Диана Дуэйн - Безграничное волшебство

Они поглядели на нее с явным отвращением и одна за другой удалились. Нита допила чай, дожевала тосты, помыла чашку и тарелку и опять вышла во двор. Мимо ее фургона тянулась дорожка, ведущая прямо на ферму.

Нита постояла некоторое время и пошла к конюшням. Здесь было примерно пятнадцать стойл. Они назывались «денники». Лошади выглядывали поверх невысоких перегородок или равнодушно жевали овес. Нита приблизилась к деннику номер пять и внимательно оглядела стоящую там лошадь. Это был красивый черный конь. Взгляд у него был недобрый. Поскольку рядом никого не оказалось, Нита заговорила с конем на Языке и даже попыталась погладить. Однако он холодно глянул на нее, злобно прижал уши и фыркнул:

— УБИРАЙСЯ, ДЕВЧОНКА, ИЛИ Я ОТОРВУ ТЕБЕ РУКУ!

Нита пожала плечами и отправилась дальше. Другие лошади оказались более приветливыми. Когда она обращалась к ним на Языке, они отвечали, просили кусочек сахару или осведомлялись, не выведет ли она их погулять. Были, правда, и такие, что лишь лениво поднимали голову, поводили ушами и продолжали жевать.

В дальнем конце конюшни высилась огромная копна сена, прикрытая брезентом на случай дождя. Нита постояла рядом, вдыхая запах сена. Вдруг что-то маленькое, черное скатилось прямо к ее ногам. Камень, успела подумать Нита и отпрянула, и тут же увидела, как черный комочек развернулся и ткнулся в нос ее туфли.

Она с изумлением разглядывала этот живой камень. Котенок! Величиной с ладошку. С трудом, шатаясь на дрожащих лапках, котенок встал, поглядел на нее и мяукнул:

— Извините!

— Ничего, — сказала Нита.

Котенок, который уже кинулся вдогонку за несомой ветром соломинкой, вдруг резко остановился и, не устояв на лапках, перевернулся через голову. Нита еле сдержалась, чтобы не рассмеяться.

— Еще один, — удивился котенок, отряхиваясь. — Ветром, что ли, их приносит?

— Еще один кто? — спросила Нита.

— Еще один волшебник. Ты что, глухая?

— Нет, — серьезно сказала Нита. — Но, извини, я здесь новенькая. А ты кто?

— Я — Туала Слайт, — важно промяукала крохотная кошечка. — Принцесса Народов. — Она приосанилась и быстро добавила: — Бард и ученый. А твое имя?

— Я — Нита Каллахан.

— Нита? — Кошечка смешно повела бровками. — Что это за имя?

Нита так была ошарашена всем этим разговором, что не сразу нашлась что сказать. Перед нею был чуть ли не вчера родившийся котенок. Странный у них получался разговор.

— Вообще-то имя мое испанского происхождения, — несколько чопорно проговорила Нита. — Полностью оно звучит — Джуанита.

— Ага, испанка! — мяукнула кошечка, и глаза ее округлились.

Пьянит испанское виноСильнее старых папских вин.Но от любви мне сужденоПьянеть, красотка Розалин! —

вдруг пропела она.

— Ты что-то перепутала, — засмущалась Нита. — Вина-то уж я точно не пью…

Кошечка глянула на Ниту, точно та с луны свалилась.

— Скоро здесь будет толкотня, — сказала кошечка. — Уйдем отсюда. — Она смешно засеменила на коротких лапках прочь из конюшни.

Нита в смущении последовала за ней. Они прошли между конюшней и школой верховой езды и очутились на ездовом поле, где в этот момент никого не было.

Кошечка оказалась очень веселым созданием — она то и дело припадала к земле, вертя хвостиком, неуклюже хватала лапкой жука, шевельнувшийся листик или травинку, гонялась за летящей по воздуху соломинкой. Впрочем, никого и ничего поймать ей так и не удалось. Нита каждый раз с трудом сдерживалась, чтобы не улыбнуться или, чего доброго, не расхохотаться. Но волшебник должен быть вежливым, и она пускала в ход всю свою волю, чтобы сохранять серьезное выражение лица. Еще у конюшни под ногами у них закружил и унесся вдаль небольшой пыльный вихрь. Туала остановилась и мяукнула ему вслед:

— Добрый день.

— Ты всегда разговариваешь с ветром? — изумленно спросила Нита.

Туала надменно глянула на нее.

— Это Народ Воздуха — сказала она. — Вечно проносятся мимо. Ты новенькая здесь, не знаешь. — И она побежала дальше.

Когда они подошли к ограде, Туала вдруг мощным прыжком взлетела почти до середины, вцепилась в ограду когтями и подтянулась вверх, ловко перебирая лапками. Усевшись наверху, она тут же принялась умываться.

Нита перекинула ногу и села на ограду рядом с кошечкой.

— Не слишком ли ты молода для барда?

Кошечка все так же надменно посмотрела на Ниту.

— А не слишком ли ты молода для волшебницы?

— Ну нет, мне уже четырнадцать…

— А какой процент твоего жизненного пути составляет время занятий волшебством? — огорошила ее вопросом кошечка.

— Э-ээ… — Нита задумалась, подсчитывая.

— Ты даже не можешь быстро подсчитать? Показываешь дурное знание БАН-ДРАЙОА. А математика в волшебстве очень важна.

Нита вспыхнула. Не важно, что такое «бан-драйоа», но что верно, то верно — математика никогда не была ее любимым предметом.

— Ты ведь испанской крови, — продолжала Туала, — а не знаешь даже испанской песенки про папское вино, которую пели первые испанцы, появившиеся в Ирландии. Что же ты ЗНАЕШЬ?

— Не очень много, — созналась Нита. — Я знаю кое-что об испанской Армаде. Самую малость, — поспешно добавила она.

История была самым ее любимым предметом, но сейчас Нита боялась попасть впросак.

— Хм, — презрительно хмыкнула Туала, — это было уже пятнадцатое вторжение. А подлинные причины событий уходят в глубь времен. Ветер летит, и события уносятся в его вихре. В самом начале…

— Неужто мы станем забираться так далеко? — ужаснулась Нита.

Кошечка глянула на нее с уже привычной надменностью.

— Не перебивай. Интересно, как же ты собираешься стать мудрой, не набираясь мудрости?

— А где набиралась ты?

— В Холмах. Кроме того, мне суждено было еще и стать бардом, потому что меня нашли в сумке. Это уже традиция.

Нита вспомнила, как тетя вчера вечером толковала что-то о котенке, найденном в мешке около дороги. Бедняга умирал от голода. Впрочем, сейчас кругленькая, как мячик, Туала не была похожа на умирающую от голода.

— Короче, — продолжала как ни в чем не бывало Туала, — все это есть в Книге Завоеваний и в Лейнстерской Книге, и в Желтой Книге из Лекана.

— Не очень уверена, что эти книги есть в нашей библиотеке, — сказала Нита, — поэтому, может быть, ты просветишь меня? — Она все же не удержалась и хихикнула.

— Вообще-то все это есть и в Книге волшебного мастерства. Можешь прочитать, если не поленишься заглянуть туда. Но пока набирайся мудрости от меня. В незапамятные времена на острове появилась Кессаир со спутниками. Но они пропали. Остался только один из спутников. Он превратился в ястреба и все потом поведал людям. Как-то вода поднялась и покрыла сушу, а потом снова отступила. И было тогда на острове три озера и девять рек, а вокруг только голая пустыня. А через двести шестьдесят четыре года пришли двадцать четыре мужчины и двадцать четыре женщины. Это был Партолон и его люди. В Ирландии тогда не росло ни единого деревца, ни единого кустика или травинки. И пришедшие устроили все…