никакой угрозы. Не важно, будут править Аостой Адельхейд или Айронхед, не думаю, что для нас это будет иметь значение.

— Всегда имеет значение, кто правит страной, — мягко заметила Мериам.

— Эта книга — угроза всей моей работе, которую я проводил столько лет, — пробурчал Северус.

— Я училась много лет, — сообщила Зоя, — но могу лишь помогать открывать врата. Это слишком сложно. Я остаюсь лишь шестой частью и не претендую ни на что большее. Но мне кажется странным, что необученный человек сумел открыть врата без всякой посторонней помощи!

— Если не считать книги Бернарда, — отозвалась Анна. — В умелых руках она может оказаться отличным подспорьем для человека с сильной волей и обладающего острым умом.

— Или способностью искусно лгать, — возразила Зоя.

— А ты что скажешь, Лиат?

Лиат научилась скрывать свои чувства, и то, что она думала, никак не отражалось на ее лице. Разумеется, она не умела оставаться такой же равнодушной, как Анна, но тем не менее узнать ее мысли и чувства не представлялось возможным.