Влад Вегашин - Почерк зверя

Быстро шагнув в сторону и вперед, Талеанис оказался рядом с Арной, а поскольку она сидела на земле — навис над ней.

— Если хочешь сделать для меня хоть что-то, не вмешивайся в мои дела, — жестко бросил он. И закончил — уже мягче. — Я не хочу, чтобы ты погибла из-за меня.

— Я не погибну раньше, чем совершу то, ради чего живу, — твердо, уверенно проговорила девушка, машинально перебирая струны. Ее внутренний взор, ее эмоциональная чувствительность, ее интуиция — все сейчас было направлено на полуэльфа.

Закрывается. Неумело, отчаянно — но закрывается.

— Для такой уверенности в том, что ты останешься жива, тебе надо бы держаться от меня подальше, — получилось грубее, чем он хотел.

— Тебе приказали меня убить? — абсолютно спокойно, как о погоде, спросила Арна.

Мантикора закашлялся.

— Нет… — И тут же поправился. — Пока еще — нет. Но…

— Вот когда прикажут — примешь решение. И если захочешь — придешь, и поговорим. Возможно, мне и правда удастся тебе помочь. А сейчас — извини, я хочу спать. Отдежуришь остаток ночи, раз уж проснулся.

— Ты настолько мне доверяешь? — поразился он.

— Тебе же еще не приказали меня убить. — Танаа негромко, печально рассмеялась. — Так что, отдежуришь?

— Отдежурю… — Сказать, что полуэльф был ошарашен подобным доверием — не сказать ничего. Что интересно, ему и в голову не пришло назвать это беспечностью — нет, она и правда просто ему доверяла…

Оставшиеся до рассвета три часа он провел в мучительных раздумьях. Как поступить? Что делать? Попросить ли у Арны помощи и попытаться вместе спасти Лианну из лап Левиафана? Или подчиниться приказу Маар-си и убить девушку следующей ночью? Или…

— А что бы ты мне сказала, госпожа моя? — шептал он, сжимая в кулаке символ богини. — Что бы ты посоветовала своему неверному рыцарю, своему трусливому предателю? Что бы ты мне сказала, Дианари… и стала бы ты вообще со мной разговаривать?

Погода стояла великолепная. Светило солнце, но не пекло — просто ласково согревало. Чуть прохладный ветерок играл с плащами, шевелил волосы, освежал… Четверо путников шли по лесной дороге и весело беседовали на самые разные темы. Даже Гундольф включился в беседу и сейчас со смехом рассказывал забавные байки времен его обучения в Ордене.

Внезапно Арна гортанно вскрикнула и выбросила руку с растопыренными пальцами к небу, перекинув посох в другую руку. Набалдашник больно ударил Мантикору по ноге, но он этого даже не заметил — что-то коротко укололо его в плечо, и мир вокруг завертелся, очертания предметов начали расплываться, таять…

Полностью сознания он не потерял. И, лежа на траве, странно-отстраненно наблюдал сквозь дымку яда за течением схватки.

По дротику с отравой получил каждый, но только Талеанис и Гундольф выбыли из боя мгновенно. Орогриму дозы, рассчитанной на человека, явно было мало — он двигался гораздо медленнее, но сознание терять или даже просто падать и не собирался.

Нападавших было четверо. Люди и один эльф, двигались все слаженно и сработанно — сразу было видно, что сражаются вместе они не в первый раз. Что интересно — ни один не использовал заточенного оружия — люди держали в руках обитые войлоком дубинки, хотя на поясах красовались отнюдь не парадные мечи, а эльф сжимал в пальцах еще несколько дротиков — при том, что за его спиной виднелся мощный составной лук.

Орогрим поднырнул под удар одного из нападавших, резко обернулся — человек не ожидал от одурманенного орка такой скорости, а зря. Пальцы зеленокожего сомкнулись на запястье противника, Орогрим резко дернул — и человек, пролетев метра четыре, врезался в толстый, вековой ствол какого-то дерева.

Увы, это оказалась единственная победа Грима на этот день. Свистнул дротик, за ним еще один — тройная доза уложила на траву и могучего орка.

Арна оказалась одна против трех противников. Нет, уже двух — эльф, оглушенный ударом посоха, тихо лежал, уткнувшись лицом куда-то в область сапог Гундольфа.

Даже если бы оставшиеся нападавшие использовали нормальное оружие, а не свои дурацкие дубинки, у них все равно не было бы шансов. Все брошенные в нее дротики Арна либо отбила, либо поймала, а слепота совершенно не мешала ей в бою.

Лежа в полузабытьи и отстраненно наблюдая происходящее, Талеанис не смог не отметить, что случись между ним и Танаа открытый поединок — он не поручился бы за свою победу. Скорее, даже наоборот. Покойный Мальстин на фоне девушки из далекого монастыря казался ребенком, едва выучившим, с какой стороны надо браться за меч.

Спустя десять секунд все было кончено.

Арна быстро ощупала карманы и сумки нападавших, наконец нашла два каких-то флакона. Открыла оба, понюхала по очереди, потом понюхала наконечник одного из дротиков — и, удовлетворенно кивнув, отбросила один флакон в сторону.

Со вторым же подошла к Орогриму, который, получив тройную дозу, отрубился полностью и теперь даже чуть похрапывал во сне, и влила несколько капель ему в рот.

В этот момент один из нападавших, эльф с луком, вдруг вскочил на ноги. Мантикора успел удивиться — как он оказался так близко, ведь падал футов на тридцать дальше? Эльф в три прыжка оказался рядом с Талеанисом, и выхватил из заплечных ножен меч — тот, который полуэльфу дал Растэн Чертополох и к которому Мантикора так привык, что уже и не замечал его. Скользнув взглядом по своей добыче, эльф довольно оскалился, рывком сорвал со спины Талеаниса ножны, оборвав ремешки, и бросился бежать.

Арна помчалась за ним, но эльф успел скрыться в кустах, а через пару секунд вновь показался — уже верхом. Что-то дико прокричав, он пришпорил коня — тот сорвался с места в бешеный галоп. Меч Растэна, как и его ножны, похититель крепко сжимал в левой руке.

Танаа отбросила посох, который сейчас мог только помешать, и бросилась в погоню. В этот момент очнулся наконец получивший противоядие Орогрим.

Орк сориентировался мгновенно. Понять, что его отравили, труда не составляло, а поскольку на языке осел неприятный маслянистый привкус, чем-то схожий с жидкостью в валяющемся радом флаконе, — значит, ему дали противоядие.

Зеленокожий быстро влил глоток омерзительного лекарства в глотку Гундольфу, вскочил, и, выразительно обведя рукой поле боя, побежал вслед за Арной.

Придя в себя, рыцарь напоил противоядием полуэльфа, потом они вместе связали оглушенных нападавших.

— Они что, хотят пешком догнать всадника? — усмехнулся фон Кильге, когда Талеанис рассказал ему, что видел, — сам Грифон лежал головой в другую сторону, и события схватки остались для него секретом.