Тимур Туров - Факелы ада

Ознакомительный фрагмент

Вспомнился Афган, когда рядовой Турнов отдал бы что угодно, чтобы спрятаться от тамошнего бешеного солнца, укрыться от жары. Особенно в те долгие дни, когда приходилось двигаться по горным дорогам в составе колонны: впереди саперы со щупами, собаками, миноискателями, следом танки с тралами, и уже затем остальные – в черепашьем темпе, километр за километром…

Олег подумал, что в те часы, когда взрыв мог прогреметь в любой момент, он чувствовал себя почти так же неуютно, как и сейчас – вот она, опасность, где-то рядом, но где – неясно, и от тебя ничего не зависит.

– Не суетись, прорвемся, – сказал Антон Григорьевич, и голос его прозвучал необычно, искаженно.

Не сразу Олег понял, что маг второго ряда попытался подбодрить соратника.

Они ехали по городу – Звездинка, площадь Горького, Большая Покровка, – и тот выглядел как обычно. Люди, не знающие ничего о Пелене и о том, что прячется за ней, спешили по своим делам. Шагали девушки, покачивая ягодицами, улыбались юноши, катили автомобили.

И эта мирная картина ужасно диссонировала с тем, как чувствовал себя Турнов.

– Ерш твою меть, – пробормотал он сквозь сжатые зубы, осознав, что шарит глазами по обочинам, выискивая места, где можно устроить засады. – Только этого мне не хватало.

Провод колонн, «духи», кяризы, «итальянки», мапуту, ночные обстрелы – все эти «радости» остались в далеком прошлом, и ни к чему было ворошить давно забытые боевые инстинкты. Пару раз Олегу пришлось это сделать, первый – когда он только узнал о Пелене и чужаках, и второй – во время эпидемии безумия, что охватила слаш Нижнего, и оба он вспоминал безо всякого удовольствия.

До «Контакта» добрались вовремя, и в двенадцать ноль одну вошли в его стеклянные двери.

– Смотри-ка, эти почти не опоздали, – сказал шагнувший навстречу молодой маах’керу, откликавшийся на имя Журич и бывший у Ивана одним из первых помощников.

– А если бы опоздали, ты бы нас съел? – спросил Олег с улыбкой.

– Несомненно, – подтвердил Журич. – Без соли и масла, прямо так. Проходите…

Помещение, избранное предводителем «Союза семи» для встречи, скорее всего, в прошлом было актовым залом – кресла с откидными сиденьями, обтянутые красным плюшем, небольшая сцена с трибуной, потрепанные пыльные занавеси, и на стенах – нанесенные мелом круги с вписанными в них знаками, символами, наборами пиктограмм и сложными рисунками.

Насколько понял Олег, зал попытались защитить от магического прослушивания.

Наблюдатели были тут, сидели тесной группой у самой сцены. Обсуждали что-то Часовщики, в компанию к которым нежданно-негаданно угодил альв, отдельно располагался круглолицый маг из «Алой звезды», и его вид красноречиво говорил: «Я здесь, но я не с вами, и никто меня ни в чем не убедил».

Турнов и Антон Григорьевич заняли места у прохода, а мгновением позже в зал вошел Милинович, а сразу за ним – двое элохим. В одном из них Олег узнал Парадэля, главу колонии «белых» в Верхних Печерах.

– А утром его не было… – проговорил он. – К чему бы это?

– Политика. Увидишь, – Антон Григорьевич, по обыкновению, был краток.

На сцену поднялся Иван, и гулявшие по залу разговоры мгновенно затихли, смолкли даже Часовщики, известные любители поболтать. А вампир, возглавляющий «Союз семи», изобразил нечто среднее между любезной улыбкой и угрожающим оскалом и сказал:

– Все в сборе, можно начинать. Соображения будете высказывать по очереди, в том порядке, который определю я, и если кому-то для демонстрации собственного мнения будет нужно какое-либо оборудование, магическое или обычное, то прошу известить меня об этом сейчас. Вопросы есть? Нет? Тогда приступим, и начнем с представителей ордена Желтого Ока…

Высокий Наблюдатель, так и не снявший дурацкий плащ, встал, и в этот момент круги на стенах загорелись алым огнем. По потолку забегали разноцветные искры, по ушам хлестнул визг, из пола там и сям ударили фонтаны черного полупрозрачного «дыма».

– Перегрузка контура! – рявкнул Иван. – Нас атакуют! Вуйко, немедленно…

Один из кругов погас, и на его месте стена вздулась радужным пузырем, тот лопнул, и в стороны полетели брызги. Парадэль вскинул руку, закрывая лицо, и с удивлением уставился на обожженную ладонь. Часовщики дружно завопили, оглушив всех, кто оказался рядом. Альв мгновенно исчез, точно его и не было, вокруг Милиновича вспыхнул голубоватый ореол защитного заклинания.

Зал охватил самый настоящий хаос.

Антон Григорьевич вскочил, Олег отстал от него всего на мгновение, и оба выставили щиты, каждый в свою сторону, да еще и по всем правилам сделали «заземление».

Затем маг второго ряда сотворил еще что-то, но Турнов уже не понял, что именно.

– Давай на раз-два! – донесся сквозь общий гам голос Ивана. – Двигай! Двигай!

Пузыри возникли на месте еще двух кругов, но один исчез почти сразу, а второй подергался немного и застыл, будто затвердел. Дым, который вовсе не был дымом, начал рассеиваться, и способные обжигать брызги, а на самом деле ошметки разрушенного заклинания лететь перестали.

– Что тут творится? – громко спросил Парадэль, поднимаясь во весь немалый даже для элохим рост.

– Недоразумение, – ответил Иван, глаза его светились, как два алых фонаря.

И в этот момент Олега посетило давно и хорошо знакомое ощущение – щекотка не щекотка, боль не боль, а некое невнятное томление, дискомфорт, сообщающий, что рядом прячется ложь. Нет, он не уловил фальши в словах «белого» или «красного», да и сложно укрыть ее в столь небольших фразах, обман крылся в чем-то ином и был достаточно серьезным.

Неужели магическая атака на контур – вовсе не то, чем кажется?

– Недоразумение? – Парадэль развернул крылья, огромные, белые, при виде которых даже архангел испытал бы прилив зависти. – Ты точно уверен, что это не провокация?

– И зачем она мне нужна? – огрызнулся вампир. – Подумай сам, если ты…

Договорить он не успел – из-за входной двери донесся топот, молодецкие вопли, и в зал ворвались несколько оборотней в человеческом обличье. Один швырнул в Часовщиков «огни архангела Михаила», второй пустил в ход «заморозку», третий «молотом» сбил на пол одного из магов «Союза семи».

– Вы что, сдурели?! – гаркнул Милинович, увернувшись от «заморозки».

В дверь ломились новые оборотни, и вид у них был крайне воинственный.

– Что за хрень? – щит Олега содрогнулся, приняв на себя «муравьиный чих».

Судя по реакции мага-маах’керу, он не имел к непонятно откуда взявшейся ораве любителей подраться никакого отношения, да и на лице Ивана было написано вполне искреннее удивление. Но все же имелась и в этой атаке та же фальшь, что содержалась в магическом нападении, все это был обман, непонятно, правда, кем замысленный и для чего предназначенный.