Екатерина Васичкина - Линда

— Эм… родная… ты уверена? — роль «сумасшедшего» ему не давалась совершенно, поэтому шпион-любитель перешел к роли разумного, но на все готового ради любимой богатея.

— Да! Только подумай, я буду как настоящая эльфийка!

— Ты и так вполне как настоящая. Сапоги новые только купишь, и все!

— Ну Никит! — девушка сморщила хорошенький носик и мило захлопала длинными ресницами, наглядно демонстрируя, что все еще помнит легенду, да и вообще, где она и зачем сюда пришла, — смотри, как здорово!

— Ладно-ладно, тебе виднее. В конце концов, это же твои уши.

— Тогда вам следует подписать договор и договориться о сроках, — колоритный дядька, до этого бросающий на «несчастного влюбленного» понимающие взгляды, широко улыбнулся и протянул ему папку с бумагами.

— Ты уверена, что не хочешь подумать?

— Уверена!

— Ладно, на, подписывай.

Пока осчастливленная будущая «настоящая эльфийка» шелестела страницами, доктор еще раз присмотрелся к посетителю, пытаясь понять, где же видел это лицо. Давно, несколько лет назад, но точно видел. Да и имя знакомое. Ему уже явно встречалось это забавное сочетание Никита Хансен.

— Простите, не могу понять, откуда мне знакомо Ваше имя и внешность? Вы не были нашим пациентом?

— Я? — обладатель неоспоримой мужской красоты почти возмутился такой постановке вопроса, — конечно, нет! Но, мне кажется, мы с Вами пересекались на выставке медицинского оборудования. Ваша клиника тогда закупала новый томограф. Необычный выбор, для клиники, занимающейся пластикой.

— Ох, чем только не приходится заниматься, чтобы угодить клиенту, — доктор почти восторженно покачал головой, очевидно вспоминая особенно сложные задачи, — да, я Вас вспомнил! Вы тогда были в сопровождении удивительно красивой женщины. Кажется, она была Вашим менеджером?

— Не моим, а фирмы, которую я в тот момент консультировал. Мама долго на них проработала, — от непрошенных воспоминаний о счастливом прошлом Никита едва не поморщился, но вовремя сдержал болезненную гримасу. Не время и не место сейчас поддаваться чувствам, — но да, в остальном, Вы правы.

— О! Так это Ваша мать? И как же я не заметил сходства. Потрясающая женщина.

— Спасибо, я передам ей, — ох, мама, в какой раз твоя неземная краса спасает дело! — кстати, она сейчас в Москве. Открывает представительство фирмы. Должно быть, Вы слышали, насколько я знаю, информация рассылалась всем заинтересованным лицам.

— Да! Конечно же, я слышал, просто не знал, что этим занимается она! Что ж, это большая честь для нас, видеть Вас среди своих клиентов!

— Несомненно, — Никита тонко улыбнулся, переходя из роли обывателя, в амплуа специалиста и бизнесмена, — только вряд ли это случится. Мне, знаете ли, в отличие от этой барышни, все в себе нравится.

— Да, простите, я не так выразился, — доктор усмехнулся, прекрасно понимая, насколько прав его собеседник, — и все же, для меня весьма лестно, что такой крупный специалист, как Вы, выбрали именно нашу клинику.

— Да? Ну, не знаю. Вроде бы, у Вас все вполне достойно. И потом, выбирала Нориэль, я только одобрил ее выбор. Сия чудесная нимфа окончательно вскружила мне голову. Кто бы мог подумать.

— Ну что Вы, в Вашем возрасте это еще вполне обычно. Так Вы говорите, Ваша матушка в Москве?

Знойный огонек очень личной заинтересованности, смешанный с желанием свести полезное знакомство, породил в глазах доктора целую серию радужных вспышек. Перевести связи с известным поставщиком новейшего оборудования в личную плоскость могло бы быть настолько полезно, что переоценить эффект от такого события практически невозможно. Так что упустить возможность было бы просто преступлением.

— Да. Вот ее визитка, — представив, как «обрадуется» мама подобному близкому знакомству, Никита едва сдержал хищную улыбку, будет ей страшная месть за листья салата вместо ужина! — думаю, она будет рада поддержке в незнакомой стране.

Полная чушь, конечно. Это скорее страну надо поддерживать во время маминого визита, ну да чего не скажешь, ради любимого дела. Тем более, что это не его репутация страдает.

— О! — осчастливленный дядя едва не лопнул от полноты чувств, — я непременно свяжусь с ней!

— Что ж, в таком случае, мы пойдем. Попробую еще раз отговорить эту упрямую девицу от услуг вашей клиники. Я, знаете ли, за естественность.

— Ну уж нет! Я договор подписала!

— Я лучше выплачу неустойку, — с этими словами он буквально вытянул ее из глубокого кресла и потащил к выходу. Затягивать спектакль не годилось. Подозрительно получится, — ладно, не возмущайся. Будут тебе уши, раз уж ты так хочешь. В конце-концов, это же не фатально? Можно будет вернуть все назад?

— Конечно! — доктор закивал с таким энтузиазмом, что сразу стали очевидны годы тренировок в ответах на дурацкие вопросы, — такая же несложная операция…

— Пойдем, солнце мое. Спасибо, доктор. Видимо, мы скоро к Вам вернемся.

Молодые люди вышли из кабинета почти в обнимку и, не оглядываясь и не останавливаясь устремились на улицу, где их уже заждался верный Никитин автомобиль.

— Надо же, второй час. Долго мы там провозились.

— Чем дольше, тем больше информации.

— Не знаю. Я ничего такого не увидела. Да и как мне понять, что там странное, а что нормальное? Я же раньше-то в таких местах не была! А ты?

— Я? Бывал. По работе. Но тоже ничего интересного не заметил. Побьет нас Линда.

— Не должна! Кстати, о твоей прошлой работе, — полученная, пусть и мизерная информация требовала вдумчивого анализа, для чего требовалось срочно сменить тему оставив текущее хотя бы до офиса, — ты мне обещал рассказать «грустную историю» о том, как же ты попал в нашу веселую организацию, — девушка с комфортом устроилась на переднем сидении и теперь готовилась с пользой провести время, выпустив на волю всю свою познавательную активность.

Никита вздохнул. Обсуждать с кем бы то ни было историю своего «падения» ему совершенно не хотелось, но ведь она все равно узнает. У Линды спросит, например. А та ведь скрывает только государственные тайны, а хранение личных секретов считает глупостью и помехой в работе.

История и вправду была печальная, однако, весьма банальная. Однажды на пороге уютной холостяцкой квартиры, принадлежащей весьма преуспевающему инженеру, специализирующемуся преимущественно на в медтехнике, появился старый приятель и партнер по многочисленным детским шалостям, в компании бутылки превосходного виски и самой нервной фальшивой улыбки, которую вышеозначенному хозяину приходилось видеть.

Приятель долго и нервно шутил, пил не пьянея и как-то странно поглядывал на Никиту. Настолько странно, что даже его правильное британское воспитание затрещало по всем швам и он решился спросить напрямую.