Тимур Туров - Факелы ада

Ознакомительный фрагмент

– Я сам, – Иван поглядел Турнову прямо в глаза. – А Рыцарь пусть постоит рядом.

– Ладно, если нужно, то постою, – сказал Олег.

Он прошел туда, где находился предводитель «Союза семи», все остальные расположились вокруг. Разбуженный маах’керу вздрогнул, открыл глаза, светло-голубые и совершенно пустые, как у новорожденного.

– У него деформировано тело Силы в районе верхней чакры, – заметил Парадэль, – и у прочих тоже. Но деформация потихоньку проходит. Похоже, это результат воздействия тех самых амулетов.

Олег видел ауру сидевшего в кресле «фиолетового», ту энергетическую оболочку, которая имеется у любого живого существа и среди посвященных именуется «телом Силы». Но для того чтобы разглядеть крошечное искажение в его верхней части, у Турнова не хватало опыта, да и остроты магического зрения тоже.

Голубоглазый оборотень вздрогнул еще раз, и взгляд его стал осмысленным.

– Ага, ты очухался, – сказал Иван. – Значит, можешь говорить, и я надеюсь, что будешь, поскольку если не будешь, я возьму тебя на «короткий повод» и просто заставлю.

– Где я? Что происходит? – прохрипел маах’керу, дергаясь так, что импровизированные путы затрещали.

– Тихо ты! – рыкнул Милинович. – Ты что, не помнишь, как тут оказался?

– Нет, не помню. А где я и кто вы такие? – сказал голубоглазый, и в словах его не было ни капли лжи.

– Он говорит правду, – сказал Олег.

– Ну надо же, вот удача, нас атаковала толпа агрессивных придурков, страдающих амнезией! – судя по раздувающимся ноздрям, Иван пребывал в настоящей ярости. – Ты хотя бы помнишь, что за значок украшал твою могучую грудь – черный кругляш с белой лапой?

– Э… да… Символ клуба «Следопыт», мы с друзьями там собираемся.

– Все понятно, – сказал Наблюдатель из Белых Вихрей. – Кто-то организовал этот клуб, собрал их вместе и раздал амулеты, да не простые, а замаскированные, изготовленные так, чтобы их излучение нельзя было обнаружить. Затем по команде амулеты «проснулись», создали деформацию, замеченную достопочтенным Парадэлем, то бишь отключили своим хозяевам сознание, превратили в зомби, готовых выполнить приказ неведомого господина, в том числе – отправиться в набег на клуб «Контакт».

– Невозможно! Слишком сложно! – воскликнул альв, и облако белого тумана вокруг него на миг исчезло.

– Но ведь кто-то это сделал? – возразил Иван. – Или ты предложишь иное объяснение? Думаю, что нет, и поэтому мы не будем тратить время зря, а проведем «открытие памяти».

Голубоглазый маах’керу возмущенно фыркнул, и его можно было понять – упомянутое заклинание причиняло массу неудобств тому, на кого его накладывали.

– Много сил отнимет, – с сомнением проговорил Парадэль. – Может…

– Может, перестанем зря бросаться словами, сверлить мне не пересверлить? – неожиданно вмешался сутулый Часовщик с отверткой в лапках, что запомнился Олегу еще утром. – Займемся той проблемой, ради которой мы тут и собрались, – взрывом источника?

Судя по тому, что видеть его ауру Турнов не мог, этот «желтый» обладал немалой магической силой.

– Одно связано с другим, достопочтенный, – сказал Наблюдатель из Белых Вихрей.

– А я вообще ухожу отсюда! – заявил маг из «Алой звезды». – Это все подстроено, чтобы опорочить честное имя нашей ложи! Чтобы получить повод для покушения на нашу независимость!

– Ну и вали, без сопливых скользко, – презрения в голосе Милиновича было столько, что в случае удачной конденсации им удалось бы заполнить трехлитровую банку.

Маг из «Алой звезды» пошел багровыми пятнами, и все загалдели разом – высокий Наблюдатель в плаще, Часовщики, Парадэль, альв и даже молчавшие до сих пор сатра из клана Фоон.

«Кем бы ни был наш враг, – подумал Олег, – он, похоже, добьется своей цели – мы перессоримся, того и гляди передеремся, и тогда о раскрытии тайны уничтоженного источника можно будет забыть».

Но тут с лучшей стороны показал себя Иван – он сам мгновенно успокоился и начал приводить в чувство остальных. Сатра, вспомнив старые обиды, едва не сцепились с Милиновичем, Парадэль пообещал Часовщикам, что пообрывает им уши, а маг из «Алой звезды» заявил, что после «столь выдающегося демарша он точно никуда не уйдет, останется и досмотрит все до конца», но в целом все закончилось хорошо, ограничилось словами.

– К достопочтенным вернулся рассудок, – заметил Наблюдатель из Белых Вихрей, когда в зале стало тихо.

Предводитель «Союза семи» криво улыбнулся:

– К тем, у кого был, – вернулся. А мы вернемся к тому, что нам делать – сначала заняться источником, а затем этими добрыми молодцами, – последовал кивок на сидевшего в кресле оборотня, – или наоборот?

– «Открытие памяти», – предложил Антон Григорьевич.

– И я за это, клянусь всеми именами Праотца, – поддержал его один из сатра.

– Сначала источник! – сутулый Часовщик ткнул в потолок длинным узловатым пальцем, и большие глаза его гневно сверкнули.

Вскоре стало ясно, что большинство за то, чтобы заглянуть в воспоминания голубоглазого маах’керу. Его возмущенных криков никто слушать не стал, в ход пошло обездвиживающее заклинание, и развязанного пленника уложили на грязные доски сцены, рядом с трибуной.

Возле его головы встал Иван, около правой ноги – Парадэль, у левой – Наблюдатель из Белых Вихрей: ни один маг, сколь бы сильным и умелым он ни был, не в состоянии выполнить «открытие памяти» в одиночку.

– Поехали! – процитировал Юрия Гагарина предводитель «Союза семи», и дело пошло.

Аура лежащего оборотня вспыхнула, по ней побежали волны, вверх потянулись сотканные из зеленоватого огня пряди – оставшиеся в теле Силы энергетические сгустки, эквивалентные тем или иным воспоминаниям.

Наблюдатель и элохим с помощью точных импульсов «раскачивали» чужую память, а Иван заглядывал в нее, пытаясь отыскать то, что нужно, нырял в потоки образов, шел по ним, прокладывал маршрут к актуальной информации. Белое лицо его было сосредоточенным, челюсти – плотно сжатыми, а на вскинутых руках пульсировали два шара ослепительно-белого пламени.

– Эхрр… грыуу… – хрипел пленник, ухитряясь выдавливать звуки через сдавленное обездвиживающим заклинанием горло, и голубые глаза его пылали злобой и ненавистью.

В один момент маах’керу перекосило так, что он шарахнулся затылком об пол, и тут не выдержал альв.

– Они убьют его, – жалобно протянул он. – Слишком сильно, слишком глубоко…

– Поделом вору и мука, – равнодушно отозвался высокий Наблюдатель в плаще.

Но оборотень оказался живучим, он выдержал все и дотянул до самого конца. Иван отступил на шаг и резким движением сбросил с кистей шары белого огня. Те взлетели к потолку и растаяли, зеленоватое пламя опало, и аура пленника вновь стала обычной, разве что куда более истощенной, чем ранее.